Горячее солнце, холодный песок
Шрифт:
Его это взбесило. Он стоял в тени, всего метрах в трех от них, прислонившись плечом к раме французского окна. Времени у него было не много, поэтому он постоял пару минут – и вышел из зала неслышной скользящей походкой, спеша вернуться в офис. Ничего, у него еще будет возможность напомнить ей о своей власти, о том, кому она принадлежит. Он приходил в галерею еще несколько раз, но больше ее не встречал. Но судьба никогда не забывала о его прихотях, даже мимолетных.
У них с женой несколько лет не получалось детей, а продолжить династию было бы правильно – империя должна передаваться по наследству. Он решил сразу начать с самого высокого уровня – навел справки, кто является лучшим специалистом в
Наконец она открыла глаза, и ее взгляд, сначала испуганный, постепенно смягчился, и он понял, что пора включать свое обаяние на полную катушку. И она «поплыла», закрыла глаза и отдалась его воле.
Он поцеловал ее в губы длинным, чувственным, откровенным поцелуем, разжигающим ответное сексуальное желание. И ему это удалось – он разжег в ее теле ответную страсть, и, когда он на мгновение отстранился, она сама притянула его к себе и стала его целовать. В короткую паузу он раздел ее и разделся сам.
Дьявольская похоть овладела им и довела его почти до исступления. Он знал, что ей больно, и ему это доставило еще большее наслаждение. Он не знал, сколько продолжалась эта скачка. Когда марево сексуального затмения рассеялось, он довольно усмехнулся – ведь и на этот раз он получил то, что хотел.
Он быстро оделся и ушел. Ее мужа он дожидаться не стал. Здесь ему уже ничего больше не хотелось.
Через несколько месяцев он столкнулся с ней у своего офиса. Выглядела она уже не так, как тогда, – она точно прибавила в весе, но ей это шло.
– Здравствуй.
– Что тебе нужно? – с места в карьер спросил он.
– Мне нужен твой генетический материал. Я беременна и хочу сделать анализ ДНК.
– Ты с ума сошла? С какой стати ты с этим пришла ко мне? – он специально говорил с ней сухо и спокойно.
– Тебе напомнить? – ее лицо пошло красными пятнами, из глаз тихо покатились слезы.
– Хорошо, я объясню тебе более доступно. Шантажировать меня выдуманной беременностью бесполезно. Мало того – опасно. Ты понимаешь меня? – и он жестко посмотрел ей в глаза.
– Ты ведь видишь сам, что я беременна, я ничего не выдумываю. У нас с мужем долго не было детей, а после тебя… после того случая я сразу забеременела… Я не понимаю, что тогда случилось! Я никогда не изменяла мужу! А тест ДНК мне нужен лично для себя. Просто чтобы знать. И все. Больше мне от тебя ничего не нужно. Прошу, пойми, я должна знать! – она цеплялась за рукав его сшитого на заказ костюма как попрошайка, а слезы катились из ее глаз все сильнее.
Ему все это стало противно, он брезгливо выдернул свой рукав из ее пальцев.
– Больше не беспокой меня. Никогда, – на них уже стали обращать внимание, он торопливо повернулся к ней спиной и пошел к своей машине, на ходу обдумывая стратегию обороны, так, на всякий случай. Но он был уверен, что женщина ничего не предпримет. Кто она – и кто он.
…Он поворочался во сне и продолжил спать. Но теперь он уже не улыбался во сне, ему снилось что-то странное, то, чего он не знал.
Женщина сползла по стене на тротуар, прислонилась спиной к стене, уткнулась лицом в согнутые колени – она плакала, не могла остановиться, но не хотела, чтобы проходившие мимо люди видели ее слезы. Сколько она так сидела и плакала, она не знала, не помнила. Долго. Бесконечно долго. Вечно. Когда эта вечность прошла, она немного успокоилась, с трудом поднялась и побрела домой. Дома ее ждал встревоженный муж. Он попытался ее расспросить – что произошло, почему она плакала, чем он может помочь ей? Она не могла с ним говорить. Она только обняла его, прижалась всем телом и молчала. Он тоже ее обнял и больше не стал ничего спрашивать, ничего говорить. Так они стояли, пока она не подняла к нему голову и, глядя прямо в его глаза, сказала несколько слов, которые перевернули их жизнь.
– Я беременна. Я изменила тебе. Я не знаю, чей это ребенок.
Ее муж отшатнулся, как от удара, и выпустил ее из своих объятий. Отошел к окну, открыл его и подставил лицо холодному вечернему ветру. Потом он закрыл окно, повернулся, подошел к ней, молча помог снять ей плащ, который она так и не сняла после прихода домой, снял с ее холодных ног туфли, усадил за стол, приготовил ей горячего чая, а сам сел напротив нее и молча смотрел, как она пьет чай. Когда женщина допила и поставила пустую прозрачную фарфоровую чашку на тонкое фарфоровое блюдце, он также произнес всего несколько слов.
– Рожай. Я должен знать.
Она молча кивнула и опустилась головой на стол, силы ее покинули. Генетик взял ее на руки, перенес в спальню, раздел, уложил на кровать, накрыл одеялом и вышел, погасив за собой свет.
Следующая «серия» сна. Генетик смотрел на ребенка, тихо спавшего в колыбельке, украшенной розовыми лентами. Его жена сидела у окна и наблюдала за ним.
– Что ты собираешься делать? – спросила Генетика жена, когда он взял ребенка на руки.
– Я сейчас испытываю странное чувство, – после небольшой паузы ответил он. Головка ребенка в смешном чепчике мирно лежала на плече Генетика.
– Странное чувство? Это все, что ты можешь мне сказать?
Я расскажу тебе то, чего не рассказывал ни тебе, ни кому-либо другому, – Генетик повернулся к жене. – Когда у нас никак не получалось зачать ребенка, я начал решать эту задачу. Как умел. Ушло на это довольно много времени, но в результате – у меня получилось. Я разработал способ, при котором женщина может забеременеть от определенного мужчины без непосредственного физического контакта. Я сделал открытие мирового значения. Оно могло решить нашу проблему – у нас появился бы ребенок, которого мы так ждали, а кроме того, это была практически гарантированная Нобелевская премия. У моего открытия есть еще одна очень интересная сторона: женщина может и не знать, что она забеременела и от кого это произошло. Мало того, забеременеть может даже девственница. – Он усмехнулся. – Практически я вывел формулу непорочного зачатия. Хотя на самом деле я просто хотел, чтобы у нас был ребенок и чтобы ты считала, что все произошло естественным образом. Но твоя измена спутала мне все планы. Теперь я должен знать – получилось у меня или нет. Я сделаю анализ ДНК.
Женщина продолжала сидеть у окна. Что она натворила? Значит, все то время, когда она думала, что муж ее разлюбил, он пропадал в лаборатории и занимался решением проблемы, которую она же и создала. Она ведь не хотела ребенка, но ей хотелось подстраховаться, привязать ребенком мужа к себе, и внушила мужу то, что ребенок им необходим. И в то же время, когда Генетик бился над решением этой задачи, она ему изменила. А потом начала мучиться угрызениями совести. Зачем она все это закрутила? А тот мужчина ее оттолкнул… Не захотел ей помочь, и ей пришлось принять весь удар на себя. Почему она должна страдать за всех? Голос Генетика вывел ее из задумчивости.