Варвар, который ошибался
Шрифт:
Красиво – назначить себя выше большинства людей и тем самым лишить себя части моральных ограничений. Так делают дворяне и попы. Первые по праву рождения, вторые – потому, что служат высшей силе.
– Мы стали действовать жестче. Особенно с тех пор, как магия начала утекать из мира и диапазон наших возможностей существенно сократился.
Я тщетно подергался в объятиях Шатци, склонил голову и нашел свою эльфийку.
Виджи подтянула ноги к животу, свернулась калачиком; веки, насколько вижу сквозь туман – подрагивают, дыхание прерывистое. Кажется, вот-вот очнется. А как там мои горе-праведники? Молчат… Кверлинги скрутили их надежно. Самое время появиться богу из машины, потому что
Скрытный господин смотрел неотрывно; я напряг зрение и разглядел колеблющуюся тень – черную, как вакса для ботинок, на фоне теней серых. Тень дышала, тень текла, меняя очертания – то растягиваясь жирным пятном, то сжимаясь до размеров тощего доходяги.
Кви-и-и-ши-и-и…
Скрытный господин был, очевидно, сверхъестественным существом.
– А как в вашу схему вписываются боги?
– Никак. Бог этого мира мертв, о чем нам достоверно известно от нашего нового друга. А человеку изначально дана свобода воли. И человек виноват, что направляет свою волю на то, чтобы превращать все вокруг себя в дерьмо. Человек занял доминирующее положение среди иных рас этого мира, но остался диким и жадным ублюдком. Скажи, разве я не прав?
Пожатие плечами в моем положении было невозможно, потому я просто кивнул.
Фальтедро кивнул мне в ответ.
– Тогда ты должен нас понять. Жемчужина – великий артефакт, из которого мы сможем зачерпнуть силу. Фактически она будет питать всю магию Академии Талестры, а также позволит насытить мощью предметы, которых нам хватит на долгое время. В мире, откуда магия почти исчезла, мы станем почти всемогущи и сможем… да, сможем многое… Недавно мы потерпели ряд болезненных неудач. По странному стечению судьбы виновником их был ты. В Арконии, Фрайторе, Мантиохии… а также в Дольмире, ты вмешался в наши дела и победил, расстроив наши планы создать из поименованных государств новый Альянс, способный противостоять возросшей мощи Вортигена. Мы видели все глазами нашего соглядатая, но не могли тебе противостоять. У тебя талант, Фатик, баламутить воду и побеждать. Всегда побеждать.
У меня? Талант? Побеждать? У меня, Фатика Мегарона Джарси, который постоянно получает оплеухи судьбы? Не смешите мои подштанники!
Кви-и-иши-и… шии-и-и мо-о-о ква-а-ай…
Туман запахнул голову Фальтедро, окончательно превратив его в дымного призрака. Финальные слова монолога прозвучали сухо.
– Фактически мы полагаем тебя, Фатик, опаснейшим врагом Тавматург-Академии и считаем, что ты должен быть немедленно уничтожен. А также все, кого ты с собой привел. Да, Шатци Мегарон Джарси – истинный наследник Гордфаэля. После того, как мы дополнительно поработаем с его разумом в Академии, он под нашим руководством соберет силы Альянса и разобьет Вортигена. Мне слегка жаль, что наследником оказался не ты. Твой брат глуп и занудно прямолинеен, а ты гибок и умен, но такой правитель нам не нужен. Сейчас я уйду и заберу с собой отряд твоего брата и его самого. В Талестре мы поработаем с ними со всеми, и они станут проводниками нашей воли, когда вернутся в Фаленор. Они подтвердят право Шатци Мегарона Джарси на престол. Мы сокрушим зарвавшегося выскочку. Затем, когда с Вортигеном будет покончено, мы снова начнем эксперименты по улучшению мира.
– Это называется утопия, – сказал я. – Вы глупцы. Мир распадается. Мне нужна жемчужина, чтобы…
– Ты получил артефакт от внемировой сущности, Фатик. Сущность заперта в пещере силой или законом еще более сильным. Артефакт настолько силен, что поможет удержать мир от распада. Фактически…
Очень он любил это слово – фактически.
