Египетский манускрипт
Шрифт:
Здесь, конечно, своей грязи хватает – и двенадцатилетние проститутки, и люди, ночующие на тротуарах, и беспросветная нищета, и тупость чиновного быдла. Но разве у нас этого мало? Вот точно того же самого? И потом – всегда можно отвернуться, не обратить внимания. Это же так просто – отвернуться. И – ничего не трогать, оставить все как есть. Соблазн, что и говорить…»
Час назад Каретникову позвонил взмыленный Яша и отрапортовал, что все в порядке, Семеновых они встретили; да, еще Корф затеял какое-то совещание и просит срочно прибыть. Каретников зашел в ординаторскую, потом навестил Ольгу, вторые сутки не отходящую от Никонова, и направился
Каретников так и не успел толком поговорить с приятелем – не считая нескольких слов, которыми они перебросились в пролетке, по пути на Маросейку, к клубу Корфа.
«А Олегыч так и не стал заезжать домой – ну, то есть в наше с ним время, – отметил доктор. – Тоже, между прочим, сигнальчик… И еще вопрос – где у него теперь дом? То-то он Корфа заслушался…
А барон-то, барон! Надо же, как подготовился! Вот так и закладываются традиции; голову готов прозакладывать, что барон видит в своем воображении эдакий «Клуб Шести» – и даже лелеет планы и нас с Олегычем, и даже Ромку с Яшей одеть во фраки… и чтобы собирались мы здесь, у камина, скажем, раз в две недели, чем плохо? – и неспешно обсуждали судьбы мира. А что? Мы теперь вполне можем обсуждать судьбы мира, разве не так? Ресурсы, так сказать, позволяют – портал, при правильной постановке вопроса, дает возможность влиять на события, и еще как влиять! Хорошо бы понять, как именно… а пока единственный из нас, который предпринял в этом отношении хоть что-то, – это бедняга Никонов, который, между нами говоря, проваляется в постели никак не меньше двух месяцев. Кстати, о Никонове…»
– Вы закончили, барон? – Каретников поднял палец. – Пожалуй, ситуацию с Сергеем Алексеевичем я понимаю лучше других – так что позвольте мне высказаться на этот счет…
– В общем, хвастаться пока нечем, – подытожил Геннадий. – Стрейкера мы прохлопали. Совсем.
– Да ни хрена мы не прохлопали! – взвился Дрон. – Это называется – подстава. Говорил я вам – на хрена нам в Бригаде бабы? Вот они обе нас и…
– Ген, а правда – что это Вероника решила сбежать? – осторожно спросил Виктор. – Ну я еще понимаю – Ольга, любофф, все такое… да и на тебя обижена. Но этой дуре что не понравилось? Вроде всегда с нами была и работала четко…
– Я и сам пока не особенно понимаю, – пожал плечами Геннадий, крутя в руках смартфон Олега. На нем беглянка оставила послание – минуту текста, наговоренного на диктофон.
– Как мне кажется, тут две причины. Одна – это ты, Дрон, с твоим коксом…
– Моим? – возмутился Дрон. – Да мы же вместе решали вкупиться в этот расклад! Ты же сам…
– Ладно-ладно, не твой. Наш. В общем, девочке показалось не комильфо иметь дело с такой бякой. Вот и решила сделать нам ручкой – и поискать другие источники дохода.
Дрон грязно выругался.
– Не хотела бы – ну и не надо, кто ее тащил? Что, заняться больше нечем? А сволочь эту бельгийскую зачем выпустила?
– В нем-то все и дело, – вздохнул Геннадий. – Наша дорогая Вероника решила заделаться новой Коко Шанель. Набила ноут фотками, эскизами платьев, белья, выкройками – и теперь думает, что бельгиец поможет ей открыть где-нибудь в Париже дом мод. Расчет в принципе верный – все успешные модели известны на сто тридцать лет вперед, и если толково взяться за дело…
– Взяться? Да мы ее саму возьмем за… – По сравнению с тем, что Дрон выдал на этот раз, предыдущие речевые конструкции тянули разве что на легкий упрек.
