Искатель. 1975. Выпуск №1
Шрифт:
Шам сказал ему что-то.
Фарбер со слабой улыбочкой помотал головой и сказал Валерию:
— Он спрашивает, не знаю ли я какого-то человека по имени Издубар. А откуда я могу его знать, посудите сами, если я всю жизнь прожил здесь, а он — в Двуречье или не знаю, где еще…
— В Двуречье? — изумленно воскликнул Валерий. — Да на каком языке вы разговаривали?
— Разговаривали! — Фарбер выглядел польщенным. — Я немножко знаю классический диалект, но одно дело немножко знать, а другое — м-м-м… разговаривать…
— Ной Соломонович! Да не томите, скажите наконец, на каком языке вы с ним говорили?!
— Я же говорю тебе, — развел тот сухонькими ручками. — На шумерском.
Димитр ПЕЕВ
СЕДЬМАЯ ЧАША
КОКТЕЙЛЬ-ПАРТИ В ПЯТНИЦУ
Как и следовало ожидать, первым приехал Жилков. Из окна дачи Георгию Даракчиеву было хорошо видно, как подкатил к воротам новенький «таунус». Жилков вылез, сдунул несуществующую пылинку со стекла, нажал на крыло, пробуя упругость амортизаторов…
Конечно, гостей встречают у ворот, однако владелец особняка лишь спустился на первый этаж в просторную прихожую, где и дождался гостя. Жилков выдавил из себя раболепную улыбку:
— Добрый день, хозяин. Как поживаете?
Однако Георгий не стал торопиться с ответом, критически разглядывая гостя, как это он делал всегда. Возраст — около тридцати. Рост выше среднего, в плечах — косая сажень. Дамян Жилков был похож на борца или боксера, правда, в последнее время он начал заметно полнеть. Шикарный костюм с блестками выглядел на Жилкове до странности несуразно. «Для выработки хорошего вкуса нужны минимум два поколения», — подумал Даракчиев и, наконец, соблаговолил кивнуть гостю.
— Вы правильно сориентировались, приехав первым, — произнес он холодно и, как обычно, на «вы»: нет, он, Даракчиев, не ровня этому болвану с подозрительно низким лбом, чтобы изъясняться с ним на «ты». — Садитесь, я должен сказать вам кое-что.
Уловив в тоне металлические нотки, Жилков заметно подобрался.
— Удалось ли встретиться с Вернером Шомбергом?
— Удалось, удалось, — заискивающе ответил гость. — Встретился. И все уладил. Вот, пожалуйста, получите деньги.
Он вытащил из кармана толстую пачку банкнот, и Даракчиев небрежно сунул деньги в ящик старинного буфета. Задвинув ящик, он повернул ключ и положил его в карман.
— Даже не пересчитали?
Хозяин усмехнулся.
— Какой смысл, Жилков. Конечно, вы мошенник, но вряд ли посмеете обсчитать меня хотя — бы на стотинку. А теперь я должен вам сказать, что на сей раз своего вознаграждения вы не получите.
— Но почему? — воскликнул Жилков. — Я сделал все как надо!
— Взгляните на снимок, — хозяин протянул ему фотографию. — Ну, что вы теперь запоете?
«Вот сволочь, накрыл-таки меня, — подумал Жилков со смешанным чувством злости и восхищения, — послал кого-то из своих по следу. Помнится, мимо прошмыгнул какой-то драндулет, но кто мог подумать…»
— Да, это мы с Шомбергом как раз меняем колесо на его машине.
— Вы не выполнили мой приказ, Жилков! Я вам приказал ехать к Шомбергу на старой колымаге вашего зятя. А вы понеслись на чем? — Он ткнул пальцем в сторону фотографии. — На вашем новеньком «таунусе». А ведь накличете на нас беду, да еще какую!
Гость виновато опустил глаза.
— Все равно, не сдержался…
— Эта промашка в триста левов плюс сто долларов. И предупреждаю заранее: в другой раз за такие штучки вам не поздоровится… Впрочем… — тут он задумался, как бы колеблясь. — Впрочем, у вас еще есть шанс заполучить провороненные левы и доллары…
— Да я в лепешку разобьюсь! — рявкнул Жилков.
— Спокойно! Речь идет об одной услуге лично для меня. Суть услуги в том, что сегодня вечером вы должны всерьез заняться Бебой.
— Кем? Бебой? — изумился гость. — Но ведь вы… сами… с нею…
— Ничто не вечно под луной, Жилков… И нынче вечером я хотел бы…
— Покажете ей от ворот поворот?
— Я не выражаюсь столь вульгарно, но в общих чертах все обстоит именно так. Короче: когда я как бы случайно войду в спальню, я должен застать Бебу в ваших объятьях. Это поможет мне впоследствии отделаться от ее бесконечных укоров.
Дамян Жилков погрузился в размышления. На грубом его лице нельзя было прочесть ничего, кроме растерянности.
— Ладно, попробую, — сказал он наконец угрюмо. — Да, чуть не забыл. Муж-то ее сегодня после обеда ошивался возле вашей дачи.
— Коста Даргов? Ошивался где-то здесь? В Драгалевцах? Откуда вы знаете?
— А мне корчмарь сказал, бай [4] Мито. Я заскакивал к нему около четырех. Когда он мне ненароком сболтнул про Даргова, я забеспокоился. Не для того он потащился на окраину Софии, чтобы подышать свежим воздухом. Знаю я Косту…
4
Бай — простонародное слово, означающее уважительное отношение к старому человеку.