Храм пустоты
Шрифт:
Боль от падения с высоты почти парализовала меня. Ладони ощутили подстриженную траву газона — значит, я упала на приличном расстоянии от стены госпиталя. Мертвец, судя по звуку, рухнул на клумбу на полдороги до меня. Распахнутое окно, из которого мы выпали, осталось далеко наверху — не менее чем на третьем этаже. То, что я выжила, было поистине чудом — даже на тренировках в додзё мне не удавалось проделать такой безумный трюк.
Позади во мраке робко шелестели листвой парковые деревья. Глухая ночь
Боль в отбитых руках и ногах сковала меня, не позволяя двинуться с места, гортань, едва не раздавленная жестокой хваткой мертвеца, сжала судорога.
Но я была жива.
И труп — труп тоже зашуршал и завозился, пытаясь подняться. Ничего еще не закончилась.
Если я не хочу умереть… иного выбора не осталось. Я знаю, что нужно делать.
Убить, прежде чем убьют меня.
Странно, эта простая мысль сработала, точно поворот ключа. Ключа, освободившего запертые и замороженные чувства. Куда же делась пустота, зиявшая в моей груди?
— Так вот как получается… — пробормотала я.
Только этот кошмар оказался способным открыть мне глаза. По-настоящему.
Да, даже той мне, которая столько мучилась нерешительностью, словно дурочка.
А ведь ответ оказался таким простым.
— Чудеса. Уж не кошачьего ли ты рода?
Голос, неожиданно раздавшийся из-за плеча Шики, звучал удивленно.
Все еще пытаясь превозмочь шок удара об землю, Шики спросила, не дав себе труда обернуться:
— Это ты? Что ты тут делаешь?
Самозваная докторша-магичка ответила так, словно это была самая естественная вещь на свете:
— Караулю. Так и думала, что они решат наброситься на тебя сегодняшней ночью. Не думай, что ты уже справилась и можешь перевести дух. Госпиталь — такое место, где всегда найдется парочка подходящих мускулистых трупов. Бродячие духи не смогли овладеть твоим живым телом, поэтому двинулись обходным путем. Забрались в мертвое тело и намереваются все же сделать тебя своей — только уже после того, как убьют тебя.
— А вот мне показалось, что тут не обошлось без того странного камня, который ты оставила, — не разгибаясь, бросила Шики. В ее словах не было ни капли нерешительности, звучавшей несколькими часами раньше.
— Ха, ты догадалась? Ну, отчасти это так. В самом деле, я прокололась. Поставила барьер вокруг твоей палаты, чтобы бродячие духи не могли проникнуть внутрь, но мне в голову не пришлось, что они завладеют трупом и вломятся силой. Просто необычайная сообразительность — особенно для них.
Магичка смущенно хохотнула, а Шики холодно бросила:
— Неужели? Ну, тогда сделай что-нибудь.
— Хорошо.
Элегантно протянув вперед руку, Тоуко щелкнула пальцами руки, в которой, судя по запаху, держала сигарету.
Странно, как Шики смогла рассмотреть это забинтованными
Прямые линии, острые углы — то был магический знак из далекой страны, столь неожиданный здесь, на противоположном краю земли. Знак, называемый руной, сработал немедленно и эффектно — лежащий ничком труп вспыхнул неровным пламенем.
— Мда, одним «фексом» [4] его не пронять — слабовато!.. — раздраженно пробормотала магичка.
Пламя зашипело и угасло, а труп продолжал упорно возиться, пытаясь подняться на сломанные ноги. Как ни удивительно, но это ему удалось. Удерживаясь только на икроножных мышцах, он неуклюже заковылял к Шики. Та покачала головой.
4
Fehu — руна германского алфавита.
— Эй, да ты шарлатанка, оказывается.
— Незачем обзываться. Не так-то просто уничтожить объект размером с человека. Живому человеку пришел бы конец, когда сожжено сердце, но на поднятого мертвеца это не действует, как видишь. Трупу не страшно лишиться головы или руки. Его трудно остановить даже выстрелом из ружья, тут нужно что-то, не уступающее по огневой мощи огнемету, а еще лучше — сразу крематорий. На крайний случай подошел бы священнослужитель или праведник с мощной духовной силой.
— Ладно, дальше можешь не рассказывать. Я уже поняла, что тебе он не по зубам.
Едкое замечание Шики заставило магичку с уязвленным видом выпрямиться.
— Тебе, между прочим, тоже. Труп уже мертв, так что убивать его снова — бессмысленно. И едва ли даже твои способности помогут. Пора удирать.
Тоуко сделала шаг назад, но Шики не тронулась с места.
И дело было не в том, что она не могла — каким-то чудом девушка не сломала ног даже при падении с третьего этажа.
Она просто стояла, и по губам ее скользила опасная усмешка.
— Труп это или нет, он — «существует». А раз так…
Шики поднялась с четверенек, но ее поза оставалась настороженной — она напоминала хищника, вздыбившего шерсть и готового к прыжку.
Не глядя, она коснулась шеи. Кончики пальцев окрасились алым, разорванная кожа кровоточила там, где впились деревянные пальцы трупа.
Но Шики — жила.
И ее переполняло безумно острое, экстатическое чувство жизни.
— Чем бы оно ни было — я уничтожу его.
Зашуршала, скользя и разматываясь, ткань бинтов. Повязка, прикрывавшая глаза Шиеи, ослабла и упала.