Возвращение Арахны
Шрифт:
Ахр очищал всё большую и большую часть перегородки от наросших на неё, может, за тысячелетия, наслоений известняка, грязи и пыли. Сама же основа, похоже, сделанная из материала гораздо более прочного, не поддавалась. Она звенела и гудела под яростным напором тигра, но не позволяла оставить на себе даже царапины. Зато от одного из клыков Ахра при очередном ударе откололся кусок в несколько сантиметров длиной. Это заставило тигра прекратить тщетные усилия. Он в изнеможении опустился на землю.
Клубы пыли, настигшие-таки свою жертву, постепенно заполняли всё пространство.
«Клыки и когти! Найти бы горло, в которое можно напоследок вцепиться!» – с досадой подумал Ахр.
И нашёл! Перед ним стоял светящийся желтоватым отблеском… огромный Саблезубый! Ахр припал к земле на все четыре лапы. Хвост яростно колотился о перегородку.
Уши были плотно прижаты, придавая голове обтекаемую форму. Но то же самое сделало и светящееся чудовище! И чем больше наливался злобой Ахр, тем плотнее, осязаемее, мощнее становился противник. Правда, нашего тигра трудно было чем-то испугать.
– Видали мы таких! – пренебрежительно рявкнул Ахр. – Ишь, расфуфырился огоньками, словно Шестилапый. Тоже мне новогодняя ёлка!
Больше не раздумывая, тигр бросился на врага. И упал, словно его пыльным мешком из-за угла стукнули! Лапы не встретили никакой преграды, открытая пасть оказалась полностью забита вонючей сухой пылью.
– Тьфу на тебя! – возмутился Ахр, сообразив, что его противником оказалась всё та же пыль. – Ещё привидений мне тут не хватало. Клыки и когти! Пожалуй, нужно поменьше двигаться, может, глядя на меня, и пыль уляжется.
Спасение
Саблезуый свернулся клубочком, уткнулся носом в перегородку. До чего же мелкими показались погибающему тигру все обиды: на Смелого Льва, на Грау… Последний стал Ахру даже чем-то симпатичен. Ведь их предки жили в одно и то же время. Пожалуй, они могли бы подружиться…
Как только из мыслей тигра ушла злость, Ахр мочкой носа, уже сухой и горячей, почувствовал, что преграда исчезла. Не поверив собственному носу, тигр осторожно, боясь разочароваться, протянул лапу вперед. Лапа подтвердила – путь свободен! Да и дышать стало гораздо легче, свежий прохладный воздух приятно щекотал ноздри. Ахр рванулся вперед.
Зловредная пыль осталась позади. Саблезубый, полуослепший от нее, не успел еще и проморгаться, как и каменный пол исчез из-под лап. Оказывается, тигр находился на самом краю карниза, который заканчивался отвесной стеной. И бедный Ахр второй раз за этот несчастный день полетел
Однако на этом несчастья Ахра не закончились. Не успел он опомниться от того, что шлепнулся на землю, как его приподняло. Хоть с ним давненько такого не случалось, с самого котячьего возраста, Ахр мог поклясться, что кто-то довольно бесцеремонно взял его за шкирку, поднял и покрутил из стороны в сторону. Как будто рассматривал: что это ещё за диковинка?
Так оно и оказалось на самом деле. На тигра уставилась пара огромных любопытных глаз. Конечно, глаза не существовали в воздухе сами по себе, как, например, улыбка чеширского кота. Под ними, как и положено, находился слегка вздернутый от удивления нос. Ну и всё другое прочее, что положено иметь хоть и очень большому, но человеку. Донельзя обиженный таким невежливым обращением с одной из самых огромных кошек, какие только существовали на Земле, Ахр ринулся в атаку. Он надеялся если уж не выцарапать эти нахальные глаза, то хотя бы вцепиться в нос, чтобы впредь было неповадно хватать тигров за шиворот.
Но обладатель носа был настороже, видать, дорожил им не меньше, чем Ахр – шкурой. Нос человека мгновенно оказался на безопасном расстоянии, а вот нос Ахра заработал увесистый щелчок. Из глаз брызнули слезы вперемешку с искрами, и послышалось шипение, как будто головешку окунули в воду. Шипели, конечно, не искры, а Ахр – от сильной боли. Ведь любой нос очень чувствителен к ударам. Каждый мальчишка, наверное, имел неудовольствие убедиться в этом при встрече с чужим кулаком или с каким-нибудь другим твердым предметом. Впрочем, от этого не застрахованы и девчонки!
Разъяренный тигр попытался извернуться и впиться когтями в руку, которая его держала. Оглушительный вопль подтвердил, что саблезубый тигр – не домашняя киска. Пальцы разжались. Ахр в третий раз полетел вниз.
– Что это я сегодня распадался? – успел огорчиться тигр, прежде чем снова угодил в какую-то тёмную пещеру с мягким полом.
Это был мешок, которым великан успел на лету подхватить Ахра. Он оказался незлопамятным, хотя на руке и багровело несколько глубоких царапин. От таких ран обычному человеку было бы несдобровать.
Дальше Саблезубый путешествовал, можно сказать, со всеми удобствами. Мешок слегка покачивался, как корабль на волне. Ахр, не будучи морским тигром, сначала немножко попривыкал к качке, но потом, убаюканный, даже заснул. Поэтому и не заметил, как легкое покачивание сменилось ураганом, который перевернул его «корабль» вверх дном. Вытряхнутый из мешка, Ахр обнаружил себя уже валяющимся на полу огромной пещеры. Тигр мгновенно вскочил на ноги, готовый постоять за себя, если кто-то снова вздумает взять его за шкирку.