– Да не кипятись ты! – поморщился Геннадий. – Неприятно, конечно, но списывать ее со счетов я бы не стал. Да вот сами послушайте… – B он нажал на кнопку.
– …А еще, Геночка, учти, – раздался из аппаратика голос Вероники. – Я в принципе ничего против вас не имею. Время придет – свяжемся, обсудим, может, о чем полезном и договоримся. Взаимно полезном. – Девушка сделала ударение на слове «взаимно». – Только усвой – я вам ничем не обязана и командовать собой не позволю. Если усвоишь – приходи, буду рада. Нет – обойдусь. Адреса, извини, дать пока не могу, поэтому…
Геннадий выключил звук.
– А что дальше? – сунулся Олег.
– Так, ерунда, – отмахнулся Геннадий. – Говорит, как с ней связаться, если что. Ничего особенного – письмо в Париж или Брюссель на определенный адрес.
– В Брюссель? – уточнил Виктор. – Выходит, рассчитывает на этого Стрейкера?
– А что ей, твари, остается? – не унимался Дрон. – Кому она, на хрен, тут нужна, со своими моделями? Тоже мне, швея-мотористка…
– Я так полагаю, у нее там не только картинки, – усмехнулся Виктор. – То-то она в последнее время меня расспрашивала насчет того, где раздобыть сканы старых европейских газет и экономические обзоры позапрошлого века. Точно говорю – не модами она будет заниматься. Ну или – не одними только модами. Нынче все грамотные, а про то, как попаданец из будущего делает миллионы на бирже, кто только не писал… Между прочим – толковая идея. Здесь, в России, такой комбинации, пожалуй, не провернуть, а вот в Париже или Брюсселе… да еще со связями…
– Будем иметь в виду, – кивнул Геннадий. – Ладно, с этим пока все. Олеж, что там с Валей?
– А ничего, – вздохнул Олег. – Тамара Валерьевна – ну, это мама его – мне все время звонит. Я все боюсь, что придет к нам домой, – они у нас в гостях бывала, и мои ее знают… Ген, не смогу я ей в глаза врать про Вальку! Я же сразу…
– А ну заткнись! – прервал излияния Олега Геннадий. – Не хватало еще нюни разводить! Спалиться хочешь – и нас заодно спалить? Ты вообще где – в Бригаде или в песочнице? Волю в кулак – и держаться! – Вожак обвел подчиненных бешеным взглядом. – Ко всем относится!
– Мало нас, – сказал Дрон после недолгого молчания. – Вероника, конечно, стерва, но – конкретный боец. Если продолжаем мутить насчет кокса – так надо еще людей искать.
– Ищи, – согласился лидер. – Только ничего конкретного им пока не говори. Прощупай настроения, сведи со мной – а там будем решать.
– Лады, – кивнул Дрон. – И вот еще… я тут подумал – как найдем людей, надо сразу их на эту сторону – и в дело с головой, чтобы некогда было задуматься. В деле и посмотрим. А если что… сам понимаешь. Тут ментов нет, и мамочку никто не спросит… – И он нехорошо посмотрел на Олега. Тот невольно поежился.
– Логично. Действуй. Вить, теперь – по твоей части. Что там с камерой на Гороховской?
Виктор развернул к собеседникам ноутбук и кликнул тачпадом:
– Вот смотрите. Наши клиенты – те самые, о которых говорили мальчишка и лейтенант.
На экране рывками двигалось изображение: к дому подъехала пролетка; за ней следовала телега, груженная чемоданами и тюками. С пролетки сошли четверо – мужчина лет сорока пяти и трое подростков. Двоих бригадовцы узнали сразу.
– Яша… Николка, – прокомментировал Витя. – А это, видимо, и есть тот самый Олег Иванович?