Чтение онлайн

на главную

Жанры

В компании куртизанок (Жизнь венецианского карлика)
Шрифт:

Хотя я шел как только мог быстро, обратная дорога заняла больше времени, чем дорога к дому его преосвященства. Должно быть, виной тому мое отчаяние. Ибо, лишившись защитника, отныне мы оставались с опасностью один на один — на нас будут давить и давить до тех пор, пока не раздавят. Мир вокруг рушился, но новый день уже розовел, и кое-кто снова принялся за грабежи. Я проходил по улицам, видя, что пророчество кардинала начало исполняться: две армии оспаривали друг у друга очередную добычу. Я двигался быстро, ныряя по задворкам, покуда от напряжения у меня не онемели ноги. Тогда мне пришлось остановиться и подождать, когда к ним снова вернется чувствительность. Между домом кардинала и нашим орудовал многочисленный отряд лютеран, явившихся вслед за испанцами, и ярость их лишь усиливалась оттого, что красть было уже почти нечего. Я сделал крюк, чтобы не столкнуться с ними, свернул к востоку, прошел

в близости от типографии и мастерской Маркантонио и увидел, что весь квартал занят врагом и подожжен, а жители или взяты в заложники, или убиты. Когда я добрался до нашего квартала, солнце уже стояло высоко над головой, и его жар подстегивал кровожадных немцев. Вчерашние захватчики уже превратились в наших защитников — всюду происходили стычки между испанскими солдатами и немцами, слышалась перебранка. На этот раз я превозмог усталость и не делал остановок, так что, добежав до нашей площади, я весь дрожал и от изнуряющей пульсации в онемевших ногах, и от страха, возраставшего с каждым мигом. Часовые возле нашего дома уже не стояли, а ворота во двор были распахнуты, приглашая войти любого, у кого имеется при себе оружие.

В глубине двора визжали свиньи — их отогнали к стенам, а шайка мужчин, среди которых я заметил нашего повара, все перемазанные в дерьме, подняли каменные плиты и выкапывали сундуки. Все как одержимые рвались к сокровищам, и никто не обратил внимания на калеку карлика, проскользнувшего в дом.

Кухня была пуста. Я обнаружил Джакомо и Дзаккано в столовой — оба сидели на полу у стены, среди битого стекла и черепков. Когда я подошел ближе, Джакомо поднял на меня глаза, но Дзаккано не шевельнулся. Голова у него свесилась на грудь, а слева на груди на красном бархате его куртки темнело отверстие, через которое отлетела его душа, но такое аккуратное, что казалось совсем не глубоким и не вызывало мыслей о жестокости. Я встал напротив Джакомо, так что наши глаза оказались на одном уровне, и спросил у него, что тут произошло. Он поглядел на меня и раскрыл рот, но оттуда лишь стала медленно вытекать струя крови. Адрианы и след простыл.

Я метнулся к лестнице. На нижней ступеньке кто-то сидел сгорбившись и трясся. Принюхавшись к шедшей от него вони и вглядевшись в грязное лицо, я опознал нашего конюха. Щеку рассекала глубокая рана, и выглядел он насмерть перепуганным, но в остальном был цел и невредим, а пальцы его лихорадочно крутили перепачканную жемчужину. Скорее всего, он обманул сам себя, решив, что, если предаст госпожу и укажет, где спрятаны ее богатства, остатки ожерелья достанутся ему.

— Где она?

Он пожал плечами.

Я плюнул ему в рожу и взбежал по лестнице по-собачьи — когда я устаю, то мне легче передвигаться именно таким способом.

Я все равно считаю, что судьба обошлась с нами милостивей, чем со многими другими. Если бы город уцелел после этого нападения, наш дом оказался бы в числе многих домов, где устроили бы пышные празднества. И не последним поводом стал бы день рождения моей госпожи, которой скоро исполнялся двадцать один год. Она входила в пору своего расцвета. За шесть лет, истекших с того момента, когда мать привезла ее девственницей в Рим, она успела переспать с богатейшими и образованнейшими мужчинами города — один список их имен многого стоил. И она научилась от них таким вещам, которые сейчас ей могли пригодиться. Ибо если жена — собственность мужа и ей вменяется знать и любить одного-единственного мужчину, то шлюха находится в общем пользовании и принадлежит всем. Но моей госпоже повезло: она могла выбирать поклонников и тем самым сохранять некоторую самостоятельность. Это обстоятельство, наряду с ее умом, воспитанием и бесспорной красотой, дало ей возможность познать тайны плоти, большинству женщин неведомые.