– …мы договорились с нашим новым другом о том, что он поможет справиться с напастью. Нужен только артефакт… и пара мелких услуг. Новый друг, – он вновь сделал акцент на этих словах, – знает, как наложить на нашу реальность новые крепи. Но хватит разговоров.
Он отдал приказ на боевом языке кверлингов.
Мои руки связали за спиной. То же самое, судя по звукам, проделали со всеми из моего отряда. Но Виджи не тронули – Фальтедро, по-видимому, знал, как действует чуждое на эльфов.
Кви-и-и-ши-и-и…
Шепот нарастал. Шепот бился в мозгу клубком яростного багрового пламени.
– На той стороне ямы – Охотник Борк, – сказал Фальтедро, прерывисто дыша. – Мы пленили его и усыпили. Он интересный экземпляр смертоносца, и в другое время я бы не отказался с ним поработать, но не сейчас. Сейчас в него вольют бодрящее зелье. Через несколько минут после нашего ухода он пробудится. Смертоносец знает, что ты, Фатик, на этой стороне ямы. Он очень интересно умеет чуять ауры, особенно если прочитает ее слепок с предмета, некогда принадлежавшего владельцу… Например, с твоего топора, варвар… Борк думает, что ты наследник. Он придет за тобой и убьет. Ну а затем убьет всех, кто пришел вместе с тобой. Возможно, у тебя хватит времени и сил распутать веревки… Это небольшой шанс, который предоставляю тебе я и наш новый друг.
– Последнее слово, – сказал я; туман поднялся выше моих глаз. – Кто шпион в моем отряде?
– Монго Крэйвен. Он когда-то посещал Талестру, надеялся стать магом, но оказался слаб талантами. Мы приготовили его впрок. Мы многое делаем впрок, Фатик. Но с тобой мы просчитались. Ты ведь тоже бывал в Академии и, более того, прослушал начальный курс по магии. Но мы не взяли тебя в расчет – тогда ты показался нам не слишком… перспективным.
Кви-и-иши-и… шии-и-и мо-о-о ква-а-ай…
Фальтедро направился к арке центральных ворот. С ним ушел Шатци, взяв мой топор в обе руки. И кверлинги. И еще несколько теней, в одной из которых я опознал свою бывшую любовь – Джальтану.
Тень скрытного господина тоже исчезла – утекла, растворилась между камней.
Наследник Гордфаэлей не умер в зале Оракула.
Талаши ошиблась.
Если варвар встретил врага сильнее себя – да убежит варвар, забыв о приличиях.
Ну, или пусть дерется. На его усмотрение. Но иногда проще убежать.
Интерлюдия I (Десять лет назад, горы Джарси, варварский клан Мегарон.)
Шатци сдает экзамен, я ревную, страсти кипят
Ворота Боевой Арены со скрежетом начали раздвигаться; подростки тянули обитые сверкающей медью створы, скользя ногами по песку.
– Гро-о-о-о-о! – раздалось из проема. Горячий вихрь пронесся над нашими головами. От вихря разило пивом.
– Запомни еще раз, – произнес я, чувствуя, как мурашки разгуливают по моей коже. – Не подставляй под его дубину даже край меча – выбьет. Попадет в руку – покалечит. Угодит в голову – сплющит. Видал Хромого Бью? Ему досталось по полной.
– Хе-хе, – сказал Шатци Мегарон Джарси, подмигнув кому-то за моей спиной. – Хе-хе, хе, хе… Не учи, знаю, хе-хе.
– Ладно, – сказал я. – Используй смекалку… Или боло. Да что я тебе говорю… Это предпоследнее испытание. Пройдешь его, а потом экзамен на знание Кодекса, да по письму и чтению – и добро пожаловать к нам, боевым варварам. Дедушка Трамп тебя заметит и… благословит, хм. И начнется у тебя другое житье – будешь бегать по горам и весям, зарабатывая деньги для клана.
– Да помню я, хе-хе, – прогудел Шатци, встряхнув запыленной гривой рыжеватых волос. – Не обижай сиротинушку, с памятью у меня – ха-ха, хе, хо!