Из жизни английских привидений
Шрифт:
Коллегу заживо погребенного аббата Торнтона мы отыщем на кладбище сгоревшей церкви Святого Андрея в Ливерпуле. На могиле Уильяма Макензи (1794–1851), инженера и железнодорожного подрядчика, установлен памятник в виде черной пирамиды из гранита. Внутри пирамиды находится не преданный земле труп Макензи, усаженный за стол с картами в руках. Будучи азартным игроком в покер, инженер в погоне за удачей заключил договор с дьяволом, пообещав ему отдать свою душу. Чтобы обмануть лукавого, он завещал похоронить себя вышеописанным образом. Дух Макензи витает около пирамиды, а дьявол принимает его за живого человека.
На самом деле памятник был воздвигнут лишь в 1868 г. младшим братом покойного Эдвардом (о чем гласит надпись на пирамиде),
Черная пирамида на могиле Уильяма Макензи в Ливерпуле. Чародей сидит внутри пирамиды за столом с картами в руках, а дьявол в недоумении бродит по кладбищу
Привидение другого оригинала посещает руины лесной часовни Минсден в Хартфордшире. Часовня была построена в XIV в. и начала приходить в упадок в XVII в. В XX в. правом ее пожизненной аренды об' ладал Реджинальд Хайн (1883–1949), юрист, историк и библиофил. Он не только завещал похоронить себя в Минсдене, но и пригрозил явиться после смерти тем святотатцам, что осмелятся нарушить его покой.
При жизни Хайн всячески расхваливал часовню как резиденцию призраков. Даже столь разносторонне развитый человек поверил выдумкам о монахе и монахине. Монахиню убили в часовне (идеально подходящее место для кровавого преступления). А монах просто приходит туда и сразу исчезает, когда начинают звонить призрачные колокола. Их приятный и печальный звон частенько оглашает развалины часовни. В ночь накануне Хэллоуина с разрешения владельца в Минсден наведался Питер Андервуд с друзьями. Они услышали отдаленные звуки музыки и увидели белый крест на уцелевшей стене часовни. Ни монах, ни монахиня замечены не были.
Хайн погиб в результате несчастного случая на железнодорожной станции. По утверждению беседовавшего с ним очевидца, он сам шагнул с платформы под поезд со словами: «Подождите минутку». Возможно, сдобно герою рассказа Герберта Уэллса (1866–1946), он увидел «дверь в стене», ведущую к «вечным реальным ценностям», и превратился в «очень веселого, безмерно счастливого ребенка» [101] . Вопреки завещанию, тело Хайна не погребли в Минсдене. Его кремировали в Лондоне, а прах развеяли по часовне.
101
Уэллс Г. Дверь в стене (1906) / Пер. Б. Каминской.
ЧАСТЬ IX. ВЕДЬМЫ
Да ты — ведьма!
Современные англичане не одобряют жестокости, присущей реформаторам, но в целом оправдывают их действия по упразднению и разграблению монастырей. Никто не называет средневековых монахов, принявших мученический венец, жертвами нетерпимости и произвола. Зато подобная репутация закрепилась за развеселой компанией, о которой пойдет речь ниже.
Впрочем, в легендах о призраках ведьмы не выглядят невинными овечками. Их посмертные визиты служат подтверждением мерзостей, творившихся ими при жизни. Тем не менее многие из наших современников уважают ведьм именно потому, что верят в их магические способности, а борцы с колдовством осуждаются не за невежество, а за недостаток толерантности.
В отличие от мага древняя ведьма всегда принимает сторону зла. Мерлин — психологически сложный образ, Моргана — бесспорный враг. За стенами собора Или витает дух безымянной колдуньи, участвовавшей в истории Хереварда (1035–1072), лидера англосаксонского
Херевард, его люди и союзники-датчане обосновались в болотах Кембриджшира, недалеко от Или, откуда совершали разбойничьи набеги на окрестные земли. В частности, в 1070 г. они атаковали аббатство Питерборо. Таким способом герой хотел защитить монастырь от… разграбления норманнами. Однако монахи его не поняли, ведь они были лучше Херевар-да (и авторов легенд) осведомлены о настроениях завоевателей. В 1071 г. Вильгельм осадил Или. Не сумев быстро одолеть англосаксов, он последовал совету своих рыцарей, предложивших воспользоваться услугами колдуньи. Та пообещала наслать на защитников Или панический страх, который вынудит их сдаться врагу.
Норманны тщательно скрывали свой замысел, но они не учли умения древнеанглийских героев прикидываться простолюдинами. Херевард освоил уроки Бладуда и Альфреда Великого. Поскольку ни свиней, ни овец поблизости не было, он переоделся горшечником и тайком проник в дом, где заночевала ведьма. Там он увидел, как колдунья вызывала злого духа, и услышал ее заклинания. Предупрежденные им англосаксы хорошо подготовились к вражеской атаке. Ничуть не оробев, они наголову разбили норманнов, и те позорно бежали. Сопровождавшая их ведьма в спешке упала и сломала шею.
Набег Хереварда остался в памяти братии Питерборо надолго, и многие его «подвиги» были затем приписаны норманну Джеффри де Мандевилю (?—1144), организовавшему военную базу на болотах Или. Именно к нему относится знаменитая фраза из хроники Питерборо: «Христос и святые спали» (когда Джеффри разбойничал). Эти слова подхватили симпатизирующие англосаксам историки, необоснованно распространив их на деяния всех норманнских баронов XII столетия. Херевард угодил в герои, а Мандевиль — в злодеи.
Но вернемся к ведьмам. Вильям Малмсберийский (1090–1143) в «Деяниях английских королей» около 1123 г. рассказал историю ведьмы из Беркли (города, не замка) — богатой женщины, жившей во времена норманнского завоевания. На смертном одре она раскаялась, признавшись, что заключила договор с дьяволом, попросила завернуть свой труп в оленью шкуру и положить в каменный саркофаг, обвязав его тремя цепями из железа, ибо железо отгоняет дьявола. В течение трех ночей над гробом следует петь псалмы, а днем служить мессы. Если по истечении этого времени гроб не будет взломан дьяволом, тело может быть погребено на церковном кладбище. В первые две ночи демоны рвались внутрь, но не сумели взломать двери здания. На третью ночь перед самым криком петуха раздался громкий шум, церковь сотряслась до основания, и явился крупный и страшный демон. Он разбил дверь на куски, на глазах у оторопевших священников приблизился к саркофагу и приказал ведьме следовать за ним, очевидно, вообразив себя епископом Любекским. Призрак ответил из гроба, что не может, поскольку связан цепями. «Сила твоих грехов разорвет цепи», — сказал демон, мигом сорвал их, разбил крышку и схватил оживший труп. Снаружи их поджидал черный конь, покрытый шипами. Демон швырнул ведьму прямо на шипы, проткнувшие ее тело, и ускакал прочь со своей жалобно вопящей добычей. Позднее этот сюжет был преобразован в сказку [102] и опоэтизирован Робертом Саути (1774–1843):
102
Подобные ей сказки и былички известны по всей Европе под условным наименованием «Принцесса (или ведъ-ма) в гробу». Ярчайшая литературная обработка этого сюжета — «Вий» Н.В. Гоголя.