Софья и Царство Тьмы
Шрифт:
Растолкав девочек локтями, она протиснулась в кабинет. Настя с Соней переглянулись и прыснули со смеху. Похоже, все встает на свои места? Так, смеясь, они и зашли в кабинет. Тамара Петровна, сидящая за столом, сложив миниатюрные ручки одну в другую, с улыбкой смотрела на учеников. Все вокруг галдели, делясь впечатлениями от прошедших каникул, а учительница переводила взгляд с одного на другого, отмечая про себя изменения, прислушиваясь к их рассказам. Она обернулась на смех вошедших в класс Сони и Насти и с нескрываемым удивлением воскликнула:
– Соня, ты никак решила прислушаться к школьным правилам и к моему мнению?! – Учительница с явным удовольствием осмотрела ее с ног до головы, как будто
Молча улыбнувшись и пожав плечами, Соня прошла на свое место. Не будет же она всем объяснять истинную причину своего поведения в прошлом году. Да и Тамаре Петровне наверняка приятно думать, что именно ее слова и многолетний педагогический опыт повлияли на упрямую ученицу.
– Вот что значит – взросление, – с удовлетворенной улыбкой проводила девочек взглядом Тамара Петровна.
Прозвенел звонок, созывающий всех на первую линейку в этом учебном году. Тамара Петровна встала и принялась организовывать своих шумных учеников.
Да, похоже, что жизнь начала налаживаться. Соня исправляла свои ошибки, совершенные в прошлом году, и училась жить без помощи колдовства. Хотя последнее давалось ей с трудом.
Как-то, увлекшись выполнением домашнего задания, Соня инстинктивно протянула руку к книжной полке и, быстро взглянув на маленькую книжечку – русско-английский словарик, – сделала привычный жест. Похоже, она даже растерялась, когда этот жест ничего не дал, словно начисто забыв, что больше не владеет магией. Тяжело вздохнув, Соня подошла к книжной полке и взяла словарь. Она и представить не могла, что всего за пару лет так свыкнется со своими способностями. Сейчас без них она ощущала себя так беспомощно, словно у нее отняли руку или ногу. Задумчиво глядя в книгу и ничего не видя перед собой, Соня размышляла о странностях, происходящих в ее жизни. Неужели у всех ведьм жизнь вот такая непонятная? Только она стала привыкать к неизбежности своей судьбы, к тому, что магия будет повсюду сопровождать ее по жизни, только чему-то научилась, как вдруг все перевернулось на сто восемьдесят градусов, и теперь она обыкновенная девочка, которая не может переместить по воздуху даже маленький словарик. О какой избранности может идти речь? Ведь когда-то Маргарита Тихоновна говорила, что у нее особенная роль в колдовском мире. А чего такого особенного может сделать обыкновенная девочка? Соня оглянулась на зеркало и вдруг подскочила:
– Как же я сразу об этом не подумала?! Ну конечно же! Я не могу попасть в потайную комнату в Кукушкино, потому что без магии мне не сдвинуть шкаф, но здесь-то ничего двигать не нужно! Вот оно – зеркало, и вот он – ключ в другие миры.
Соня так обрадовалась этой вдруг возникшей мысли, что у нее даже сбилось дыхание. Она торопливо сняла медальон, от волнения путаясь цепочкой в волосах, подошла к зеркалу, присела и уже хотела приложить медальон к раме, но замешкалась.
– А куда я пойду?.. – задумчиво произнесла она. – Мне же некуда идти… Страшилы нет, а вход в мир Найданы закрыт… Войти в новые миры?.. Без магической силы это опасно…
Она еще какое-то время в раздумьях стояла возле зеркала, а потом надела цепочку с медальоном обратно на шею. Вздохнув, Соня снова села за стол к своим тетрадям и учебникам.
Осень торопливо занимала территорию, прогоняя лето, обрывая листья с деревьев, словно стараясь стереть из памяти всех вокруг то, что лето все же было. Каждый год происходит одно и то же, но каждый год не устаешь удивляться этим переменам в природе.
…Соня, на минуту забыв про урок географии, загляделась в окно на пустой школьный двор.
