Я просто отступлю…
Шрифт:
– Это точно, – усмехнулась в ответ Миллс, – как работается в нашей компании? – Реджина не знала, о чем разговаривать с Эммой, а те темы, на которые они могли пообщаться прямо или косвенно связанны с Эйденом.
– Поначалу было нелегко. Особенно после того, как Робертсон не хотел меня отпускать, и я со скандалом уволилась из «Мира», – ответила Эмма, и даже не задумывалась о том, как ей хочется всё рассказать Реджине.
– Почему ты не позвонила мне или… прости. Просто мама мне сказала, что поддерживает тебя и, если тебе
– Господи, Реджина, неужели ты не понимаешь почему я не обратилась к ней за помощью? – спросила с неким негодованием Свон.
– Нет, не понимаю. Да, ты уехала, разорвала какие-либо контакты со мной и Эйденом, но почему нужно отказываться от помощи человека, который тебя поддерживает?! – довольно грубо сказала Реджина.
– Потому что я неподобающе обошлась с ее детьми и меня до сих пор гложет дикое чувство вины! Потому что я попросту не могу смотреть ей в глаза, не то чтобы просить о помощи! – эмоционально высказалась Свон и встала с кресла. Она пошла на выход из комнаты, попутно беря бокал из рук Реджины и идя на кухню.
Миллс встала и пошла за ней. Уже на кухне, она оперлась плечом на косяк и наблюдала за напряженной спиной Свон.
– Ты вообще не собиралась никому говорить про ребенка?!
– Нет, – коротко ответила Эмма, моя бокалы в раковине.
– А сейчас? – Миллс не знала, что ей делать. Она один раз промолчала и у этого молчания были тяжелые последствия, а сейчас, когда она знает, что Эмма беременна, мысли сами собой путаются в голове.
– И сейчас. Я не хочу, чтобы они знали. Особенно Эйден, – говорила, так и не поворачиваясь, Эмма, хотя бокалы были уже помыты.
– Что он такого сделал, что ты не хочешь, чтобы он даже не знал о своем ребенке? Те слова, что он наговорил были омерзительны, но все равно Эйден не монстр или садист, который измывался над тобой все то время что вы были вместе, он любил тебя, – Реджина медленно подошла к блондинке.
– Этого ребенка не должно было быть. Я его просила, но он не послушал, не остановился, – говорила Эмма, опустив голову и с силой сжимая край мойки, прямо до побелевших костяшек, вспоминая тот день и свои разрывающие чувства.
Реджина подошла и обняла со спины, с нежностью кладя руки на чуть заметный животик Эммы.
– Но он есть. Этот маленький человек уже живет в тебе.
– Я не смогла отказаться от него. Но и принять его отца тоже не могу, – чуть успокоившись и расслабившись в нежных объятиях, говорила Эмма, – даже как просто отца.
– У него будет самая лучшая мама в мире, – вдыхая аромата Эммы, прошептала Миллс с огромным трудом разжимая руки и делая шаг назад.
Как только Реджина отошла, Свон почувствовала дикую пустоту и холод моментально проник в ее сознание от того, что девушка просто на просто разжала объятия.
– Уже поздно, – Эмма наконец повернулась и посмотрела Реджине в глаза.
– Я понимаю, – Миллс взяла листок и ручку лежащие на столике, – это мой номер, позвони. Я все равно знаю, где ты живешь и номер тоже узнаю у Лизи, а это для того, чтобы это было удобно для тебя, – сказала она, смотря на блондинку.
– Хорошо, – Эмма тут же достала свой телефон и вбила номер Реджины, тут же звоня на него и сразу поясняя, – ты же все равно узнаешь.
Миллс улыбнулась.
– Завтра я заеду за тобой в 11, – Реджина развернулась и направилась к выходу.
– Что? Зачем? – пошла за брюнеткой Свон.
– Мы едем в клинику, – кинула Миллс, – а потом по магазинам или куда захочешь. Спокойной ночи.
– Реджина, вообще-то на эти выходные у меня были немного другие планы, – сопротивлялась Свон, но сама уже готова была согласиться. Планов как не было, так и нет, да и каждые выходные рассиживаться дома настолько надоело, что Свон уже негласно согласилась.
– Сначала разберемся с твоими планами, а потом с моими, – Миллс уже стояла у входной двери.
– Тогда жду не раньше часа дня, – ухмыльнулась Эмма, – думаю тебе будет неинтересно сидеть и ждать, пока я буду составлять проект.
– С тобой мне будет интересно все, – Миллс очень быстро поцеловала Эмму в щеку и вышла из квартиры.
Свон улыбнулась и закрыв дверь на замок вернулась в комнату.
Расстелив постельное белье на диван, Эмма не спешила ложиться. Мысли вернулись в белокурую голову полностью и вернули ее к четырехмесячной давности. Теперь Свон точно знала, что сегодня не сможет уснуть и именно поэтому подошла к мольберту и принялась за свое любимое дело.
Реджина очень быстро доехала до дома. У нее появились крылья, она вновь может видеть свою любовь, которую думала, что потеряла навсегда.
Войдя в квартиру, брюнетка, как и ожидала увидела подругу. Гостей уже не было, а Лизи сидела на диване и потягивала красное вино.
– Ну и откуда вы друг друга знаете? – не поворачиваясь к Миллс, спросила Волсет.
Реджина обошла диван и практически напрыгнула на подругу. И притянув за шею, поцеловала в щеку.
– Волсет, ты лучше всех на свете!
– Слим, что происходит? Откуда ты знаешь Эмму? И почему у тебя улыбка больше твоего лица? – ухмыльнулась девушка.
– Лиз, я самая счастливая на свете, – Реджина положила голову на колени подруги, – благодаря тебе я вновь ее нашла. Лиз, Эмма… это очень долгая история и она не только моя.
– То есть ты не расскажешь почему, когда Свон тебя увидела захотела сбежать?! – Лизи по взгляду Миллс поняла, что подруга ей ничего не расскажет, – ладно, я Свон попытаю. Но между вами точно что-то есть, ведь ты не улыбалась так… да ты так вообще никогда не улыбалась.