Точка отсчета
Шрифт:
Ника грустно улыбнулась, встала и подошла к девочке:
– Хочешь, я расскажу тебе кое-что про ребят? – Ника подмигнула ей, и они вместе отошли на несколько шагов.
На пляже к этому времени, кроме них четверых, никого уже не было. Ника на секунду остановилась и внимательно посмотрела на девочку. На вид ей было лет десять-одиннадцать. Невысокого роста, с темно-русыми волосами, слегка растрепанными от бурной игры. Она еще не вступила в тот возраст, когда к представительнице прекрасного пола начинают обращаться «девушка», но, с другой стороны, и милой детской непосредственности она уже была лишена. Подростковый возраст расцветал на юном лице и небольшими прыщиками,
– И что же вы хотели мне рассказать? – с веселой настороженностью спросила девочка.
– Ох, и не знаю. Просто захотелось спросить: зачем ты так разговариваешь со своим другом?
– А зачем он обижает меня? Ведь девочек нельзя обижать.
– Но ведь получается, что он сказал правду про мяч. Разве нет?
– Да! – в голосе девочки стали появляться дрожащие слезливые нотки. – Но это не дает ему права так говорить обо мне при других. Я думала, что я ему нравлюсь. А он…
– Нравишься, конечно. Это видно. Но и его тоже можно понять. Он хочет, чтобы и о нем не забывали думать. Чтобы ты сказала правду, поддержала его.
– А вы часто поддерживаете своего мужа? – вдруг с вызовом спросила девочка.
Ника замерла на секунду. Слово «конечно» вдруг застряло в ее горле и не смогло превратиться в звук. Почему-то перед глазами за секундную паузу пронеслось ее знакомство с будущим супругом. Его ухаживания. Дорогие рестораны и большие букеты цветов. Рождение ребенка. Новая квартира. «А вы часто поддерживаете своего мужа…» Он так много ей дал, и было безумно больно понять, что она ему стала не нужна. Только потеряв его, Ника поняла, насколько сильно в нем нуждалась. А он в ней? Она давала ему уют в доме, вкусную еду, аккуратно лежащие по полочкам вещи, жаркие ночи в домашней постели. Но знала ли она его как человека? В чем он на самом деле нуждался? Ника вдруг вспомнила, как однажды, за год примерно до начала этого кошмара, он пришел домой расстроенным. Она приготовила жаркое по новому невероятно сложному рецепту, а он почему-то не захотел его есть. Она обиделась, расплакалась и долго с ним не разговаривала. Ждала, что он будет извиняться. Но он не стал. Ему было не до нее. Лишь потом от его матери она узнала, что у коллеги, с которым он очень дружил, обнаружили онкологию. Сама она даже не попыталась в тот момент спросить, что творилось в его голове. Просто сразу обиделась. Ведь она хорошая жена– о такой мечтает любой мужчина. И все мысли должны быть о ней. Но, как выяснилось, у него была и другая жизнь.
– Да, поддерживаю, – подавив комок в горле, наконец ответила Ника. – Запомни на будущее – поверь, тебе это пригодится: не всегда в жизни будут мальчики, которые из-за тебя готовы будут врать, драться или совершать еще какие-нибудь поступки. Чтобы парень был рядом и защищал тебя всегда, ты сама должна быть для него опорой. Только когда вы поддерживаете друг друга, а не требуете постоянно чего-то, вы сможете быть счастливыми как в игре, так и в будущем в семье. Ты бы, например, стала брать вину на себя из-за него?
– Нет, конечно, я же девочка. Мальчики должны всегда защищать и помогать.
– Должны, но только если и мы отвечаем тем же. Не требуй от других того, что не готова делать сама. Независимо от того, мальчик рядом с тобой или девочка. Запомнишь это?
– Попробую, – чуть скривившись, произнесла девочка. Видно, что ей не понравилось, куда повернул разговор, – как-то это непривычно звучит.
