Все корабли Астрала
Шрифт:
– А, помочь, – протянул Гордей. – Ну, ладно тогда.
Гибберлинг, поименованный Эриком, подошел ближе, глянул снизу вверх, пытаясь заглянуть в глаза охотнику. Вид у него был строгий, если не сказать – суровый. Гордей попытался улыбнуться, но мрачный гибберлинг сунул ему в руку мешок, набитый всяким барахлом.
– Взялся помогать, вот и помогай, – заявил Эрик. – А теперь, дылды, быстро взяли ноги в руки и бегом за мной.
Без долгих слов гибберлинг развернулся и, прихрамывая, зашагал в темноту ночного леса.
4
Шли всю ночь. Продираясь сквозь мокрые кусты, чавкая
Первым уверенно шагал гибберлинг. Даже не столько шагал, сколько скользил сквозь высокую траву, нырял под низкие ветви и притом сердито фыркал, как возмущенный кабан. Долговязому эльфу приходилось хуже – ему нужно было протискиваться меж стволами и ветками кустов. Несмотря на раны и усталость, он делал это так ловко, что Гордей невольно устыдился своей походки. Он, охотник, выросший в лесу, производил шума больше, чем эта странная парочка.
На ходу не разговаривали, берегли дыхание. Через пару часов Эрик вдруг остановился и медленно опустился на землю. Он тяжело дышал и явно не мог идти дальше. Он даже ничего не сказал, когда эльф подошел ближе и неожиданно легко поднял его на руки, как ребенка. Гордей тоже ничего не сказал – просто двинулся вперед, раздвигая ветви деревьев так, чтобы странному эльфу было удобно идти со своей ношей.
Заняв место проводника, Гордей невольно стал прикидывать, куда нужно идти. Эти места он не знал. Но за время пути столько наслушался о Новограде, что ориентировался в этих краях не хуже местного жителя. Сквозь раскидистые кроны проглядывало звездное небо, на деревьях было полно мха, над дальним холмом тлело зарево большого города – все это позволило Гордею быстро сориентироваться.
Припомнив карту Новограда, виденную им еще в родной деревне, охотник без труда догадался о том, куда их вел гибберлинг. Он, оказывается, обходил Новоград по широкой дуге, пытаясь выбраться от хоженых тропок к стороне берега. Там, недалеко от города, земля обрывалась огромным обрывом, за которым плескался вечный астрал, потихоньку пожирающий эту землю.
Гордей не очень хорошо знал историю – охота в лесу не располагает к сидению за книжками. Но всегда любил послушать истории дедов, собиравшихся на завалинке племенного дома, чтобы обсудить старые времена да промыть косточки молодежи. Как ему было известно, волшебство Великих Магов сдерживало натиск астрала, не давая этому великому пределу уничтожить аллод. Великий Маг Тенсесис присматривал за родиной Гордея и, конечно, за столицей – Новоградом. Молодой охотник помнил рассказ о том, что во время Катаклизма астрал подобрался почти к самому городу, прежде чем Великий Маг его остановил. И получилось так, что Новоград стоял, в общем-то, на берегу великого ничто. С одной стороны – леса, поля, дороги, а с другой – огромный берег, обрыв, уходящий в никуда. И вот именно к нему, судя по всему, и держал путь гибберлинг.
Продолжить
Гордей оборачивался пару раз, подумывая завести разговор с эльфом, но всякий раз отступался. Винсент выглядел смертельно уставшим. Он нес на руках гибберлинга, тяжело ступая по лесу и с трудом выдирая ноги из ловушек палой листвы. Ему явно было не до разговоров – белое лицо искажено гримасой, желтоватые глаза прикрыты, а маленькие прозрачные крылышки за спиной скомканы и смяты в один жутковато выглядевший ком.
Всякий раз Гордей отворачивался, так и не решаясь начать разговор. И лишь когда услышал за спиной шум и треск, посмел окликнуть эльфа. Тот не ответил, и молодому охотнику пришлось вернуться назад по своим следам.
Эльф не выдержал. От усталости Винсент просто рухнул на землю, на ближайший сухой бугорок под раскидистым кустом лещины, да так и остался лежать, тяжело дыша. Ему только хватило сил осторожно пристроить Эрика рядом с собой.
– Как вы? – тихо спросил Гордей, подойдя ближе. – Вам плохо?
– Лучше, чем пару часов назад, – сдержанно отозвался Винсент. – Мне нужно немного поспать. Пожалуйста, Гордей, присмотрите за Эриком, он так устал.
– За своей мамой присмотри, свистун, – буркнул гибберлинг, не открывая глаз. – Я сейчас. Дух переведу и эта… Встану.
– Отдыхайте, – мягко сказал Гордей, выпрямляясь. – Я подежурю. Если кто-то пойдет по нашим следам, я вас разбужу.
Винсент без лишних разговоров быстро свернулся калачиком на сухой кочке и тут же закрыл глаза, провалившись то ли в беспамятство, то ли в сон. Гибберлинг же еще поворчал пару минут, даже попытался встать, но потом, тяжело вздохнув, все же позволил себе задремать.
Гордей, глядя на это сонное царство, лишь головой покачал. Что же это за злодеи, что так обращаются с разумным людом? Кошелек украсть – понятно. Ну драка бывает, заденут кого, а то и убьют случайно – это плохо, но понятно. А тут – бить ради самой злобы. Может, и прав был отец, когда говорил, что в больших городах есть, конечно, и большое добро, но и большое зло тоже.
Покачав головой, охотник пристроил рядом с эльфом мешок, набитый барахлом разбойников, выпрямился и побрел в ночь – обратно по своим следам. Если преследователи и придут, то именно с этой стороны. Если выйти им навстречу, то можно будет заметить их пораньше и быстро вернуться к спутникам. Или…
Пораженный новой мыслью, Гордей остановился, сунул руку в карман куртки и вытащил моток тонкой веревки, прихваченной в лагере разбойников. Потом он бросил взгляд на острую ветку с множеством сучков, взглянул на нож у пояса и улыбнулся. До рассвета далеко, сна – ни в одном глазу. Надо же себя чем-то занять?
5
Рассвет Гордей встретил в сладкой дреме, где сон от яви отделяет лишь крохотный шажок. Вроде виделась ему высокая светловолосая девица. Может, знакомая, а может, и нет. Доспехи на ней военные, а сама дразнится, как дитя.