И вот теперь, если судьба и обстоятельства обернулись против нее, то дарования, связанные с родом ее занятий, должны были помочь ей выстоять в этом испытании. Во всяком случае, такими мыслями я тешил сам себя, вскарабкиваясь на верхнюю площадку лестницы.

За дверью слышалось какое-то бормотанье, напевностью напоминавшее церковные хоралы. Я повернул ручку, ожидая, что дверь окажется заперта. Но дверь раскрылась.

Моя госпожа стояла возле кровати на коленях, в сорочке, с опущенной и покрытой головой, так что лица ее я не видел. Перед ней лежала Библия с разорванными, закапанными кровью страницами. Рядом стояла тощая как жердь женщина, с лицом будто из свиной кожи, губы ее шевелились в непрестанной молитве, а позади нее еще одна, более мясистая, сжимала в кулаке поварские ножницы. Гарпии-лютеранки — со словом Божьим и с ножом они были одинаково накоротке. Когда я вошел в комнату, они обернулись, и в этот самый миг, миг взаимного изумления, я заметил, что пол вокруг них по щиколотку усыпан прядями золотых волос.

Толстуха с ножницами двинулась в мою сторону, изрыгая хриплые крики. Я захлопнул дверь и запрыгал, уворачиваясь от нее. Моя госпожа испустила стон, и с ее головы упал платок. Я увидел, что лицо у нее в кровоподтеках, а остриженная голова похожа на стерню и вся исполосована черными шрамами — там, где огонь выжег кожу. От ее волос, от этой огромной и прекрасной реки, приносившей нам богатства, ничего не осталось.

— Нет, нет! Не троньте его, пожалуйста, — вскричала она, замахав руками, словно помешанная. — Это Бучино, о котором я рассказывала, милый бедный Бучино. Его тело носит страшное клеймо, но душа его всегда была проста, и она обретет утешение в любви к Богу.

Толстуха на мгновенье остановилась, рассматривая меня с подозрением. Я ухмыльнулся ей, обнажив зубы и еле слышно залопотав, а она сделала шаг назад, завороженная моим безобразием.

— О, Бучино, опустись на колени и ты и послушай, что я тебе сейчас скажу. — Госпожа простирала ко мне руки, голос ее изменился, она выговаривала слова медленно и старательно, будто обращалась к полудурку. — Меня держала в плену блудница Вавилонская, но эти добрые женщины указали мне путь к истинному Христу. Наши богатства, наша одежда, наши спрятанные сокровища — все это вверено Богу. И моя душа — тоже. Меня избавили от моего постыдного занятия, дабы я родилась заново, познав безграничное милосердие Божье. И потому я проглотила все до последнего каменья своей гордыни. А когда ты проделаешь то же самое, мы с тобой помолимся вместе, и тогда, великою милостью Христовой, мы ступим на путь, ведущий к лучшей жизни.

Я прижал ладони сперва к камзолу, затем — к губам и, собрав во рту как можно больше слюны и едва не подавясь, проглотил оставшиеся у меня рубины и изумруды, после чего опустился на колени и принялся твердить имя Господне и благодарить Его за наше спасение.

Так случилось, что в ту же ночь, в час самого глубокого мрака, когда наши победители-протестанты спали сном сытых и праведных на наших перинах из гусиного пуха, мы — лицемеры и грешники — тайком выбрались из конюшен, куда нас определили на ночлег рядом с уцелевшими свиньями. С драгоценностями в желудке мы бесшумно шагали по свежим руинам Рима, пока не достигли наконец пролома в стене у Сан-Спирито, где после первой атаки в каменной кладке образовалось такое великое число зияющих дыр, что в темноте невозможно было увидеть все.

