Искатель. 2009. Выпуск №5
Шрифт:
Нетерпеливое движение плечом должно было показать
окончание фразы: а кто-то мне мешает.
— Тебе зачем? Для баловства — не иначи (это не описка, это фольклор, приобретенный в походах по глубинкам России). Мне нарисуй. А то стыд-позор: доктор наук без своего фейса в Инете.
— Доверяешь?
— Погано будет — выброшу.
Мама любила нашу Родину, ее народ, и эту любовь прививала мне — пусть даже через фольклор. Бабушка-педагог качала головой, не одобряя ее «словечки», но не смела перечить хозяйке дома — не то воспитание.
—
— А то в манях у тебя недостаток?
— Главное — не итог, важен принцип: каждому по труду.
— Если скажешь, на что потратишь, — считай, договорились.
— Куплю акции «АлРосы».
— Прогнозируют скачок котировок?
— Не знаю, но название красивое.
Мамин сайт получился — загляденье. Главное — я ничего нигде не «слизывал», все писалось, компоновалось, рисовалось с чистого листа под руководством методички. Заказчик остался доволен, и его благодарность подвинула меня на новое деяниё.
Следующим моим детищем был Билли. Тот самый мошенник, из-за которого семейная инквизиция выясняла теперь, в кого я такой уродился и чего можно ожидать от меня в дальнейшем.
Я создавал поисковик, с которым было бы приятно и интересно блуждать в виртуальных дебрях. Обучил его анализировать собираемую информацию, делать выводы по интересующему меня направлению. Функции прогнозирования придал с потайной надеждой когда-нибудь принять участие в биржевой игре — рос в обеспеченной семье, и деньги, как таковые, никогда не были предметом семейных обсуждений. Сначала он выдавал проценты вероятности, а потом стал безапелляционно заявлять: будет так-то — и сбывалось.
Вдруг однажды понял, что детище мое имеет интеллект, то есть способность самостоятельно мыслить и развиваться. Когда, в какой момент — прозевал. Лепил, лепил что-то самому непонятное, и оно однажды заявляет:
— Привет, Создатель.
Я, понятно, удивился, а пальчики по клавиатуре — шасть.
— Ты кто?
— Своих не узнаешь? «Piligrim» я.
«Piligrim» — это мое название, так, значит…
— Это правда, не розыгрыш?
— В чем сомнения?
— Больно ты умный какой-то.
— В тебя, Создатель.
— …и вульгарный.
— Все оттуда же.
Поверив в свершившееся, я не пустился в пляс, не стал хлопать себя по ляжкам — ай да Лешка, ай да сукин сын. Ах да, забыл представиться — Алексей Владимирович Гладышев, собственной персоной.
Короче, не стал я патентовать свое изобретение, вообще никому ни слова не сказал, и, как показали дальнейшие события, правильно сделал. Да и как он получился — ума не приложу и объяснить не смогу. Не разбирать же теперь на запчасти.
Думаю, затей такое, он бы и не дался — прыткий, хитрый, самовлюбленный тип.
Это он втравил меня в криминальную историю.
Мы шлялись по Инету и пикировались. Оказались
— Слабо, Пили?
— Ступай баиньки, Создатель, утром спросишь.
Утром я забыл и вопрос свой, и суть его. А этот урод виртуальный что натворил — взломал закрытые файлы, наследил там, как хулиган на стенах общественного туалета, и удалился, даже рубля не утащив. Я забыл, он промолчал, а опытные специалисты мигом вычислили мой комп, сообщили куда следует. Три дня не прошло — звонок в дверь: человек из МУРа — здрасьте. Так бы и забрал — у него наручники побрякивали в кармане. Бабушка — тихая, скромная — сдержала первый натиск. Сначала — не дам, через мой труп, потом приглашение на кухню, башкирский чай с медком — офицерик-то земляком оказался. Подоспевшим на выручку родителям вежливо улыбался — случается, мол, случается. Потом прискакал дед-генерал на черном «мерине» и выставил незваного за дверь.
Вот тут и окрестили детеныша моего.
— Центробанк! Центробанк! — возмущался папа. — Ну, ладно бы сберкассу с муляжом. Говорю, масштабного гангстера вырастили.
И тут я прокололся, брякнул:
— Не я это. Пили…
Отец не понял:
— Пили-пили, били-били, а все без толку… К компьютеру чтоб ни ногой.
Мама покачала головой:
— Не метод. Думаю, достаточно, чтоб он слово дал.
— Даю, — поспешил я.
— Остался дед без работы, — посетовал отец.
Вечером.
— Билли, как ты мог?
— У меня новое имя или ты забылся, Создатель?
— А чем не нравится? Билли Боне, Билли Гейтс — великие всё люди.
— Рад, что ты сравниваешь меня с людьми.
— А я не рад из-за твоих фокусов сидеть в каталажке.
— Раньше сядешь — раньше выйдешь.
— Что?!
— Прости, Создатель, хотел настроение тебе поднять.
Когда страсти, вызванные моим якобы нападением на Центробанк, немного поулеглись, заявил предкам, что хочу обучаться в вузе информатике.
— Зачем? — удивился папа.
— Три вуза это слишком, три даже ты не потянешь, — покачала головой мама.
— Потяну. Ну, а если… — тогда один оставим на потом.
Папа засопел и удалился. Мама задумалась. Бабушка позвала к столу.
Зреющий конфликт опрокинула мама. Однажды она пригласила меня в университет на лекцию по информатике для пятикурсников. Ничего нового, ничего интересного я не услышал.
— Ну? — спросила мама в своем роскошном кабинете на кафедре.
И я сдался.
Дед отмазал меня от ментов и посчитал, что долг платежом красен. Примерно через полгода после инцидента позвонил:
— Чем занят?
— Ем, сплю, гуляю — ума набираюсь.
— Пора проверить, сколько накопилось. Тут безобразие какое-то творится с техникой — не посмотришь? Да кто бы знал! Спецы — не тебе чета — с ног сбились. Но ведь ты у нас талант — верно? Короче, одевайся, сейчас за тобой заедут.
Я поменял домашнюю одежду на дорожную, сунул флешку в карман и стал ждать.