Посторонние люди здесь не ходили, а все школьники были на уроках, поэтому ветер тоскливо гонял по двору одинокую скомканную бумажку. Хоть сентябрь еще не закончился, но на улице стало заметно прохладнее. Что поделать – осень.
Вдруг об стекло ударилась муха, словно принесенная откуда-то ветром, и зацепилась за гладкую поверхность своими тонкими лапками. Соня какое-то время наблюдала за вялой мухой. И чего это она тут ползает? Ей уже давно пора в спячку к своим сородичам. «Заторможенная какая-то!» – молча усмехнулась Соня. Вдруг она на секунду задумалась, потом быстро оглядела класс и, увидев, что на нее никто не смотрит, осторожно протянула руку к окну и коснулась пальцем стекла в том месте, где с обратной стороны сидела муха. Не дыша от волнения, Соня медленно провела пальцем полосу. И – о, чудо! – муха поползла следом за пальцем! Соня чуть не задохнулась от восторга. Неужели Маргарита Тихоновна ошиблась и ее дар не пропал? Или он снова вернулся? Но вот вдруг муха свернула в сторону и поползла совершенно в другом направлении. Соня попробовала еще раз направить муху, но она не слушалась. Соня убрала руку и смотрела, как муха гуляет по гладкому стеклу, предоставленная сама себе.
– Соня, не отвлекайся! – Голос учительницы вернул ее к уроку. Соня быстро перевела взгляд на учительницу и сделала сосредоточенный вид, хотя ее мысли летали где-то далеко, совсем не в теме урока.
– Ты чего такая рассеянная? – спросила Настя, когда они шли из школы домой. – Целый день о чем-то думаешь. Случилось что-то?
Соня пристально посмотрела на подругу, раздумывая, можно ли теперь рассказывать ей то, что еще недавно было под запретом. Ведь теперь она уже больше не может делать необычные волшебные вещи, значит, ее уже нельзя называть ведьмой. Да и Маргарита Тихоновна говорила, что нельзя никому рассказывать о том, что она ведьма, но на то, что она когда-то была ведьмой, – запрета вроде бы не было. А раз не было запрета, то уж лучшей-то подруге, наверное, можно рассказать.
Но Соня все еще сомневалась, поглядывая на Настю. А та беззаботно болтала сумкой и перепрыгивала через лужи, даже не подозревая, какую великую тайну может узнать всего лишь минуту спустя. «Настя все-таки хорошая подруга, она никогда не предавала, – убеждала себя Соня. – В прошлом году, когда я вела себя просто отвратительно, Настя пыталась все уладить». Соня немного подумала и окончательно решилась:
– Настя… Я хочу тебе что-то сказать…
– Ну? – Настя, оказавшаяся на шаг впереди, остановилась, обернулась и вопросительно взглянула на нее.
– Только ты пообещай, что никому-никому не расскажешь!
– Обещаю. Если расскажу, то пусть у меня вырастут огромные уши, – с готовностью кивнула Настя и улыбнулась.
– Ну уши у тебя все равно не вырастут, даже если ты миллиону человек расскажешь, – вздохнула Соня, – просто, если ты выдашь кому-нибудь мой секрет, я не смогу с тобой больше дружить…
– Обещаю… – Настя вдруг поняла всю серьезность разговора, и улыбка сошла с ее лица.
– Даже маме…
– Никому!
Соня еще раз вздохнула, выдержала паузу в несколько секунд и быстро шепнула:
– Я ведьма.
– Чего? – не расслышала Настя и, подойдя поближе, придвинула ухо.
– Я ведьма! – яростно зашептала Соня прямо в ухо подруге.
Настя отодвинулась и растерянно посмотрела на Соню. Послышалось ей или нет? Или, может быть, Соня прикалывается?
– То есть как это? Что ты имеешь в виду? – спросила Настя, пытаясь разобраться, как отнестись к этой новости.
– Ну ведьма. Что тут иметь в виду? Просто ведьма, – Соня развела руками.
– Которая на метле летает? – криво улыбнулась Настя.