Битвы Фэнтези: Исход
Шрифт:
– Ты хочешь сказать, что я не виноват?
– Нет. Ты виноват, безусловно. Но какой смысл мучить себя чувством вины и ничего при этом не делать, отстранившись от всего на свете? Мы все совершаем ошибки, Колдун. Но нужно уметь найти достаточно мужества, чтобы их исправить, и, не сдаваясь, двигаться вперёд. Это и называется жизнь.
– Уверен, что таких страшных ошибок, как я, не совершал никто.
– В глобальном смысле – может быть, но… Наверное, каждый, совершивший ошибку, считает её самой ужасной в мире.
– Не таким уж и великим, по сравнению…
– С кем? Единственный маг в округе – это твой Чародей. Но и его ты одолел в бою. Дважды.
– Но я проиграл!
– Некромант напал исподтишка, судя по твоему рассказу. От внезапного удара никто не застрахован, уж поверь. И да, может ты и не величайший маг в истории, но на этом острове сильнее тебя магов точно нет. Подумай об этом, Колдун.
Договорив, Центурион ещё раз бросил взгляд на заходящее солнце, а затем развернулся и ушёл, оставив мага в полнейшем недоумении.
Утром следующего дня Центурион принимал у Маркуса доклад о том, что имперцы, гладиаторы и шумеры полностью готовы к походу.
– Отлично, – одобрил Центурион, – А ты сам?
– Ох-ох! – Маркус показал другу руку со свежим шрамом, – Жду не дождусь поквитаться с Флавием за эту царапину.
– Он сумел тебя ранить?
– Не поверишь! Этот кусок дерьма откуда-то научился драться как мужчина. Ну ничего. Наша следующая встреча точно станет для него последней.
– Рад твоей уверенности, мой друг. А что насчёт войск Колдуна.
– А мне по чём знать?! Они не мне подчиняются. Спрашивай лучше у него.
Маркус указал кивком направление и Центурион посмотрел туда, где, следом за Колдуном, медленно двигались остатки его войск. Огромные минотавры, кровожадные северяне и ворчливые гномы шли в одном строю, грозно держа в руках оружие, готовые применить его при первой необходимости.
– Скорей бы всё закончилось, – проворчал Маркус, – тогда можно будет заняться этим уродом.
– Ты про Колдуна?
– А про кого же ещё?
Центурион посмотрел на мага, который самостоятельно скинул кандалы и теперь стоял перед воротами, размахивая посохом и сотворяя заклинание.
– Не знаю, Маркус, – сказал Центурион, – по-моему мы поторопились с выводами насчёт него.
– Что?! Я не верю своим ушам! Ты ведь слышал его рассказ, он – преступник!
– Да, но… Вчера я поговорил с ним и… В общем, всё не так просто.
– Ты его защищаешь?!
– Нет. Я лишь говорю, что мы поторопились и знаем недостаточно.
– Мне хватает того, что мне уже известно, чтобы сделать выводы о нём. И выводы такие: он – мудак, заслуживающий смерти!
Центурион ничего не ответил. Он ещё раз посмотрел на Колдуна. Тот завершил заклинание и прямо перед магом появился огромный портал, в котором было видно каменное плато среди скалистых гор.
Недолго думая, Колдун шагнул в портал, а следом за ним устремились его войска, за один шаг преодолевая расстояние в несколько дней пути.
Следом была очередь солдат гильдии, но они явно переживали, опасаясь проходить через магический портал.
– Подстегни-ка их, – попросил Центурион товарища.
– Легко, – ответил Маркус и направился к воинам, чтобы отругать их за трусость и как следует взбодрить.
А Центурион отправился к Гаспару, который, по приказу командира имперцев, ждал на причале, в ожидании особых указаний.
Глава 6. Странные пассажиры
Капитан Верн стоял у штурвала и подозрительно косился на странного юношу, стоящего на носу корабля и бесцельно смотрящего куда-то вперёд, словно он мог видеть сквозь туман, окутавший всё вокруг с самого утра.
В голове капитана было много вопросов. Очень много. Для начала – откуда у столь юного путешественника так много драгоценных камней, которыми он оплатил работу Верна и всего его экипажа? Ещё один хороший вопрос – кем были спутники этого баснословно богатого юноши?
Когда Верн увидел их впервые, он, мягко сказать, обомлел. Закованные в тяжеленную броню и вооружённые огромными двуручными мечами и молотами, они казались вдвое больше обычного человека. Скрывая лица под капюшонами плащей, эти могучие воины внушали шок и трепет в сердца капитана и его команды.
Взойдя на борт, воины не обмолвились за всё время путешествия ни единым словом, как с экипажем корабля, так и с юношей, который их привёл. Единственное, что было от них слышно – грозное бряцанье их брони и жалобный скрип досок под ногами во время их передвижения по борту корабля.
Но самым главным вопросом, мучившим капитана Верна, был – куда они всё-таки плывут? По заверениям странного юноши, здесь должен быть остров. Однако Верн бороздил эти воды уже больше тридцати лет и ещё ни разу, не то чтобы не натыкался, но даже и не слышал ни о каком острове в этом районе.
Он не раз сверялся со своими картами и спрашивал у других опытных мореходов – и те, и другие единогласно отвечали, что никакого острова тут нет и не было никогда.
Но, тем не менее, юноша настаивал на своём и щедро платил, лишь бы Верн доставил его на несуществующий остров как можно скорее. Что ж, отказываться от лёгких денег было бы глупо со стороны капитана, ведь они могли достаться кому угодно другому из его братии. А просто так пройтись по волнам под полными парусами не стоило труда опытным мореходам.