Становление колоссального храма
Шрифт:
— Ты хочешь сказать, что Нинчен никогда не проигрывали? Если бы это было так, то сейчас в Японии стояла бы совсем другая власть. Да и не только в Японии — во всем мире. Но Нинчен всего лишь обычный «большой» храм. Говоришь, что никогда не проигрывали? Похоже, вы дрались только в битвах, где заведомо были победителями. Против реально сильных кланов вы не выступали. Отсиживались в стороне, а это равносильно тому, что сдаться. Но можешь и дальше считать Нинчен непобедимыми! Клан с несгибаемой волей! Странно, что отец вообще послал вас на Турнир. Это совсем не
— Накадзима, — с ненавистью произнесла Джудит. Она хотела сказать что-то ещё, но никак не могла сформулировать. Угрозы с её стороны сейчас были бы неуместны. Девушка это понимала.
— Ещё могу сказать, что у тебя хреновый отец. Если бы он был нормальным, то хотел бы живых дочек, а не мёртвых, но гордых.
Старшая Нинчен расплакалась. Да и младшая тоже… Довёл девчонок до слёз, хотя возможно это и к лучшему. Им пора сдаваться. Я чувствую, как они замёрзли. Обе бледные и дрожат.
Мне тоже холодно. Я врубил «защитный покров», только закончив разговор с Нинчен. Как и сказала Рин, холод здесь кусачий. Магический. Энергия на защиту теперь будет уходить постоянно. Время моего теоретического пребывания в мире бесконечного леса сократилось с десятков лет до нескольких месяцев.
— Эрнест прав, — Риото вышел поближе к сестрам Нинчен. — Вам незачем здесь умирать. Если не сдадитесь добровольно, то я просто заберу вас в Иариэль силой.
Джудит утёрла слёзы.
— Хорошо. Мы сдадимся.
— Правильное решение, — объявил я. — Риото, ты только проследи, чтобы Нинчен харакири не сделали. Кто знает, на что они способны…
Парень кивнул.
— Думаю, тянуть с нашей сдачей не стоит. Я создам с помощью магии запас еды для вас с Рин и использую кубик для сдачи. Управлюсь примерно за полчаса.
Вот и произошло сокращение числа участников. Довольно неожиданно, но предсказуемо. Риото переоборудовал свою комнату в склад еды, и вся троица ушла вместе с шаманом.
Какие-либо вопросы представителю Оракулов мы задавать не стали. Да и думаю он бы не дал ответов. Его целью здесь были Риото и сёстры Нинчен.
Буду ли я скучать по Нинчен? Нет. Но с ними определенно было чуть веселее. Рин бывает иногда разговорчивой, однако чаще всего она предпочитает тишину. Принцессу я бы назвал «человеком взрыва». Копит, копит и потом взрывается.
Как например в ту ночь, когда я с ней переспал. Это было единственный раз. Дальше Рин держала отношения в том же ключе, как и прежде, будто ничего и не было.
В целом такой вариант меня устраивал. Всё, что хотел, я увидел и почувствовал, так что охотник на сиськи полностью удовлетворен. Ладно, это легкое враньё. Не «полностью», а просто удовлетворен. Охотник на сиськи голоден практически всегда, и если находится добыча, то ему сразу же нужна новая.
— Рин, сотрудничать будем? — спросил я, когда все ушли.
— Какое сотрудничество ты хочешь?
— Займём одну комнату и будем по очереди держать барьер от холода. Мой «защитный покров» будет жрать практически столько же энергии, как и барьер вокруг целой комнаты. Я думаю, будет разумно объединиться.
— Да, с этим я согласна. Но не рассчитывай сблизиться со мной. Я полностью сосредоточена на Турнире.
— Хорошо. Это тоже очень разумно. Но разговаривать с тобой можно? А-то мы сдохнем от скуки, если будем молчать.
— Можешь разговаривать. Только не факт, что я буду отвечать.
Мы распределили обязанности и до самого вечера не разговаривали. Холод становился сильнее. Защитный барьер был на мне, так что я чувствовал эту проблему по полной.
На улице меж тем бушевала метель. Если выйти из дома, то видимость была буквально метров на десять. Да и выходить собственно не хотелось. За стихией было приятнее наблюдать в тепле, закутавшись в одеяло, а не снаружи.
— В сон клонит, — сказала Рин, зевая. — Я посплю и с утра сменю тебя.
— Думаю, спать плохая идея.
— Почему?
— Ты знаешь, что бывает, когда засыпаешь на морозе?
— Боишься, что не сдержишь барьер?
— Если бы так произошло, то я бы сразу же тебя разбудил. Но вдруг не успею? Вот этого я и боюсь.
— Станет на одного конкурента меньше. Разве плохо?
— Смерти я тебе не желаю.
— Но ты хочешь победить в Турнире. Я твой соперник. Вывод напрашивается однозначный.
— Ладно, Рин, не нагнетай. Сейчас мы союзники. И я не хочу встретиться уже будучи врагами.
— Я тоже не хочу. Но всё к этому и идёт.
— Давай сыграем в игру.
— Какую?
— Правда или действие. Правила знаешь?
— Знаю. Но я же тебе говорила не пытаться со мной сблизиться, а эта игра именно для этой цели.
— Мы можем обговорить запрещенные действия.
— Не надо. Я начинаю, — Рин с вызовом на меня посмотрела. — Правда или действие?
— Правда.
— Ты Джокер?
ЧЁРТ! Зря я начал эту игру… У меня много секретов… Я это вроде и понимал, но всё равно захотелось пооткровенничать с принцессой. Немного сблизиться с ней, даже несмотря на условный запрет.
Ладно, один раз живём! Иногда можно делать глупости.
— Да, я Джокер.
— Я не удивлена. Доказательств этому много, хотя также много и противоречий. Непонятно только одно — когда ты научился так хорошо владеть темной магией. Пожалуй, это будет мой следующий вопрос.
— Правда или действие?
— Правда.
— Зачем тебе победа на Турнире? Что ты хочешь попросить у Светочи?
— Победа мне нужна отчасти для личных амбиций и отчасти для желания у Светочи. Я хочу более справедливый мир. Мир, в котором вся сила, власть и богатство распределены между всеми людьми, а не находятся лишь у кланов. Думаю, это странное желание для той, кто представляет аристократию, но всё из-за того, что я не слепа. Я вижу как живут обычные люди. Сейчас, в век глобализации, кланы дают больше свободы для своих последователей, но рабство никто и никогда не отменит. Наш мир устроен так, что одни наслаждаются жизнью за счёт других. Я хочу ликвидировать эту несправедливость.