Супермены Сталина. Диверсанты Страны Советов
Шрифт:
Проблема возникла там, где ее меньше всего ждали. Не было взрывателя с замедлением на двенадцать часов. Пришлось его делать из трехсуточного взрывателя. Николай Михайлашев вместе со своим адъютантом Василием Исаевым экспериментировал несколько суток, пока не получил нужного результата.
Затем курсанты тайно пронесли десять килограммов тола и сложили их в нужном месте. Установили взрыватель. Почему-то он не сработал. Пришлось изготовить второй. Наконец ранним утром 11 сентября 1943 года гомельский узел связи перестал существовать. [139]
139
Там же. С. 198–201.
Через несколько дней, 15 сентября, был взорван склад. В результате диверсии
Не только диверсиями занимались патриоты под руководством Николая Михайлашева. В октябре 1943 года он создал специальную группу для уничтожения тех, кто сотрудничал с немецкими оккупационными властями. В нее вошли: Василий Мочалов, Петр Солодков и Федор Щербаков.
140
Михайлашев Н.Невидимый фронт // Сб. Фронт без линии фронта. — М., 1975. С. 202.
Вот неполные результаты ее деятельности:
«Первыми были пойманы бургомистр Добрушского района Желдаков, его заместитель Амельченко и следователь СД Гансевский. Не удалось уйти от кары и начальнику брянской полиции Лукьянцеву, и абверовским агентам Елене Желдаковой, Василию Шмуляю и другим». [141]
«Буря» в тылу врага
История появления спецгруппы «Буря» проста. Руководство бригады получило приказ активизировать деятельность в новом районе. Решили отправить спец-группу.
141
Там же. С. 203.
«Весной 1944 года спецгруппа «Буря», состоявшая всего из восьми человек, высадилась в районе хутора Гать в расположении партизанской бригады имени Ворошилова, действовавшей под Вилейкой». [142]
Вот хронология событий, в которых участвовала спецгруппа Михайлашева:
— в ночь на 5 мая на перегоне Солы — Сморгонь всего двумя минами подрывники из «Бури» отправили под откос два немецких эшелона;
— 7 и 8 мая взлетели на воздух еще два эшелона с гитлеровцами;
142
Чернушевич М.Из записок чекиста Михайлашева // Минский курьер, 2004, 19 марта, № 286.
— в ночь на 11 и 12 июня подорвано три состава,
— 15-го и 17-го — два,
— 19-го — уже четыре!
Только за июнь подрывники Михайлашева пустили под откос 24 состава с живой силой и техникой противника. [143]
Финал чекистской карьеры
После окончания войны Николай Михайлашев продолжил службу в органах государственной безопасности.
В 1953 году окончил исторический факультет Минского педагогического института.
В 1954 году ему присвоено звание полковника.
В 1975 году, когда ему исполнилось пятьдесят восемь лет, ушел в отставку. [144] Достойное завершение карьеры в органах госбезопасности.
143
Чернушевич М.Из записок чекиста Михайлашева // Газета «Минский курьер» № 286 от 19 марта 2004 г.
144
Энциклопедия секретных служб России / Авт. — сост. А.И. Колпакиди. — М., 2003. С. 630; Навечно в сердце народном. — Минск, 1984. С. 384.
ЧАСТЬ III
Чекисты — герои официальных эпосов
Советские историки и журналисты, следуя каноническому тексту официальной истории «партизанского движения»,
Гпава 5
«Ликвидаторы» с лубянки
В большинстве отечественных книг, посвященных партизанскому движению, о роли чекистов в организации убийств и похищений высокопоставленных офицеров Вермахта и функционеров оккупационного режима говорится крайне скупо. Оговоримся сразу, мы не рассматриваем случаи налетов или засад, когда волей случая в автомобиле оказывался какой-нибудь генерал. В этом случае нельзя утверждать, что операция была спланирована заранее. Авторы упомянутых выше работ не отрицали того факта, что партизаны и подпольщики «ликвидировали» представителей противника, но выдавали это за проявление народного гнева по отношению к захватчикам. Все значительно сложнее. Действительно, часть громких убийств была совершена народными мстителями по собственной инициативе (обычно командования отрядов или бригад). А остальные «активные мероприятия» были проведены по приказу из-за линии фронта. При этом исполнителями могли быть партизаны, подпольщики, чекисты или военные разведчики.
Ниже мы расскажем об участии чекистов одного партизанского формирования в нескольких активных мероприятиях (убийствах и похищениях) на оккупированной фашистами территории.
Бойцы и командиры партизанской бригады «дяди Коли», [145] а также связанные с ней подпольщики спланировали и реализовали серию похищений и убийств старших офицеров и чинов военной администрации Третьего рейха. Жертвы имели несчастье оказаться в оккупированном Минске или его окрестностях.
145
Была сформирована на базе спецотряда «Бывалые» Четвертого управления НКВД-НКГБ СССР.
Размах этой деятельности приобрел такой характер, что сначала в состав очередной чекистской спец-группы «Артур» включили трех радистов и переводчика с немецкого языка. А затем для охраны высокопоставленного перебежчика (командование бригады не без основания предполагало, что противник предпримет все для его ликвидации) Москва прислала еще две группы «Гром» и «Помощь» — порядка пятидесяти десантников — бойцов ОМСБОНа. После того как самолет с немцем благополучно взлетел с партизанского аэродрома, последние группы ушли на боевое задание (о них чуть подробнее мы расскажем ниже), а «Артур» остался на базе бригады.
Из трех командиров этих спецгрупп в живых остался только один. После войны он написал книгу «Записки десантника», в которой рассказал о подробностях отдельных разведывательно-диверсионных операций. Сложно сказать, как восприняли ее однополчане героя, но вот многие историки весьма скептически отнеслись к этим мемуарам. Дело в том, что автор не только приписал себе чужие заслуги, но и придумал отдельные детали, чем еще больше запутал исследователей.
О чем умолчал командир
В 1943 году уже упоминавшийся в первой главе данной книги майор госбезопасности Иван Федорович Золотарь возглавил спецгруппу «Артур», которую планировалось переправить через линию фронта. Спустя много лет один из членов этого подразделения ветеран ОМСБОНа Леонид Гаряев («Гущин») вспоминает:
«…вошли в нее старший техник-лейтенант Юрий Алексеевич Храмцов (погиб в середине мая 1943 года. — Прим. ред.), один весьма пожилой товарищ (все мы отправлялись под псевдонимами, и я помню только его партизанское имя — Ермолович), боец Николай Иванович Антошечкин, необыкновенно хороший деревенский парень, уроженец села Поныри Курской области, трое радистов — Таня Саваровская, восемнадцатилетний Валерий Гуров (погиб 15 июня 1944 года при прорыве блокады немецких частей. — Прим. ред.), старший радист Евгений Александрович Ивановский («Казбек») (пропал без вести, по некоторым данным, сдался врагу 15 июня 1944 г. — Прим. ред.), я и еще двое, но не могу вспомнить их имена — видимо, были с нами недолго». [146]
146
Гаряев Л.Мои надежные товарищи // Урал, 2002, № 5.