Цена дерзости
Шрифт:
– Знаю, и у меня так бывает, – благодушно усмехнулся Костик и не удержался, чтобы не поддеть. – А ты у нас какой-то странной масти.
– Костя потерял яркость. – Чудик оказался на удивление общительным и болтливым. – Знаешь святое правило разведчика? Кто не замаскировался, тот выбыл.
– Понятно, – с неожиданным уважением взглянул на малыша Конс. – А кто это?
– Это унс, но лучше спроси, с чего это он так веселится, – подозрительно уставился на питомца Стан. – Колись, мелочь глазастая.
– Твоя почка
Костик ничего не понял, а Стан вдруг заржал.
– Ну, ты у меня и домовитый! Сразу сообразил, куда приплод пристроить.
– Какой приплод? – Глаза Костика стали круглыми, как у унса.
– У него почка растёт, месяца через два отделится. Так они размножаются.
– Стан, мы закончили, – вылез из куста прямо на них тан-габирец, – в живых остались главарь и Артист… Но Артист пока без сознания.
– Свяжи его покрепче, не доверяю я его обмороку. А главаря давай, поговорим немного, – скомандовал Стан. – И можно, наверное, потихоньку выдвигаться в сторону города, пангов нам хватит. Только сначала перекусим… у меня этот арбалет все силы сожрал.
– Какой арбалет? – снова не понял Костик, а полуорк уставился на его клона с откровенным восхищением.
– А я гадаю, почему эта штука вырвалась из гнезда и выстрелила по своим? Одного сразу насмерть, болт в глаз вошёл. Но большинство зарядов попало в пузырников, потому они так резко и свалились.
– Откуда у них такой арбалет? – не поверил Авронос. – У нас законом запрещено придумывать новое механическое оружие и транспорт! Ещё Мастера такой закон издали. За нарушение – смертная казнь.
– Давай спросим главаря. – Стан легко поднялся с земли и признательно улыбнулся лекарю. – Что за лекарство ты мне дал? Просто чудо!
– Это не я, это он. – Авронос показал глазами на унса, спрятавшегося под жилетку хозяина. – Лизнул тебя в губы – и… вот!
– Чудик, – мгновенно посуровел Стан, хорошо помнивший, что унсы могут так же лечить, как верты, но теряют при этом много сил, – немедленно возьми несколько кубиков крови!
– Чудик лучше мяса, – виновато выглянул малыш, и Авронос вдруг засуетился.
– У нас там в корзине мясо осталось… я принесу.
– Майка, я хочу жареную курицу! – вспомнив, что можно уже выпускать жену из тайного убежища, повернулся в ту сторону Костик. – И еду не забудь, очень нужно!
– А курица – не еда?! – ехидно поднял бровь его клон.
– Это пароль, – смутился Конс, – я боялся… что они заставят меня её позвать.
– Молоток, – уважительно кивнул тот и вдруг весело заржал. – Какой я, оказывается, предусмотрительный!
– Вот он! – Из кустов вывалился Уло, держа за шиворот мужичка в кожаных штанах и с синяком под глазом.
– Отпусти, горилла, – заныл тот, – и без тебя договоримся!
– С чего это ты взял, бандит, что я буду с тобой договариваться? – В голосе
– С того, что должен мне. – Бандит внезапно обиженно оскалился белоснежными зубами, среди которых неприглядной утратой чернела дыра. – За подлость своей мамаши… стервы.
– Убью! – одновременно ринулись к бандиту клоны, и тот вдруг испугался, дёрнулся в сторону и визгливо заверещал.
– Ты чо, не узнал Ваську-халяву, жирдяй?!
– Чего?!
Парни притормозили и ошеломлённо переглянулись. И кто, интересно, тут Васька-халява? Вот этот, что ли, в кожаных штанах? Да нет, вроде не похож?!
Васька в их районе был мужичок всем известный, жуткий алкаш и любитель дармовщинки. Хотя, как говорили, был когда-то классным слесарем, работал на заводе, считался мастером-золотые руки. Но Костику в это ни капли не верилось, если человек умеет делать что-то лучше других, почему он с утра стоит у пивнаря и ждёт, когда кто-то из жалости купит ему банку пива?
А ещё Васька обладал просто собачьим нюхом на различные мероприятия. Свадьбы, юбилеи, поминки. Приходил заранее, со всеми здоровался, обсуждал событие с жаром и знанием дела и в конце концов всегда оказывался за столом. В отличие от других алкашей Васька имел обыкновение купаться и стирать свою одежду, поэтому сразу его не выгоняли. Выгоняли позже, когда, хорошенько приняв на грудь, Васька начинал слезливо жаловаться на жизнь, на новые порядки и материть выгнавшую его жену.
К матери Костика он как-то попытался подъехать, но вылетел за калитку со скоростью ядра, пущенного опытной рукой. Потому клоны и воспринимали бывшего слесаря несколько враждебно.
– Чего вылупился? – Бандит явно не замечал, что Костик тут не один, и упорно смотрел только на Стана. – Думаешь, ты один тут красавчиком стал? Вот, посмотри, и у меня зубы все! Были! – Халява всхлипнул. – И ваще весь организьм того… поправился… тут она не обманула… сс… – Васька скрипнул зубами и выматерился.
Стан метнулся вперёд и врезал ему ногой в подбородок, на миг опередив Конса, намеревавшегося сделать то же самое.
– Сволочь! – упав на колени и выплёвывая ещё один зуб, взвыл Васька. – Тут же не делают керамических протезов!
– Будешь открывать свой поганый рот, чтобы говорить гадости про мою мать, – с ненавистью глядя на алкаша, процедил сквозь зубы Стан, – вообще убью.
– Дык она же… – Васька заметил движение в свою сторону и вмиг распластался по земле, прикрывая руками голову.
– Чем тебя обидела эта достойная женщина? – придержав Стана за рукав, вмешался в разговор лекарь. – Только говори вежливо и по делу.
– Эксперимент она сделала! – обиженно и зло всхлипнул Васька. – Приди, говорит, Василий к обеду, я пишу диссертацию по теме народные обряды и заговоры, мне нужно описание эксперимента!