Таинственная незнакомка
Шрифт:
Их приятельские отношения, возникшие во время утренних выходов на охоту, несколько смягчали ревность Дэра, но тем не менее он был доволен, что уже завтра увезет Ориану из Раштон-Холла. Однако беспокойство вновь охватило Дэра, когда граф спросил его, долго ли еще он намерен оставаться в Англии.
– Из Ливерпуля регулярно отплывают суда на ваш остров, и расстояние не так уж велико.
Дэр знал, что дорога займет всего чуть более суток, однако вовсе не хотел уезжать.
– Мне нет особой нужды спешить с отъездом, – ответил он. – К тому же я еще не закончил
– Вот как? – заметил Раштон. – А я полагал, что вы сделали дело, ради которого приехали. Вы завоевали Ориану.
Лояльность по отношению к Ориане требовала, чтобы Дэр промолчал, и он не мог защитить себя от обвинения. Он лишь сказал, гневно сверкнув глазами на аристократа:
– У вас дурное мнение обо мне. И о ней.
– Я питаю к Ориане высшее уважение, однако знаю, что ее порывы вовлекли ее в беду. Говорила ли она вам когда-нибудь о человеке по имени Томас?
Дэр молча кивнул.
– Его бесчестность принесла ей огромное несчастье. Возможно, вы не в состоянии понять, как она страдала и почему потом держалась как можно дальше от мужчин. Она нашла утешение в музыке и в своих профессиональных обязанностях. Когда она обратилась комне за советом, я предложил ей избегать ненужных знакомств и поддерживать родственные отношения с Боклерками. Ее усилия преодолеть происшедший скандал увенчались бы успехом, если бы Мэтью не разрушил их.
– Вы согласились на брак вашей дочери с Пауэллом, так как считали, что это отвлечет его от Орианы?
– Разумеется, нет. Их взаимная привязанность возникла до того, как Мэтью познакомился с Орианой. У него есть недостатки – он легкомыслен и чересчур экстравагантен, но я убежден в его преданности Лайзе и ее преданности ему. Как моя единственная наследница она может выходить замуж независимо от материальных интересов. Я переведу дом в Лондоне на ее имя, как только она выйдет замуж. Она провела сезон в городе, заняла достойное место в высшем обществе и заказала подвенечное платье. Когда возник смешной и нелепый домашний спор о сервизе из веджвудского фарфора, Мэтью напился и кинулся за утешением к Ориане.
– В театре. Да, я об этом знаю. И тогда она уехала из Лондона.
– Даже из Англии. К моему величайшему сожалению, случай привел ее на остров Мэн.
Потеря для одного мужчины стала приобретением для другого.
– Я и не предполагал, что вы находитесь в положении собаки на сене.
– Я охраняю то, что принадлежит мне.
– В каком это смысле Ориана принадлежит вам?
– Говорите тише, нас могут услышать слуги.
Дэр оглянулся через плечо и увидел, что не спеша следующие за ними слуги попеременно передают один другому фляжку с бренди. Понизив голос, он спросил:
– Что вы, черт побери, имеете в виду, когда утверждаете, будто она ваша? Если это так, то она забыла об этом упомянуть.
– Обстоятельства удержали меня от публичного объявления об этом, – холодно изрек граф. – Ориане понадобилось слишком много времени, чтобы оправиться после истории с Теверсалом. И я не мог создавать скандал вокруг оперной певицы, затевая торжества по случаю замужества
Они проходили как раз мимо той рощицы, где Дэр с Орианой наслаждались друг другом, воспоминания об этом укрепили уверенность Дэра в том, что Ориана больше принадлежит ему, чем Раштону. «Разделенная страсть, – сказал он себе, – победила годы платонической дружбы». К тому же Ориана обменялась обетом любви с ним, а не с графом.
– Как только Лайза и Мэтью поженятся, я получу свободу ухаживать за Орианой.
– Вы хотите, чтобы она стала вашей любовницей? – мрачно спросил Дэр. – Или вашей графиней?
– Всю последнюю неделю она занимала спальню моей покойной жены, – заявил граф с торжествующей улыбкой. – Я бы ни в коем случае не предложил ей этого, если бы не был уверен, что стану ее мужем. И я им стану.
При этих словах Дэр почувствовал себя примерно так, как если бы Раштон направил на него дуло своего охотничьего ружья.
– Она не захочет выйти за вас. Выбирая между браком и музыкой, она предпочтет последнее.
– Ее музыка перестанет быть предметом публичных выступлений и превратится в домашнее удовольствие. Да, она порвет со своей артистической карьерой, но получит солидное возмещение в виде титула, богатства и загородного поместья. Благодаря мне она обретет респектабельность, о которой мечтает более всего. Я гарантирую, что она покинет свой дом на Сохо-сквер, этот монумент ее недостойного наследства. С вами она вынуждена терпеть позор тайной связи, которая, похоже, окажется недолгой. Ее выбор, Корлетт, элементарно прост.
Если бы Дэр стал отрицать свою связь с Орианой, он солгал бы. Но молчание его только подтвердит подозрения графа.
– Ваши умозаключения унижают Ориану, и они малодостоверны. Она вовсе не беспомощное брошенное создание, которое нуждается в руководстве, милорд. Эта женщина, наделенная уникальным талантом, дорожит своей независимостью. Я предчувствую, что она вам откажет, но с деликатностью, которая позволит сохранить добрую дружбу.
С несколько грубоватым уважением Раштон сказал:
– Вы не причините ей боли сознательно, я в этом уверен, но можете сделать это против воли. Поэтому чем скорее вы с ней расстанетесь, тем лучше для нее.
Дэр сомневался, что Ориана согласится со словами Раштона. Распрямив плечи, он твердо взглянул в глаза своему сопернику.
– Я рассматриваю ваши замечания и ваш совет как насильственное вмешательство в чужую жизнь.
– Необходимое. Как будущий муж Орианы я должен высказать свои возражения против... против ваших интимных отношений.
– До тех пор пока Ориана не даст согласия стать леди Раштон, – возразил Дэр, – она свободна вести тот образ жизни, какой ей нравится.
Большим успехом, по мнению Харриот Меллон, постановку «Критика» в Раштон-Холле назвать было нельзя. Ее суждение об исполнителях было совершенно иным, чем у собравшихся зрителей, по большей части окрестных мелких джентри, которые осыпали актеров-любителей Пышными похвалами. Хэрри же считала, что похвал по настоящему заслуживает один лишь мистер Пауэлл.