Искусство войны
Шрифт:
— Генерал, вы сказали, что вражеский флот отступил? — Ли Норьега сморгнула, пытаясь избавиться от слёз, готовых предательски выскользнуть из глаз, — Во сколько это произошло?
— Девятнадцать-тридцать две. А что?
— Странно. Сепаратисткий флот отступил от Таанаба в то же время.
— Как будто им отдали приказ, — подметила Таллисибет.
— Неприятная ситуация. Что они задумали?
— Без понятия, Генерал, — Ринаун потёр подбородок. — Не могу понять, почему они перестали наступать.
— Разослать разведчиков в дальние сектора! — Ли Норьега начала отдавать распоряжения, — Мне нужна картина происходящего!
***
Вздохнув,
Видимо, Корусант и вправду не знал, что делать в нашем случае. Когда мы — я и Реус — сообщили о текущей ситуации, то нас попросили подтвердить её. Образно говоря, у нас поинтересовались — не ударялись ли мы головой и не употребляли ли чего крепкого. Завуалированно обматерив собеседников, я подтвердил, что противник отступил. Тут начались проблемы. Да, Республика вроде как начала реагировать на происходящее, и более-менее выработала планы по отражению атак флотов КНС. Но вот что делать, когда противник будет отступать, точнее уже отступил, наши «гении» из Главного Штаба подумать забыли. Сложно их винить в этом, но осадочек всё равно остался.
Потребовалось почти шесть часов — за это время «Акаги» и «Баннагер» успели вернуться на Картао и почти закончили погрузку Тринадцатого Легиона вместе с приданными частями — чтобы удостовериться в том, что противник отступил к Карцеллу. Вместе с тем сообщения из Десятой, Четвёртой и Двенадцатой Секторальных говорили о том, что противник ведёт себя странно не только у нас: дроиды отступили и по другую сторону от захваченных на Парлемианской гипертрассе планет, отойдя к Пирину.
Посовещавшись, командование приказало Килливайн заняться районом к северу от трассы, зачистив возможные очаги сопротивления, заодно и защиту Картао на неё повесили. Мне же «разрешили» вернутся к основным войскам у Танааба, завершить текущую операцию по защите этой аграрной планеты и приготовится к новым манёврам. Каким — будет уточнено позднее. Вероятно, нам прикажут выкинуть противника с Карцелла, Сермерии и Пирина. Вполне возможный вариант. Надо будет по прилёту озадачить Сумераги.
Во всяком случае, это привычное для нас дело. Килливайн же, несмотря на рутинность задачи, нервов придётся потратить уйму. Лорда Бинали чуть удар не хватил, когда он увидел последствия боя. То, что «Творения Спаарти», в которых он имел контрольный пакет акций, уцелели, мало компенсировало разрушения в столице. Хорошо ещё, что рыцарь-джедай Торлиз был с беженцами, иначе эти двое проели бы мне всю плешь. А уж что будет, когда сенатор от сектора Пракла об этом узнает — ух!..
В общем, мы летели «домой» на «Акаги», подальше от этого бардака. И вот сейчас, спустя пару часов после отлёта, придя в себя, приняв душ и наскоро перекусив, мне нужно сделать то, чего мне категорически не хочется. Но есть такое слово — «надо». В этот раз оно относится к Асоке.
Решительно тряхнув головой — чтобы отогнать нерешительность и лишние мысли — я открыл дверь, вышел в коридор, а затем направился к каюте тогруты, которая была буквально в паре шагов. Это было хорошо: долгий путь мог бы поколебать мой настрой, а так раз — и всё. Отмучался.
Осторожно постучав, я замер, посылая ученице сообщение.
«Асока?»
— Заходите, учитель. — ответила она.
Это было неожиданно, но… хорошо. Наверное. Зайдя в каюту, я увидел, что Асока сидит на кровати, обхватив ноги руками и положив голову на колени. Этакая поза эмбриона… Не зная, с чего начать, я молча сел на пол перед ней.
— Асока…
— Не надо, учитель, — встретившись с ней взглядом, я увидел мокрые дорожки на её щеках. Она плакала… Наверно, с тех пор, как оказалась в этой каюте. Но сейчас… Сейчас она была спокойна. — Я в порядке.
— Дохлый номер, — прокомментировал я, — Не пытайся меня обманывать.
— Да. Это было глупо. — призналась девочка.
Не знаю, сколько мы просидели в тишине, пока она не заговорила вновь.
— Как думаете, это моя вина? То, что Грэйс погибла…
— Нет, — отрезал я. — Скорее, моя.
— Почему это?
— Я должен был вас защитить. Я мог это сделать. Ответственность лежит на мне.
И ведь действительно — я мог хоть что-то сделать, чтобы такой херни не случилось.
— Вы не виноваты в этом, учитель!..
— Тогда не смей винить и себя!
— Да знаю я! — вспылила Асока.
— Тогда не майся дурью!
И вновь — молчание.
— Вы не виноваты, учитель. И… я тоже. Вы говорили мне, что выбор — за мной. Что это — риск. Я… думала, что готова к этому, но… нет. Я не понимала ваших слов.
— А теперь?
— Теперь — понимаю. Мы рискуем… Всегда рискуем. Но это — жизнь. Она бывает не только хорошей, но и… злой. Не знаю. Была бы я готова вообще к такому?
Я тяжело вздохнул.
— Наверное, нет. — и тут же поправился, — Только не ты. Поэтому… тебе больно. Ты ведь не только из-за Грэйс, да? Скольких ты потеряла в своей эскадрильи?
Асока сжала кулаки.
— Врать ведь бесполезно, да?.. Двоих. Ведомая прикрыла меня собой. И ещё один парень сбил собой две «Гиены», когда те заходили на «Дерзкий». По другому он не успевал. Я успела подружиться с ними. И ведь по другому никак?
— Это всегда риск. Дружба, отношения, любовь. — я развёл руками. — Последнее — в особенности. И уж точно — у одарённых. Мы ощущаем больше, чем другие… А, что там говорить!.. Ты всё сама понимаешь и чувствуешь. А я чувствую то, что творится внутри тебя.
— Да, я понимаю. Извините, что приходится терпеть всё это. Эта сторона Уз Силы не так хороша…
— Я чувствую твою боль. Но… Я готов вытерпеть это — ради тебя. — протянув руку, я коснулся её ладоней, чуть сжимая пальцы ученицы, — Прошу, не зацикливайся на этом. Я, наверное, покажусь тебе циничным, но жизнь продолжается. Просто теперь тебе нужно прожить жизнь не только за себя. Думаешь, Грэйс бы это понравилось? То, что ты опустила руки?
— Не думаю. Она бы высказала мне всё, что думает по этому поводу, — Асока чуть улыбнулась, но улыбка недолго была на её лице. — Учитель?
— М-м?
— Обнимите меня?..
Минута — и Асока уткнулась мне головой в грудь. Приобняв её за плечи, я замер. И снова в воздухе повисла тишина. Сколько мы так просидели? Тридцать минут? Сорок? Может быть, час? Я не засекал время. Постепенно Асока успокаивалась. Нет, было бы глупо предполагать, что боль от потери пройдёт так быстро. Нет, Асока просто загнала её глубоко внутрь, как бы дистанцируясь от своих чувств. Это… не хорошо, но что ещё можно сделать?