Туда, откуда ворвались они, теперь тихо крались мы — я, урод, и она, обритая шлюха. Мы шли, подавленные поражением, от нас несло свинарником. Мы шли всю ночь, а когда занялась заря и тьма рассеялась, обнаружили, что вливаемся в медленно движущуюся процессию беженцев, одни из которых уже превратились в нищих, другие волокли на спинах оставшееся от их былой жизни добро. Но их жалкое благополучие оказалось недолговечным, потому что с первыми лучами солнца на нас набросились стервятники — это были отставшие от армии солдаты, которым еще только предстояло ворваться в город, а до тех пор они разживались добычей, где могли. Если бы мою госпожу изнасиловали, но оставили бы ей волосы и ее прекрасный облик сохранился бы, то, готов поклясться, ее бы теперь снова уложили на лопатки, а на мне бы принялись отрабатывать штыковые удары. А так ее обезображенная голова и источаемое нами благоухание свинарника держат всех от нас на порядочном расстоянии. У нас все равно нечего отнять, кроме маленького сборника Петрарки. Как и подобает настоящим добрым христианам, все наши сокровища таим внутри.

Мы держались как могли долго (кто не ест, тот дольше не испражняется — вот итог мудрости, которую я усвоил в те знаменательные дни), а на третий вечер, не имея больше сил терпеть, мы отбежали с дороги в лесок и нашли ручеек, возле которого и сидели на корточках, опорожняя кишечник, после чего если и не стали вновь людьми богатыми, то, во всяком случае, платежеспособными. И хотя ликовать по этому поводу мы не могли, помня все наши потери, все же это было лучше, чем смерть, и мы приободряли и поздравляли друг друга. В ту ночь, поднявшись выше места наших омовений, мы пировали лесными ягодами и чистейшей ключевой водой, а затем пересчитали свое богатство — двенадцать крупных жемчужин, пять изумрудов и шесть рубинов; самые крупные из них моей госпоже пришлось смазать маслом для лица, чтобы они прошли у нее по пищеводу. Боже мой, каково ей было заглатывать свое будущее, когда в дверь молотили те фурии? Ей следовало по праву гордиться такой драгоценной глоткой, о чем я ей и сказал, пока мы сидели во мраке, скрючившись, и жались поближе друг к другу, стараясь унять свойственные городским жителям страхи перед лесными звуками.

Поделиться:
Популярные книги

Я – Орк. Том 2

Лисицин Евгений
2. Я — Орк
Фантастика:
юмористическое фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Я – Орк. Том 2

Релокант

Ascold Flow
1. Релокант в другой мир
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
рпг
5.00
рейтинг книги
Релокант

Хозяйка старой усадьбы

Скор Элен
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
8.07
рейтинг книги
Хозяйка старой усадьбы

Восход. Солнцев. Книга VII

Скабер Артемий
7. Голос Бога
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Восход. Солнцев. Книга VII

Вечный. Книга III

Рокотов Алексей
3. Вечный
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
рпг
5.00
рейтинг книги
Вечный. Книга III

Пистоль и шпага

Дроздов Анатолий Федорович
2. Штуцер и тесак
Фантастика:
альтернативная история
8.28
рейтинг книги
Пистоль и шпага

Калибр Личности 1

Голд Джон
1. Калибр Личности
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
аниме
5.00
рейтинг книги
Калибр Личности 1

Король Руси

Ланцов Михаил Алексеевич
2. Иван Московский
Фантастика:
альтернативная история
6.25
рейтинг книги
Король Руси

Кодекс Охотника. Книга XXI

Винокуров Юрий
21. Кодекс Охотника
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Кодекс Охотника. Книга XXI

Правила Барби

Аллен Селина
4. Элита Нью-Йорка
Любовные романы:
современные любовные романы
5.00
рейтинг книги
Правила Барби

Мимик!

Северный Лис
1. Сбой Системы!
Фантастика:
боевая фантастика
5.40
рейтинг книги
Мимик!

Книга пяти колец. Том 3

Зайцев Константин
3. Книга пяти колец
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.75
рейтинг книги
Книга пяти колец. Том 3

Защитник. Второй пояс

Игнатов Михаил Павлович
10. Путь
Фантастика:
фэнтези
5.25
рейтинг книги
Защитник. Второй пояс

Золушка по имени Грейс

Ром Полина
Фантастика:
фэнтези
8.63
рейтинг книги
Золушка по имени Грейс