Станция Бякино
Шрифт:
— Сережа, снимай с кровати простыню и заверни в нее всю эту одежду, — обратился Борис. — Забираем на станцию. Видимо, эти вещи сына хозяев дома, старики зачем-то их хранили.
— На память, наверное, — улыбнулся парень.
Борис Валентинович вернулся в спальню, подошел к маленькому белому деревянному ящику и открыл дверцу. В нем действительно оказались медикаменты: бинт, вата, перекись водорода, зеленка, йод и упаковка пластырей, резиновый жгут и куча разных таблеток. Мужчина не стал читать названия на пачках и просто вытряхнул содержимое аптечки в свой рюкзак. Сережа набил свой «колобок» провизией, предварительно ссыпав
— Вешай ружье на плечо, — холодным тоном произнес наставник. — Стреляй только в крайней необходимости, если выстрел услышат мертвяки, нам отсюда не выбраться.
Борис взвалил рюкзак на спину, вышел в сени, вновь откинул крючок и открыл дверь. На крыльце уже стояли два зомбака, судя по платью и хоть и очень редким, но длинным волосам, второй экземпляр был женского пола.
— Смотри-ка, подружку привел, — с нервной дрожью в голосе произнес напарник.
Борис Валентинович схватил покойного за шиворот, втащил в дом и направленно толкнул к сзади стоящему коллеге по выживанию. Сережа не был готов к такому финту, но машинально схватил мертвяка и втолкнул на кухню. То же самое напарники повторили с его подружкой, вышли из дома и закрыли дверь.
— Ну вот и заселили молодоженов, — ухмыльнулся опытный выживший. — Теперь уходим.
Приятели вышли через задний двор в поле и двинулись в сторону станции. Наставник, как всегда, шел впереди, выполняя роль ведущего в их выживальческом тандеме, а Сережина задача заключалась в прикрытии тыла. Да и вообще, больше смотреть по сторонам и сообщать, если что-то покажется странным.
— Я тебе сейчас одну вещь скажу, брат, а ты уж сам решай, как поступишь, — сказал Борис Валентинович, не оборачиваясь. — Добычу мы поделим сейчас поровну, большую часть своей я спрячу в лесу в пятиминутной доступности от станции. Советую тебе сделать то же самое. Большинство людей завистливые и жадные, не искушай их и не проверяй на вшивость. Даже у хороших людей может помутиться разум, человеку свойственно ошибаться. Ты даже не представляешь, на что способны люди, не евши несколько дней.
— Почему поровну? — ответил Сережа. — Я ведь вам должен за патроны, помните?
— Потому что я передумал, — добрым голосом ответил Борис Валентинович. — Мне и самому нужно, чтобы у тебя они были.
***
Вечер.
— Ха-ха-ха, — расхохотался на весь зал ожидания Карандаш. — Я, конечно, знал, что выжившие бродяги горазды на всякого рода выдумки, но от вас, Борис Валентинович, не ожидал. Надо же такое придумать: покойник постучался в дверь, да еще и подружку с собой привел. Ха-ха-ха, развеселили до слез.
Игорь Маркович снял с печки-буржуйки старый железный чайник и налил горячей воды в стеклянную банку. Сережа отсыпал немного чая на всю их новоиспеченную компанию. Парень не стал прислушиваться к совету наставника и весь свой улов принес на станцию, убрав в свою коморку. Молодой смотритель решил, так надежнее, и Борис не стал его переубеждать.
— Раз уж подняли мне настроение, расскажу и я вам случай из жизни, — Карандаш накрыл банку чистой тряпкой и поставил рядом железные кружки. — Жил я раньше в деревне и на неделе ездил на своей «Ниве» в город на работу. Один раз приезжаю, захожу в дом, а там бабушка моя телевизор смотрит. Ей тогда было девяносто шесть лет. У нас в семье много долгожителей, наследственное это,
«Это динозавры, баб», — отвечаю я. — «Они жили миллионы лет назад».
Бабушка немного подумала и произнесла: «Хорошо, что пленка осталась». У меня чуть ремень на брюках не лопнул от смеха.
В зале ожидания послышались редкие одиночные смешки. Карандаш рассчитывал на другую реакцию, его история казалась ему ну уж очень смешной.
— Так значит, много зомби в той деревне? — неожиданно задала вопрос Ю.
— Как шпрот в банке, — ответил Борис Валентинович и показал осуждающе глазами на случайных незнакомых бродяг в зале ожидания, мол, нельзя такое обсуждать на людях. — Еле ноги унесли.
Игорь Маркович разлил всем в кружки чаю. Мария и Ю насыпали сахару и принялись громко стучать чайными ложечками о стенки кружек.
— А ты чего не подходишь к столу? — обратился смотритель к Крантику. — Или не заработал глоток чая?
Грант улыбнулся и радостно подошел к компании.
— Он вчера и сегодня таскал дрова из леса, — Мария подошла к мальчику, потрепала за лохматую шевелюру и посмотрела на свои пальцы. — Надо бы тебе голову помыть, дружок, да и подстричься не мешало бы.
— Ты большой молодец, — похвалил смотритель паренька. — Я видел кучу веток возле входа, даже перепилить успел. Мой руки, скоро будем ужинать.
Борис Валентинович развернул узелок из белой простыни и добрым голосом сказал Гранту:
— Ну-ка, парень, примерь-ка одежку!
***
Сережа лежал на своей кровати и пытался заснуть. Мысли, снова эти проклятые мысли не давали ему покоя. Парень лежал и думал о том, что он сыт, спит в тепле и на мягком. Припасов в его комнатушке хватит, чтобы не голодать какое-то время, а там, за деревянной стеной, всего в нескольких метрах, лежат люди с урчащими животами. Они едят всего раз в пару дней. Сереже хотелось встать и всех накормить, плюнуть на весь здравый смысл и раздать продукты. А завтра? Что завтра? Завтра что-нибудь придумаем, — отвечал молодой человек сам себе.
Резкий порыв доброты сменялся другим внутренним голосом. Звучал он не так, будто вовсе не он сам с собой говорил, а кто-то третий: «Никому ты ничего не должен, они лежат целый день и бездействуют, а ты рисковал жизнью, добывая продукты. Случись с тобой страшное, им было бы абсолютно наплевать».
Сережа встал с лежанки, попил воды прямо из носика железного чайника, лег обратно и отрубился до самого утра.
Глава 18
— Что чувствуешь? — спросил Борис Валентинович напарника, сидя в своем кресле перед печкой.
— Это вы про что? — Сергей прикручивал железную задвижку шурупами к двери своей комнаты изнутри.
Чем больше у молодого человека становилось запасов, тем более чутким становился его сон. Парень просыпался чуть ли не от каждого кашля, исходящего из зала ожидания.
— Та собака, что повалила тебя, — продолжил Борис. — Слюни вперемешку с гноем попали тебе в глаза. Забыл, как мы тебе их промывали?
— Угу, щипало ужасно, — Сережа закончил работу и проверил механизм запора. — Сейчас нормально, спасибо, что беспокоитесь.