Темная Академия
Шрифт:
О своем решении уйти первому сообщил вождю.
Глава племени выдержал большую паузу и обнял Ярослава.
— Понимаю твой выбор и твой путь. Знай, Яр Роу Темный, Дети Льда всегда будут считать тебя своим соплеменником, а я — братом.
Они вновь обнялись как воины. Немного поговорили о маршруте, вождь щедро дополнил карту Ярослава обозначением удобных пещер и мест, где есть вода. Уйти по-английски не удалось, ему показалось, что провожать вышла вся деревня. Мужчины пожимали руки, хлопали по плечам, женщины махали руками и шептали хорошие слова в дорогу, а дети шумной гурьбой бежали
Предупреждающий вскрик помощников запоздал. Яр увидел у себя на запястье широкий стальной браслет и почувствовал его болезненную сжимающую силу. За какую-то долю секунды Яр понял, что это какая-то высокотехнологическая ловушка, а тот, кто это сделал, стоял рядом и злорадно улыбался. Знакомо и громко хлопнуло, рядом возник трехметровый овал портала, и его потащило туда с непреодолимой силой. Яр даже этому скалящему дылде не смог ответить! Да и как тут ответишь, когда магия заблокирована, а ты до содранных ногтей пытаешься цепляться за скалы.
— Сука продажная, — крикнул Ярослав и пропал в портале, который тут же схлопнулся.
Шаман племени нисколечко не боялся, он знал свою ценность. Кто будет лечить хвори, кто будет принимать роды, давать ценные советы, если его убрать? Подбежал вождь и несколько воинов.
— Ты что сотворил, колдун?
Шаман пожал плечами и обвел взглядом всех присутствующих, движениями рук призывая к спокойствию.
— В вашей горячности, вождь, нет рациональности, успокойтесь и помните зароки древних - шаманы не подлежат суду и наказанию. Я сделал то, что должен, выкупил у некромантов ваши жизни, а этот пришлый, — он сплюнул, — нам никто, так что это хорошая сделка. А если вам что-то не нравится, я уйду, от сторонних предложений моя мошна давно переполнена. — Не ошибся шаман в древнем табу, никуда он не ушел. Как можно уйти разрубленным надвое?
***
Ничего хорошего на выходе Ярослав не ожидал, поэтому, не раздумывая, в первое же мгновение, как только его выбросило, до соприкосновения с почвой постарался отрубить себе кисть с браслетом. Получилось, боли не почувствовал, лишь онемение, а вот страх — это да, не каждый день себя калечишь. Зажимая рану, он подумал: «Как-то не везет этой руке».
Безумное решение оказалось правильным, смалодушничай он — уже спеленали бы, а так источники качали энергию как надо, и он хоть как-то мог сопротивляться.
Хотя сразу было понятно - это ненадолго. Отрицать очевидное было глупо, максимум минуты три-четыре он еще продержится, а дальше все, амба. На него со всех сторон массово летели круглые толстые сети в метр диаметром. При соприкосновении с его раскачанным щитом они вспыхивали и опадали пеплом.
«Что за тактика, почему так однобоко, может быть, боятся прибить?», — пришла невеселая мысль.
Немного отошел, скоренько огляделся, он явно оказался в замке захвата — такие монументальные строения ни с чем не спутаешь. Его выбросило на главном плацу, по большой окружности стояли несколько десятков безмолвных некромантов, взявшихся за руки. Они вместе генерировали столько энергии, что Ярослав даже и не пытался сдвинутся с места.
Тем более что некросы, скорее всего, только этого и ждали.
«Что ж, у меня только один путь —
Жуткая боль вырвала из небытия, Яр едва сдержался, чтобы не завыть. Скрипя зубами и превозмогая судороги он все же смог приоткрыть глаза, несмотря на дергающиеся веки. Но то, что он разглядел сквозь это мельтешение, лучше бы и не видеть вовсе. Он был насквозь проткнут сотнями тонких прутков или струн из лирития, концы которых крепились к стенам, состоящим из того же металла.
Его размышления были убийственны: «Я вижу, значит, этих струн в глазах нет, слух, похоже, тоже оставили. Извращенцы, хотели, чтобы все видел, все слышал».
А вот магии в себе он даже капли не чувствовал, источники словно кто-то с корнем вырвал — раскрывающаяся перспектива ужасала.
«Нужно терпеть и думать, думать, говорят, безвыходных ситуаций не бывает», — твердил сам себе Ярослав.
Заработал замок, и заскрипела открывающаяся тяжелая дверь. Вошли трое. Двое из них, похоже, надсмотрщики или палачи, а вот третий с брезгливым дородным лицом явно из высокопоставленных. Статов Яр не видел, он вообще теперь магии не улавливал. Страшное ощущение какой-то неполноценности. Некромант довольно хмыкнул и заговорил:
— О-о-о, возомнившее о себе мясо, наконец, проснулось и может мыслить. Прежде чем ты, мусор под нашими ногами, умрешь, и мы заберем твое тело, отдашь нам все: свои знания, умения и все, что у тебя есть в подпространстве. — И он кивнул этим двоим мордоворотам в кожаных передниках. Улыбчивые ублюдки, обладатели стеклянных глаз, почти синхронно дотронулись жезлами до стены. Жуткая боль словно цунами ударила в песчаную гору, вмиг сметая все героические заверения самому себе, Яр никогда так не орал.
Землянину показалось, прошла вечность, когда наконец это ужас отступил. Его ощутимо трясло, и эти бесконтрольные телодвижения, конечно, приносили боль от ран на теле и проволоки, но эту боль можно сравнить разве что с ласковым прикосновением. Сквозь слезы Ярослав видел, как довольно ржет Некромант, как ухмыляются его подручные.
— Раб, это лишь десять минут, завтра будет тридцать, и так до бесконечности, пока твоя воля не превратится в уксус. Знай, на иглах Некромантов и боевые архимаги древних ломались, принимая в себя сущность контролера, признавая его власть. Поступишь разумно, согласишься на контролера, слово Некроманта, завтра же умрешь и избавишься от мучений.
Яр дернулся, сморщился от боли, но прохрипел, едва ворочая проткнутым языком:
— Желаю ещё помучиться, прикольно тут у вас. Да и пирсинг что надо, причем бесплатно.
Некромант зло усмехнулся:
— Дайте один час радости этому клоуну, раз он так желает этого.
Когда этот страшный срок наконец-то истек, ему казалось, что даже из глаз сочится кровь. Еще долго он не мог даже думать, мысли каждый раз скатывались к какому-то тупому реверсному нытью и причитаниям.
«Что же делать? Что делать? Все. Пропал. Конец. У-у-у!»