Суровая Родина. Нехороший путеводитель по Кемерово
Шрифт:
…Но за шахтёрами, уныло сидевшими на Горбатом мосту, стояла огромная сила: озлобившиеся шахтёрские регионы, начавшие “рельсовую войну” с правительством». (Выдержки из книги Ельцин Б. Н. Президентский марафон. М., 2000. С. 207-208).
Председатель независимого профсоюза горняков А. А. Сергеев вспоминает: «11 июня мы высадились. В конце июня ФНПР принял решение о проведении акции с такими же требованиями. Дума начала процесс импичмента. Ушло правительство после 17 августа. А ведь мы предупреждали, если не изменить политику, будет крах. Ещё раз «обули» народ. 30 сентября мы провели переговоры с Маслюковым, и правительство
Следом, в августе 1998 года случился дефолт, и страна оказалась на грани реального экономического банкротства. Широкой рабочей солидарности в стране, оказавшейся на грани распада, не было. Шахтёры были вынуждены идти на компромиссы со сформированным коалиционным Правительством во главе с Е. Примаковым.
30 сентября 1998 года Первым заместителем Правительства РФ был подписан Протокол с представителями шахтёров, пикетирующих здание Правительства РФ. Для погашения задолженностей по заработной плате государством было выделено 1,98 миллиардов рублей, это составляло две трети от общей задолженности по их заработной плате.
– У нас в Тагиле тоже крепкая рабочая косточка, но всё же настоящий русский характер, он – в Сибири! А что, вот в Кемерово, да! У меня однокашник один в Москве осел – ну он из этих… – из «фартовых»*, говорит: «Кемеровским всегда в столице среди братвы – уважуха. Если с “кемерунцами”* по рукам ударил – так тому и быть. Никто в зад пятки не пойдёт».
Не стал я разубеждать Витьку, что по-разному бывало.
До начала 90-х слово «Кемерово» в СССР не звучало. «Где это?», – спрашивали в Москве. Москвичи часто ошибались и по созвучию Кемерово – Кемери думали, что речь идёт о престижном районе в Юрмале с соснами и песчаными пляжами.
Сначала о Кемерово заговорили, когда начались массовые шахтёрские забастовки, а потом, когда в лентах новостей появились кемеровские братки.
В отличие от коллег, например, из Екатеринбурга или Красноярска, кемеровская братва не дошла до уровня вертикально организованных группировок типа Уралмаш, которые контролировали всю жизнь в городе от мелкого бизнеса до промышленных гигантов или, например, до глобальных разборок типа Великой рэкетирской войны в Тольятти, в которой было убито более 400 человек.
– Вот у нас в Тагиле, чехи* всем хлебным* заправляют. Я тут с одним тёр* по своим делам, так он между прочим сказал «перед кемеровскими рот не разевай – вырежут гланды и не заметишь».
Глава вторая
«Есть блатные, и есть спортсмены, а кто есть ты?»
Воровской мир Кемерово в 90-е был с мира по нитке – синие, спортсмены, чеченцы, грузины, ингуши. Центров силы было много, и несмотря на то, что время от времени на кладбище появлялись мощные монументы с фотографиями в мраморе и граните пацанов в кожаных куртках и ключами от мерседесов в руках, «по беспределу
Многие из них начинали со стандартного рэкета ларёчников и челноков и поднимались до крышевания крупных региональных банков, выполняя при них одновременно роль службы безопасности и кредитных коллекторов —ничто не ново под луной!
Бизнес развивался, вместе с ним росли и аппетиты бандосов. Появились казино и ночные клубы, большие магазины, оптовые склады – все в той или иной мере платили «крышам». Те из авторитетных главарей, которые зону не топтали и были не связаны «воровским законом»*, активно присматривались к коммерсантам и сами начинали обрастать бизнесом.
Важно, что до определённого момента никто из них не ставил всерьёз целей единолично захватить всю власть в Кемерово и далее в области. Здесь была своя движуха, в Новокузнецке – другая, а в Осинниках не признавали ни тех, ни других. Группировки были вооружены не хуже московских коллег: автоматы Калашникова, «Agran-2000», пистолеты Макарова и Стечкина, снайперские винтовки, килограммы взрывчатки, гранаты и обрезы. Многие отличались религиозностью и регулярно посещали церковь. Считалось неприличным «работать» в святые праздники.
Единственная попытка стать «королём воров» в Кемерово, а далее – и в Кузбассе (итальянское: capo dei tutti capi – босс боссов) была сделана Владимиром Сивороновым. Начинал он свой путь с торговли водкой, одно время работал коммерческим директором Новокемеровского пивзавода. В 1993 году организовал бизнес-ассоциацию / крышу – «Союз бизнесменов Кузбасса», членство в которой давало предпринимателям возможность платить в «котёл» фиксированный процент с оборота вместо «договорняка» с другими ворами, который мог идти и по беспределу. Комерсам обещали иммунитет и решение их разных проблем не только с криминалом, но и в коридорах муниципальной и областной власти, помощь в банковском кредитовании. В Ассоциации был свой нотариус, юридический отдел, «оружейка»*.
Потом, кое-кто будет говорить, что Сиворонов был «не при делах и не из этих», а первым пытался сформировать цивилизованное бизнес-сообщество Кемерово. Ну да, фантастика в соседнем отделе.Некоторые обиженные высокими расходами «на подогрев»* предприниматели стали переходить на членство в ассоциацию, а значит, у других бригад касса не сходилась. Спустить такое без ответа было нельзя.
«Слышен денег легкий шелест, это лох идёт на нерест».
Обычная практика «прикорма клиента» была такая: приходит к коммерсанту на точку пара наглых и коротко стриженных ребят в чёрных кожаных куртках из породы борцов-боксёров, с переломанными ушами-носами и толстыми накачанными шеями и начинают «держать базар»*:
– Вы чьи, лошары*, будете?
– Мы работаем под Сергеем Легаром, – на этот случай внутри ларька на стене, которую не видно «с улицы», крупными буквами написано имя их «крыши» – «Сергей Легар» – чтобы с перепугу никто из продавцов не растерялся, не бубнил и не мямлил с кем же у них «подписан контракт» о праве на жизнь.