У волшебства запах корицы
Шрифт:
Я поднесла письмо к носу и вдохнула едва уловимый аромат лаванды. Пазлы сошлись в кусочек картины.
— Фир, а у тебя есть предположение о том, кто эта самая Леди?
Таракашка лишь удивленно помотал головой.
— А вот мне кажется, что эта дама нам с тобой знакома, и, я бы сказала, весьма близко. Госпожа Ликримия. Если помнится, ее дракон именно лилового цвета, и не иначе как девятнадцатого числа она нанесла нам визит, итогом которого стало огненное торнадо на моих руках.
Фир молчал, затаив дыхание, и я, вдохновленная столь благородным слушателем, продолжила:
— Получается
— Продолжай, — подбодрил Фир.
— Но вот неожиданный мирный договор, и Арий в опальном списке. Планы Ликримии рушатся, как карточный домик. Она принимает решение устранить помеху, вставшую на ее пути к алтарю: я про проклятье, которое подцепила настоящая Кассандриола. Однако свадьба все же состоялась, и, если исходить из того, что мне привиделось, наша дорогая любовница двух господ (да-да, подозреваю, что некоторое время эта дама делила свое ложе с двумя драконами, не знавшими друг о друге, — это в ее стиле) явилась девятнадцатого травня не иначе как с целью убить соперницу собственными руками. И тут ее постигла еще одна незадача: у молодой супруги ее любовника оказывается магический дар, и неслабый. А как я уже говорила, натура этой женщины не терпит поражений, и она обращается к тому, кто пылал к ней искренними чувствами.
— Ты хочешь сказать, что этот маг, упоминаемый в письме, — ты? — уточнил Фир очевидное: таракашка так и не смирился, что его версия провалилась.
Я лишь кивнула головой, молча собрав письма в стопку (за исключением нескольких, особо интересных посланий — их отдала Фиру на сохранение), и перевязала уворованное из личного тайника дракона лентой. А потом оптимистично заявила погрустневшему таракашке:
— Мы идем в гости.
— К кому?
— К Мериусу, разумеется. Используем появившийся козырь, хоть это и мерзко, но мне нужны ответы. И еще вопрос: как ты его палатку нашел?
Фир хитро хмыкнул, но все же соизволил ответить:
— Да он вместе с Арием заглянул, пока ты спала. Вот я тайно и проводил его, когда наш дорогой дракон поспешил отчалить к себе.
«Вот тебе и магия, — подумалось разочарованно, — банальная слежка — самая эффективная во все времена и во всех мирах».
Пока мы молча шли меж рядов палаток, Фир, вольготно устроившийся у меня на плече, а не в волосах для разнообразия, решил осведомиться:
— Ну и что ты хочешь от этого Мериуса? Если он убийца — не скажет же тебе об этом прямым текстом?
— Может, и скажет. Мне интересно, насколько он поддается шантажу и что для него дороже: любовь или истинная мужская дружба?
Шатер Мериуса Атриха был внешне ничем не отличим от остальных таких же, выстроившихся в одну шеренгу, но Фир уверенно указал лапой именно на него. Я откинула полог и вошла внутрь. Половики, тюфяк, складной тканевый стул, походный столик, дорожный фонарь, несколько баулов вещей в углу.
Хозяин среди данных предметов интерьера отсутствовал, что не могло не радовать. Признаться, я предпочла бы начать этот разговор, имея на руках лишний козырь в виде неожиданности, чем заявиться, когда Мериус был бы уже внутри.
Обстоятельства играли мне на руку. Удобно расположившись в самом темном углу на стуле в ожидании дракона, я размышляла, таракашка, кажется, медитировал. Или как называется состояние, когда вечный болтун вдруг замолкает, садиться в позу а-ля шестилапый лотос и невидяще начинает пялиться в одну точку фасеточными глазами?
Постаралась упорядочить мысли. Итак, что мы имеем?
Ауд Эймвольт. Первое впечатление об этом драконе, подкрепленное рассказами Земиры: сердце — любимой, жизнь — правителю, честь — никому. Мог убить? Маловероятно, но все же. Единственный мотив такого поступка — та самая любовь к родине и ярое желание упредить войну, получив оружие, которое заведомо решит исход любой битвы.
Ронгвальд Зур — наш тайный любитель БДСМ. Самый вероятный мотив — личная месть. Уж больно подозрительно, когда у одного магические силы были отняты, а у второго — нашего покойничка, судя по словам Фира, имели место несколько бонусных вливаний. Вполне вероятно, что эти двое — сообщающиеся сосуды. Данную версию стоит проработать подробнее.
Кеттиль Иолин — прожженный дипломат, сухарь и по совместительству муж Айвики. Мое личное, полуинтуитивное мнение — мог. В первую очередь из политических соображений, ибо кто владеет оружием, решает, когда будет мир, а когда — война.
Флейтвар — бастард, к которому удача если и приходила, то исключительно когда парнишка спал. Убить сам? Навряд ли, но если за ним кто-то стоит…
Арий. Он в роли убийцы? Этот вариант был бы самый худший, но правда — штука, которую в моем случае просто необходимо знать, но в которую при данном исходе не хотелось верить.
И наконец, Мериус, о том, какова его роль во всей этой истории, мне и предстояло выяснить прямо сейчас.
Шли минуты ожидания, Фир был все так же неподвижен.
— Ей, йоганиста, ты чего, постиг великий дзен? — мой шепот заставил таракашку встрепенуться так, что его усы затрепетали.
— Прости, решил вздремнуть немножко, пока была такая возможность…
— Это ты хочешь сказать, что в такой позе спишь? — решила я уточнить. — А я думала, ты увлекся новомодной йогой.
— Нет, такими извращениями не занимаюсь, — гордо ответил членистоногий, — просто так сидеть удобно. Ты вот сама представь, если бы у тебя было шесть рук, куда их девать, когда сидишь?
Ответить я не успела, по причине того, что хозяин палатки наконец-таки вернулся.
Мериус зашел внутрь, уверенно протянул руку к фонарю и повернул у него колесико. Два кресала щелкнули, высекая искру, и палатка озарилась тусклым светом.
— Вот мне всегда было интересно, что заставляет друзей идти на предательство? Делить ложе с любимой друга?
Дракон вздрогнул от моего голоса, а потом, увидев, кто хозяйничает в его палатке, разве что не зашипел.
— Кто вы такая, и кто дал вам право… — в запале начал было он, но был перебит.