Возвышение Борна (Идентификация Борна - 2)
Шрифт:
– Он ничего не говорит и не реагирует на окружающих, хотя его китайский вполне приемлем для разговора. Он очень упрямый и гордый, но мне кажется, что он знает что-то, чего не хочет нам рассказать.
– "Тон-ку, Тон-ку!" - раздались со всех сторон дикие выкрики, требующие пыток.
– Он уже стар и слаб, - заговорил пленник-китаец, стоящий недалеко от Француза и выполняющий роль подсадной утки.
– Мы могли бы обменять его свободу на его информацию.
Предводитель внимательно взглянул на провокатора, затем перевел взгляд на де Анжу, который стоял очень прямо
– Француз обязательно солжет вам!
– ответил тот, выступая вперед.
– Для чего? Ведь он получает в обмен свою жизнь и свободу. Он не имел почти никакого отношения ко всем тем, кто нас интересует. Это следует из его досье.
– Я не уверен, - вновь возразил англичанин.
– Они были вместе в "Медузе". У них были собственные коды, правила и сигналы... вы можете узнать об этом подробнее, если захотите. Он, в любом случае, не скажет правды. В конце концов, вас интересовало мое мнение, я его высказал. Наемник вернулся под дерево и закурил.
Де Анжу стоял опустив руки, потом поднял правую и помассировал ею рот.
– Ваше доверие примерно такого же свойства, как и обращение с пленниками, - заметил по-английски де Анжу.
– Я забыл, - оратор поднял глаза, - что вы понимаете наш язык, не так ли?
– Даже намного больше, чем вы думаете, - заметил Эхо.
– Хорошо. Но я предпочитаю говорить по-английски, тем более, что разговор будет в основном между нами.
– Между нами не может быть ничего. Я стараюсь не иметь дела с безумцами, подобными вам.
– При этом де Анжу взглянул в направлении дерева, где стоял наемник.
– Я осознаю, что я допустил ошибку, но, так или иначе, я надеюсь, что она будет исправлена.
– Но вы можете остаться в живых, - заметил его собеседник, стараясь не повышать голоса.
– И долго?
– Возможно, что значительно дольше, чем будет длиться сегодняшняя ночь. Остальное будет зависеть от вас, вашего здоровья и ваших способностей.
– Нет, этого уже не будет. Моя жизнь кончилась, в тот момент, когда я садился в самолет в аэропорту Кай Так. Вы не теряли меня из вида уже тогда. А после того, что я видел и слышал здесь, я уже окончательно был помечен смертью...
– Нам нужна информация, - прервал его инквизитор, использовав на этот раз грубый китайский.
– Мы должны заканчивать наши игры, и всякому терпению всегда приходит конец! Где тот убийца, которого вы привезли с собой из Макао?
– Вон там, - сказал спокойно де Анжу, кивнув в сторону дерева.
– Не он! Тот, который появился вместе с вами. Этот безумец, которого вы откопали из могилы, чтобы совершить свою месть! Где вы должны встретиться с ним? Я знаю, что в Пекине у вас должна быть база. Где она?
– Нет никакой встречи, нет никакой базы, - ответил Эхо, переходя на английский, - и нет никаких планов.
– Должен быть план! Только так вам удается выживать.
– Удавалось. Я боюсь,
Шэн поднял свой меч.
– Вы скажете нам, или умрете, и умрете мучительно, месье.
– Я еще кое-что скажу вам. Если бы он смог услышать меня, я объяснил бы ему, что вы тот человек, которого он должен уничтожить в первую очередь! Что вы тот человек, который может затопить кровью всю Азию, ввергнув ее в войну, где брат будет убивать брата. Он должен заниматься своим делом, но, я клянусь, что даже при последнем дыхании убедил бы его, что вы тоже являетесь неотъемлемой частью этого дела! Я бы сказал ему, что пора начинать! И чем быстрее, тем лучше!
Загипнотизированный словами де Анжу, Борн неожиданно вздрогнул как от удара. Эхо послал ему последний сигнал! Джейсон огляделся вокруг и приметил на достаточном удалении от своего укрытия возвышающуюся над землей скалу, или груду камней, сзади которых должно быть тихое, безветренное место. Размеры этого естественного возвышения были вполне подходящими для его целей. Когда Борн приступил к работе, он все еще мог слышать голос де Анжу, слабый и временами пропадающий, но не потерявший своей внутренней силы. Француз старался не только достойно встретить свой конец, но и дать Борну возможность подготовиться к очередному шагу.
– ...мы оказались не достаточно ловкими, когда угодили в вашу ловушку, мой генерал Чингис-хан, или как вас прикажете называть. В противном случае мы никогда не попали бы в нее. Так почему вы теперь думаете, что мы договорились о какой-то встрече?
– Потому что вы должны преследовать, он должен был преследовать, человека из Макао, - спокойно проговорил Шэн Чжу Юань, - он должен был идти за ним в мавзолей. Этот безумец надеялся выйти из него! Ваша стратегия на все непредвиденные случаи должна включать как исходный беспорядок так и последующую встречу.
– Кое-где ваша логика теряет свою гибкость...
– Где?
– почти закричал Шэн.
– Вам не кажется, что принуждая меня к разговору, вы сами противоречите себе? Ведь вы могли просто продолжать следить за мной!
– Ваша жизнь - более действенный аргумент!
– Да, вы уже упоминали об этом.
– Ваше время истекает.
– Я сам знаю, когда будет "мое" время, месье!
"Дельта понял, что это было последнее сообщение".
Борн достал спички и зажег тонкую восковую свечу, расположенную рядом с восемью запалами из патронов, отобранных у охраны. После этого он вернулся назад, стараясь как можно ближе подобраться к дереву, около которого стоял наемник.
– ...Что я должен сделать, чтобы вы гарантировали мне жизнь? продолжал настаивать Эхо, как бы разыгрывая шахматную партию со своей собственной смертью.
– Сказать правду, это все, что требуется.
– Но мой бывший ученик только что предупредил вас, что я обману вас, обману точно так же, как вы обманываете весь вечер всех собравшихся здесь. Француз сделал паузу и повторил то же самое на мандаринском наречии. "Ляо джи?" - обратился он в конце к присутствующим, спрашивая их, насколько понятно то, что он сказал.