Тамерлан
Шрифт:
7)Пусть монарх не пренебрегает ничьими советами; те из них, которые он примет, должны быть запечатлены в его сердце, чтобы пользоваться ими в случае надобности.
8)В делах правления, в делах, касающихся армии и народа, государь не должен руководствоваться поведением и речами кого бы то ни было. Если министры и генералы говорятхорошо или дурно о ком-нибудь, то они заслуживают, чтобы их выслушали; но поступать необходимо с большой осмотрительностью до тех пор, пока не убедишься в истине.
9)Уважение к власти повелителя должно быть так крепко
10)Чтобы все, что повелитель ни делает, делал он сам чтобы он был непоколебим в приказаниях раз отданных; ибо твердость в приказаниях составляет самую большую силу для монархов: для них это - сокровище, армия, народ и целое поколение принцев.
11)В управлении, при обнародовании приказов, монарх должен остерегаться признать кого-нибудь сотоварищем и он не должен принимать к себе товарища при управлении.
12)Другая, не менее важная и полезная предосторожность для монарха: это узнать тех, которые окружают его, и быть постоянно настороже в отношении их. Часто встречаются люди злонамеренные, которые разглашают всё. Их главная забота - передавать визирям и эмирам все слова и действия государя. Это я испытал, когда большая часть моего дивана состояла из шпионов, подкупленных моими визирями и эмирами.
Правила для формирования армии
В каждой роте из десяти отборных воинов избирался один, соединявший в себе мудрость и храбрость, и, после согласия девяти других, он был утверждаем начальником под именем унбаши (начальник десяти, десятник).
Из десяти унбашей также избирался достойнейший по уму и деятельности, он становился начальником своих сотоварищей и имел название юзбаши (т.е. начальник сотни, сотник). Десять юзбашей шели начальником мирзу, опытного, искусного в военном деле и известного своею храбростью. Этого начальника называли минбаши (или тысяцкий, начальник тысячи).
Унбаши пользовались правом замещать солдат, которые бежали или умерли, таким же образом юзбаши назначали унбашей, а минбаши в свою очередь выбирали юзбашей. Тем неменее я требовал, чтобы мне докладывали о смерти и дезертирстве людей и о замещении их.
В военной и гражданской службе минбаши, или начальники тысяч, пользовались полною властью над юзбашами, или сотниками, а начальники сотен - над десятниками, или унбашами, последние же - над солдатами. Эти офицеры имели право наказывать непослушных, выгонять со службы всех тех, которые небрежно исполняли свои обязанности: они должны были замещать их.
Правила о жалованье армии, офицерам и солдатам
Вот в каком размере я приказал раздавать жалованье минбашам, юзбашам и унбашам.
Жалованье простого солдата, храброго и деятельного, равнялось стоимости его лошади; оклад отборного воина простирался от стоимости двух до стоимости четырех лошадей.
Унбаши (десятник) получал в десять раз более простого солдата. Жалованье юзбаши (сотник) было двойным окладом против жалованья унбаши,
Каждый военный, провинившийся по службе, терял десятую часть жалованья. Унбаши имел право получить жалованье только до свидетельству от юзбаши; юзбаши должен был представить удостоверение от минбаши, который дня себя получал такое же свидетельство от главнокомандующего моей армии (эмир Аль-Отра).
Жалованье главнокомандующего в десять раз превосходило жалованье простого офицера. Начальник дивана и визири получали десять офицерских окладов. Жалованье различных орд калькачи и есаула могло простираться от стоимости 1000 до стоимости 10000 лошадей. Я старался раздавать земли, награды, пенсии на пропитание потомков пророка, законоведов, ученых, врачей, астрологов и историков моего двора по их заслугам. Жалованье пехотинцам, слугам и людям, которые занимались размещением палаток, простиралось от стоимости ста до тысячи лошадей.
Главнокомандующий мог получать жалованье только по удостоверению визиря и начальника дивана. Эти два министра представляли мне расписки жалованья, и они же сводили счета. Каждый солдат, чтобы получить свое жалованье, имел особый лист, на котором записывал, по мере выдачи, суммы, которые получал.
Правила раздачи жалованья войскам
Я приказал, чтобы пехотинцы, стражи и привратники получали жалованье ежегодно, чтобы в сроки платежа им выдавалось их жалованье в здании совета.
Чтобы жалованье прочих чинов армии, равно как и жалованье храбрецов, выдавалось по полугодию и чтобы они все получали ассигновку в казначействе, являясь лично.
Наконец, чтобы жалованье унбашам (десятникам) производилось из податей с городов и областей; чтобы минбашам давалось полномочие на получение доходов с внутренних земель и чтобы офицеры и главнокомандующий получали доходы с земель, лежащих на границах.
Раздел доходов с областей
Доход с областей и государств разделялся на несколько неравных частей. Каждый эмир и каждый минбаши брал одну часть по жребию - и если сумма, полученная таким образом, превышала жалованье, то делили, если же она была меньше жалованья, то получавший ее брал на свою долю еще одну часть. Эмирам и минбашам было строго запрещено увеличивать установленные подати, когда собирали государственные доходы.
Каждая область, обложенная податью, имела двух заведующих. Один из них наблюдал за областью и защищал жителей от притеснений и грабежа со стороны лица, пользующегося доходами от нее; он же вел и точный счет всему, что доставлялось областью.
Другой заведующий вел записи издержек, раздавал следующие солдатам части. Каждый служащий, которому отданы были доходы с какой-нибудь области, пользовался ими в продолжение трех лет, после чего производилась ревизия, и, если область была в цветущем состоянии и жители не заявляли претензий, всё оставалось без изменения; в противном же случае доходы отбирались от правителя на три года.