Быть ведьмой. Трилогия
Шрифт:
Лешка чуть не задохнулся от возмущения:
— Ты можешь себе представить, как это будет выглядеть?
Полудух беззаботно пожал плечами:
— А что тебе не нравится? Она не сможет сражаться с тобой и… ну–у… как бы это сказать…
— …и не победит в финале, — довершил за него Вордак — Как я понимаю, ее победа и соответственно желание связано с Золотым Ключом?
— Ты проницателен, мой юный друг, — с иронией произнес Стригой. — Но не переживай из–за этих мелочей. По всей видимости, наши с ней желания все–таки в чем–то да
Вордак молчал, опустив взгляд. По всему было видно, что в его душе шла жаркая борьба.
— После Чаклуна я отдам тебе пояс силы. А взамен этой в общем–то простенькой услуги помогу расправиться с Лютогором.
— Уничтожив мой край? — мгновенно перебил Вордак — Я в курсе того, что ты собрался стереть Карпаты с лица земли.
— Как мило, — холодно произнес Стригой. — Кого ни спроси, все знают мои желания лучше, чем я сам.
Вновь повисло молчание. Лешка был так взбешен, что даже кулаки сжал, стремясь сдержать гнев. Полудух же выглядел спокойным и даже каким–то расслабленным.
— Ты все равно не сможешь бороться со мной, пока не вернешь отцовский пояс. — Стригой говорил медленно и веско. — Я предложил тебе сделку. Ты либо соглашаешься, либо нет. Итак?
Парень протяжно вздохнул, чуть ли не зарычав, как молодой тигренок:
— Я… согласен.
— Вот и прекрасно. — Полудух тут же провел рукой, сотворив область зеркального перехода. — Значит, по рукам… Да, и еще одно. Наше, так сказать, противостояние. Пусть Каве сама из нас выберет. Это будет честно, ты согласен?
— Мне кажется, она уже выбрала, — мрачно процедил Вордак и, не попрощавшись, шагнул в зеркало.
— Мне тоже, — вслед ему пробормотал полудух.
Глава 23
ФИНАЛЬНЫЙ КРУГ
Ей приснилась крыса. У нее была ярко–красная мокрая шерсть, словно бы зверушка выкупалась в свежей крови. И белесые, мутные, подслеповатые глазки. Животное тыкалось носом в ладонь девушки, выпрашивая хлебные крошки. И вдруг, разозлившись, вцепилось зубами в мизинец.
Каве вскрикнула от боли и проснулась.
Рядом с ней на постели сидела Тай. Она уже переоделась в турнирную форму: черную куртку с длинными рукавами и широкие штаны. Опершись ладонями о кровать, чара болтала туда–сюда босыми ногами. Со стороны выглядело, будто она бежит невидимый кросс.
— Я не могла спать, — призналась Тай в ответ на удивленно–сонный взгляд Каве. — Сижу возле тебя два часа… Или три.
— Тогда надо вставать, — зевая, решила та. Она оглядела укушенный во сне палец. Не найдя и следа крысиных зубов, девушка окончательно стряхнула дрему и поплелась умываться.
Через какое–то время девушка и сама облачилась в похожий наряд: куртка была ей чуть коротковата, но сидела сносно. Материал казался мягким и прочным. Похоже, из тонко выделанной кожи. Штаны оказались удобными. Глядя на свои босые ноги, чистые и ухоженные, Каве мимолетно подумала, что после финала вновь будет вся в грязи. И хорошо бы найти расческу. А еще проверить, нет ли в комнатах простой тряпки — почистить браслет. Она специально думала о мелочах — тогда страх отступал и жизнь казалась привычной, спокойной, а сам турнир — рядовым делом…
В проемах окон одновременно показались две головы: драконороги, фырча и выпуская белые кольца дыма, выжидающе уставились на своих наездниц.
— Мы готовы, — сообщила им Тай. — Поехали, разворошим это гнездо, к такой–то матери.
Пан Чах довольно ухнул и повернулся спиной, запуская в комнату свой увитый синими костяными гребешками хвост, чтобы девушка могла по нему взобраться. Пан Седрик ничего не сказал и тоже подставил «хребетную» дорогу.
Как только они прилетели на турнирное поле, разом вспыхнули тысячи зеркальных солнц. Пан Седрик приземлился в положенном секторе, к ним тут же подбежал слуга, проверяющий списки финалистов. Драконорог отвечал на его вопросы, а Каве разглядывала остальных участников, надеясь отыскать взглядом ненавистную рыжую ведьму. Но уже в следующую секунду ей пришлось протереть глаза. Казалось, образы из недавнего прошлого всплыли из ее памяти и расселись по спинам самых разночешуйчатых единорогов.
Словами не передать, что она почувствовала, когда убедилась — картина реальна. Среди финальных пар ведьма увидела не только Кристу Соболь, уже взобравшуюся на своего громадного уродца драконорога, но и Алексу! На синем, как небесная лазурь, стихийнике, явно принадлежавшем к водным. А рядом — Марка, лютогоровского сынка… И его брата Левия… Оба восседали на одинаковых черных драконорогах — небольшого размера, но таких же злобных, как и хозяева.
Внезапно ослабев, Каве ухватилась за чешуйчатый бок пана Седрика:
— Там Лешка…
Услышав имя, Тай вскинулась, ее глаза заходили по лицам стоящих в круге.
— О–па! Твой хамовитый дружок тоже здесь! — нервно произнесла она. — А с ним–то… ну и наглая рожа! Рот от ушей до ушей. Смотри, машет нам рукой… Вот кого хочется вызвать на смертельный бой.
Каве и сама видела, что Шелл приветствует их. Веселый поляк не изменял хорошему расположению духа и этим резко контрастировал со своим товарищем Вордаком. Карпатский князь, оседлавший белого драконорога, был мрачен и даже не смотрел в их сторону.
— Похоже, сегодня будет жарко.
Пан Седрик осматривал финалистов с не меньшим интересом.
— Стригой задумал кровавую игру, — задумчиво протянул он. — Даже тебя решил не щадить… А может, надеется, что мы защитим.
— Почему ты так думаешь?
Тай услышала это и подбежала к ним.
— Пан Седрик прав, — сказала она. — Ты посмотри на них: рыжая красотка не сводит с тебя злобного взгляда. В первом финальном круге она так себя не вела… Эти два парня, похожие друг на друга, как листья одного дерева, тоже хмуро поглядывают в твою сторону.