Дело с телом
Шрифт:
Я поднялась на девятый этаж многоэтажного дома и вдавила в стену кнопку звонка. За железной дверью раздалось мелодичное чириканье, после чего послышались осторожные шаги.
— Вам кого? — раздался приглушенный дверью не то детский, не то женский голос.
— Могу я поговорить с Юрием Антоновичем Никитиным? — спросила я спокойно.
— А зачем он вам? И кто вы?
Все же голос скорее детский. И ребенку этому впору проводить допросы у друга моего подполковника Кирьянова — был бы крутым следователем.
— Милиция, —
— Па-ап! — заорали за дверью, после чего наконец железная махина растворилась, впустила меня внутрь и захлопнулась за спиной с душераздирающим лязгом.
— Здравствуйте, — вежливо сказал очень высокий мужчина с накачанными мускулами, но уже проглядывающим брюшком. На мужчине самозабвенно повис маленький, лет пяти-семи, сорванец со светло-рыжими вихрами.
— Здравствуйте, — и я вновь продемонстрировала удостоверение. — Вы Юрий Антонович Никитин?
— Да, — почему-то натянуто усмехнулся он и галантно спросил: — Чем могу служить?
— Я бы хотела с вами поговорить о… Вы знакомы с Валентином Арсеньевичем Клюжевым?
— Да, я его друг. А что произошло с Валькой?
— Ничего страшного, — успокоила я. — Мне нужно кое-что уточнить. Надеюсь, вы мне поможете.
— Конечно, проходите. Игорек, иди в комнату, — стряхнув с себя мальчишку, приказал Никитин.
Пацанчик, окинув меня любопытствующим взглядом, скрылся за дверью, а мы с хозяином квартиры устроились в просторной кухне.
— Что все-таки произошло с Валентином? Почему им интересуется милиция? — спросил Никитин, в упор глядя на меня.
— Юрий Антонович, Клюжев пропал, и его жена беспокоится. Только будьте добры, пусть эта информация останется между нами — не хотелось бы огласки.
— Конечно, конечно, — с готовностью закивал Никитин. — А вы уверены, что Валентину не угрожает опасность?
— Мы над этим работаем, — уклончиво ответила я. — Можно задать вам несколько вопросов?
— Разумеется, я с удовольствием расскажу все, что знаю.
— Юрий Антонович, вам известно, что у Валентина Арсеньевича была любовница?
— Да, — недоуменно посмотрел на меня Никитин. — Он рассказывал мне.
— Вы видели эту женщину?
— А почему вдруг вас это интересует? — нахмурился Юрий Антонович.
— Мы ведь ищем вашего друга. И любая зацепка нам бы очень помогла. Конечно, Валентин Арсеньевич ваш друг и так далее. Только я не из полиции нравов и не собираюсь докладывать о том, что узнаю, его жене. Информация, которой вы со мной поделитесь, останется между нами.
— Извините, — с пониманием произнес Никитин. — Нет, я не видел его женщину. И вообще я не одобрял этого, — с несколько ханжеским видом добавил он.
— Что Клюжев вам рассказывал о ней?
— Живет в Ленинском районе, — буркнул мужчина. И рявкнул на сына, с неподдельным интересом заглядывающего
Мальчишка скорчил умильно-покорную рожицу и прикрыл дверь. За ней в коридоре тут же раздались шлепки — видимо, таким способом любопытный пацан хотел продемонстрировать, что уходит. Кого-кого, а меня он этой хитростью не обманул. Впрочем, пусть господин ханжа сам воспитывает свое чадо. Мне лично ребенок не мешает.
— Вот любопытный… — пожаловался Никитин.
Я улыбнулась, закивала, но поддерживать тему не стала — времени у меня не так уж много.
— Адрес женщины вы, конечно, не знаете? — продолжала я расспросы.
— Нет, — со спартанским спокойствием буркнул Юрий Антонович.
— А имя?
— Не помню, — сухо бросил Никитин. — Кажется, Валька и не называл свою… женщину по имени.
Вот человек — находка для разведки: ничего не знает и не помнит. Каждое слово из него клещами вытягивать приходится. Что-то не верилось мне в такое беспамятство. У меня даже зубы от бессильной злобы на подобное упрямство заныли. Но я самоотверженно сдерживалась и продолжала:
— А где бывал Клюжев со своей любовницей?
— Откуда я знаю? — спросил Никитин. — Я что, за ним по пятам ходил, что ли?
— Не нервничайте, прошу вас, — вздохнула я.
— Пап, а дядя Валя говорил, что они классно в «На троих» зависали, — решительно заявил мальчишка, снова заглядывая в кухню.
— Игорь, — не дав Никитину выгнать свое чадо, стремительно спросила я, — а что еще говорил дядя Валя? Понимаешь, все очень важно! И если ты еще что-то вспомнишь, то очень нам поможешь.
Мальчишка старательно наморщил лоб и взъерошил рыжие вихры пятерней. Отец нахмурился, глядя на него, но Игорь не обратил на грозного родителя внимания.
— Еще он говорил, — звонко заявил мальчишка, — что в «Драконе» очень хорошо кормят и выпивка ничего, а в «Соколе» потанцевать можно и знакомых мало, ни на кого не нарвешься. Больше ничего не помню!
— Спасибо тебе, Игорь, ты очень ценный помощник, — польстила я парнишке и, поднявшись, пожала хрупкую мальчишескую ладошку. Он покраснел и гордо удалился с сознанием прекрасно выполненного долга. А я перевела взгляд на его отца: — Юрий Антонович, вы точно ничего не можете вспомнить?
Никитин буркнул обиженно:
— Нет, не могу. У вас еще вопросы есть? А то мне надо обед готовить!
— Нет, спасибо за помощь. Извините, что отняла у вас время. — И я вышла из квартиры.
«Вот это дети пошли! — думала я, сидя в машине и с наслаждением наконец-то дымя сигаретой — в доме Никитина пепельницы не были предусмотрены, поэтому, находясь там, я решила воздержаться от сигарет. — Все знают, во все нос суют!»
Надо признать, порой это детское всезнайство бывает очень полезно. Как в данной ситуации.