– Непривычно не значит неправильно, – произнесла Ника, а затем наклонилась к девочке и, посмотрев ей в глаза, добавила: – обязательно стань счастливой.
Сразу после этих слов Нике пришлось отвернуться, чтобы девочка не увидела блеснувшие на глазах слезы.
***
– И как вам тут, в санатории, отдыхается? – Саша попытался заговорить с мальчиком, чтобы снять напряжение, повисшее после того, как Ника с девочкой отошли.
– А какая разница-то? – насупившись, ответил мальчишка. – Что вам вообще от меня надо?
– Да что ты так злишься? Не маньяк я, – рассмеялся Саша. – В наше время все куда проще было, а сейчас спросишь что-то у чужого ребёнка, и на тебя все окружающие начнут коситься.
– Ну так со своими детьми и разговаривайте, к чужим не надо лезть.
– Да, ты прав, – Саша пожалел, что вообще заговорил с мальчишкой, почему-то взгрустнулось, и он тихо добавил. – Своих пока нету. Дел и без того хватает.
– Работаете, наверно, много? – уже без агрессии спросил мальчик.
– Ну да, приходится, – протянул Саша, отведя глаза в сторону очередной надвигавшейся на них тучи.
– Мой отец тоже много работает. Из-за этого мама на него постоянно ругается, – вдруг сказал мальчик. Видимо, он тоже был не против поговорить со взрослым незнакомцем.
– Но ведь это же хорошо, – ответил Саша, – наверно, много денег в дом приносит.
– Нет, мама считает, что мало. Когда я повзрослею, я обязательно буду много зарабатывать. И куплю маме отдельную квартиру, чтобы она могла жить без отца и не ругаться с ним.
Саша рассмеялся:
– Почему ты думаешь, что мама хочет жить отдельно?
– Ну, она же постоянно ругается с папой. А люди не должны ругаться. Зачем тогда вообще жениться, если постоянно ссоры?
– Ну, по разным причинам. Вообще, женятся, когда любят друг друга.
– Кому нужна такая любовь, если она проходит, а люди потом ни друг на друга не могут смотреть, ни на своих детей? – разговор явно начал задевать мальчика за живое, голос становился дрожащим, и пару раз он сорвался на высокие детские нотки, от которых подросток уже, казалось, избавился.
– Любовь – это очень важно. Не деньги, не успех, а именно любовь. Много нужно пережить, чтобы это понять, – Саша невольно вспомнил ту свою девушку. Их было много, но сейчас именно она, как и вчера вечером, стояла у него перед глазами. Она ведь, на самом деле, хотела от него немного – просто быть счастливой. И ведь и он мог быть рядом с ней. Но эти клиенты, застолья для налаживания отношений, пьянки с друзьями. Ему казалось тогда, что именно так жить правильно. Накопить больше денег, купить хорошую квартиру, чтобы там построить семью. Возможно, с ней. Он тогда ловил себя на мысли, что уже готов к этому. Надо было только немножко подкопить, еще чуть-чуть подождать. Чуть, чуть-чуть и много раз чуть-чуть. А она хотела быть просто вместе с ним, здесь и сейчас. Ему казалось, что она капризна, что она его не любит. Он очень дурно поступил с ней. Саша признался себе, что, возможно, в тот момент упустил свое счастье.
– Ну вот какая любовь, – голос мальчика прервал его размышления. – Ну вот, допустим, нравится мне Вера, – он кивнул в сторону девочки, стоявшей рядом с Никой. – Но как она себя ведет. Разве можно это терпеть?
Саша улыбнулся:
– Ну, не очень хорошо, согласен. Но ты вместо того, чтобы обижаться на неё и копить злобу, поговори и скажи, что тебе это неприятно. Раз скажешь, другой – и поймешь, если она станет вести себя по-другому, значит, ты ей на самом деле нравишься.
– Что-то не верится.