Тупик, или Праздник Святого Габриэля
Шрифт:
— Прибавлю, — тут же пообещал Крафт. — Со следующего же месяца. Ведь вы не покинете меня, господин Селвин?
Питер отрицательно покачал головой. Крафт удовлетворённо хмыкнул.
— Я всегда вас высоко ценил, ·— сказал он, похлопав юношу по плечу. — Но триста тысяч!.. — воскликнул он, снова вспомнив о необычном посетителе.
В обед молодой человек, как всегда, отправился в кафе напротив. Заказав пару сандвичей и кофе, Питер углубился в чтение газеты.
— У вас не занято? — услышал он скрипучий голос над ухом.
Питер поднял глаза. Прямо перед ним стоял долговязый профессор
— Пожалуйста, — сказал Питер, указывая на место напротив.
— А вы знаете, я вас где-то видел, — сказал профессор, пристально всматриваясь в лицо Питера.
— Ещё бы! Утром в нотариальной конторе вы чуть не сшибли меня с ног.
— А, да… — вспомнил профессор Магнус и рассмеялся. — Ещё раз простите меня, молодой человек, но этот ваш нотариус, по-моему, изрядный скупердяй.
— Это вы в точку попали, — согласился Питер. — Его у нас так и зовут — господин Гранде.
— Правда? Ну вот, видите, оказывается, я неплохой физиономист.
Профессору Магнусу на вид было не больше пятидесяти, но когда он улыбался, обнажая свои превосходные белые зубы, он сразу сбрасывал лет пять, не меньше. Весь его облик располагал к откровенности, и Питер невольно поддался его обаянию. Профессор что-то без умолку говорил, в промежутках между словами умудряясь отхлебнуть глоток обжигающего кофе из своей чашки. То он восхищался выставкой какого-то авангардиста, то внезапно перескакивал на гастроли зарубежного тенора, пытаясь даже воспроизвести некий фрагмент из его репертуара, а то вдруг с воодушевлением начинал расхваливать новую постановку «Сивильского цирюльника» в Городской Опере. Питер лишь улыбался и изредка кивал головой.
В зал вошли пятеро крепких парней в так называемом «металлическом прикиде». Заклёпки, цепи, железные браслеты — всё это звенело и гремело при каждом шаге их владельцев.
— Что это за конура? — молвил один из них достаточно громко, чтобы привлечь внимание окружающих.
— По-моему, на карте Города её нет, — подхватил второй.
— Не должно быть, — поправил третий.
— А что за пойло здесь подают приличным ребятам? — снова спросил первый, вразвалку подходя к стойке и беря с неё только что налитую чашку кофе. — Фу, какая гадость!
С этим словами он выплеснул кофе в лицо стоявшему за стойкой бармену.
— А-а-а! — заорал тот, хватаясь за обожжённое лицо.
В руках у громил появились дубинки и короткие железные ломики. Посетители кафе повскакивали с мест.
— Круши всё! — крикнул первый, бывший, видимо, у них главным.
Тут же посыпались стёкла, полетели щепки от ломаемой мебели, зазвенела падающая посуда. Визг и крики посетителей смешались с отборной бранью хулиганов.
— Мерзавцы! — вскричал профессор и бросился в самую гущу свалки. Каким образом профессору удалось в считанные секунды обезвредить банду громил, Питер так и не понял. Серия молниеносных, еле заметных ударов — и хулиганы, побросав оружие, обратились в бегство. Лишь последний из них, улучив момент, когда профессор повернулся к нему спиной, выхватил нож, занёс его над профессором и…
Питер вскочил. Другого выхода не было. Стоп, время!.. Всё замерло. Люди застыли в невообразимых позах, шум мгновенно стих. Питер
— Благодарю вас, — сказал профессор Питеру, поправляя очки. — Если бы не вы…
В этот момент с улицы влетел булыжник, напоследок пущенный рукой убегающего погромщика, и попал Питеру в голову. Удар пришёлся вскользь, но камень всё же рассёк бровь юноше, и кровь тут же закапала на кафельный пол. Питер застонал и схватился руками за лицо.
— Что с вами? — испуганно закричал профессор. — Они убили вас!
— Пустяки, — процедил сквозь зубы Питер, превозмогая боль.
— Тогда пойдёмте скорее отсюда, — заторопился профессор, участливо беря юношу под локоть. — Вам необходима срочная перевязка. Тем более, что сейчас сюда нагрянет полиция, и нас долго проканителят в полицейском участке, прежде чем выпустить. Моя машина ждёт у входа.
Питер, влекомый профессором Магнусом, выскочил из разгромленного кафе и тут же был втиснут в миниатюрный «форд». Автомобиль резко рванул с места. Последнее, что Питер увидел, было испуганное лицо Крафта на противоположной стороне улицы. Потом он потерял сознание.
Очнулся он от резкого запаха нашатыря.
— Он приходит в себя, — услышал он далёкий голос профессора.
Питер открыл глаза. Он всё ещё сидел в машине. «Форд» стоял у небольшого домика на окраине Города. Профессор, держа в руках ампулу с нашатырным спиртом, с беспокойством смотрел ему в глаза. Несколько пар любопытных и участливых глаз заглядывали в автомобиль с разных сторон.
— Вы можете идти? — с тревогой спросил профессор.
Питер выбрался из машины, встал и, шатаясь, сделал несколько шагов.
— Могу, — сказал он.
Кто-то подхватил его под руки и отвёл в дом. Вокруг него тут же захлопотала уйма людей, преимущественно женщин. Чьи-то умелые руки промыли рану, наложили повязку, заставили выпить рюмку виски, после чего юношу оставили наедине с профессором.
— Вам лучше, молодой человек? — спросил профессор.
— Да, спасибо, господин профессор, — ответил Питер, который, действительно, почти совсем уже оправился от полученной травмы.
— А вы просто герой! — восхищенно произнёс профессор. — Кстати, как ваше имя?
— Питер.
— Просто Питер? Отлично! Так вот, Питер, если бы не вы, мне пришлось бы проститься с жизнью. И как это вы так ловко перехватили того мерзавца с ножом! Я даже глазом моргнуть не успел, как вы оказались между нами. От всей души благодарю вас, Питер! Теперь я ваш вечный должник.
— Пустяки, — смутился Питер.
— Хороши пустяки! — засмеялся профессор.
— Да нет, я не в том смысле. Скажите лучше, как вам одному удалось справиться с этими головорезами? Ведь вы были один, с пустыми руками…