Команда ТелеVIР
Шрифт:
«Надо Олегу позвонить. – решил Игорь, набирая номер на сотовом. – Он же ненавидит это шоу, хоть порадуется немного…»
Прозвучало два длинных гудка, после чего раздался голос Олега.
– Как оно? – не здороваясь, спросил телемастер. – Выбрал?
– А как же, – воскликнул Игорь. – Слушай, у вас в мастерской никто не смотрел ток-шоу по ФТВ?
– Было дело. Только что на рекламу прервали, там…
– …был пожар, да? Ты видел, наконец-то сожгли эту студию?
Ответ Олега огорошил.
– Какой пожар? – изумился он. – Нового гостя прочехвостили в хвост и гриву, да
– Рассказывай мне, – заупрямился Игорь. – Студия полыхает огнем, словно новогодняя елка, сам видел!
– Да ну? – не поверил мастер. – Этого не может быть: у них из горючих материалов сто лет ничего не делают – пожарная безопасность превыше всего. Вот закончится реклама – сам увидишь, что студия и не думает гореть.
– Кто ее теперь покажет? – возразил Игорь. – На треть России панику поднимать?
Олег растерялся.
– А мы точно одинаковые каналы смотрим? – уточнил он. – У тебя точно ФТВ?
– Да точно, я тебе говорю! Сейчас реклама закончится, сам увидишь.
– Угу, – голос телемастера стал мягче: он решил, что с Игорем лучше не спорить. – Ждем, телевизор нас рассудит.
Рекламный ролик привычно закончился на оптимистичной ноте, прошла заставка и…
– Ну, я тебе говорил, что никакого пожара там нет, – удовлетворенно заметил Олег. Телефон чуть не выпал из рук Игоря: пожар в студии продолжался, и камеры бесстрастно снимали, как огонь расползается по креслам. Пожарные тушили яростные языки пламени пеной из огнетушителей и водой из шлангов. – Вон он, ведущий, стоит и вещает. Иди проспись, а вечером я зайду, обмоем твой новый телевизор. До вечера!
– Ты лучше это послушай, – Игорь поднес телефон к динамику телевизора, откуда доносились звуки пожара, но Олег уже бросил трубку.
Игорь закрыл глаза, глубоко вздохнул-выдохнул, и снова открыл глаза: пожар продолжался.
«Если Олег прав, и никакого пожара там нет, то… – пронеслось в голове, – похоже, что на этот раз сломался я сам. Надо же, а я и не заметил, когда съехал с катушек».
Помрачневший Игорь выключил телевизор, лег на диван и закрыл глаза. Сон наступил незаметно.
А вот пробуждение оказалось очень даже резким. Нет ничего хорошего в том, что тебя будят во время просмотра интересного сна: это не кино, продолжение посмотреть невозможно. Но пробуждение состоялось, а поскольку дверной звонок до сих пор надрывается, придется встать и выяснить, кто там буянит?
Оказалось, что свои.
– Ну, ты и любитель поспать, – восхищенно заметил телемастер, когда Игорь впустил его в квартиру. – Пожары над страной больше не мерещатся? Хвастайся приобретением.
– Проходи.
Через двадцать минут они с раскрытыми ртами смотрели, как в банальном и дешевом отечественном сериале показывают далеко не дешевые спецэффекты. Главный герой мчал по кольцевой Москвы на новом «BMW» со скоростью километров в двести пятьдесят и выписывал фантастические по сложности виражи, а за ним неслась орда внедорожников. Преследователи палили из гранатометов по «BMW», и кольцевую нещадно разносило в клочья. Непричастные к
Метко выпущенный снаряд пролетел под днищем «BMW» и взорвался. Автомобиль высоко подбросило в окружении огненного облака и кусочков асфальта, перевернуло и с силой швырнуло о дорогу. Деформированный автомобиль закувыркался, нещадно сминаясь и окропляя дорогу ручьями крови и бензина.
Преследователи остановились. «BMW» в последний раз упал на смятую крышу, крупным планом показали главного героя. Игоря пробрала крупная дрожь: то, что осталось от водителя, больше подошло бы к показу в высокобюджетном фильме ужасов. Даже привычный к ужасам Олег сглотнул.
Преследователи подошли к машине и убедились, что главный герой не подает признаков жизни. Один из них достал из кармана бензиновую зажигалку и прикурил сигарету. Вытекающие из пробитого бензобака горящие струйки топлива растекались по салону и черной копотью скрывали погибшего от взглядов зрителей. Молчаливые преследователи вернулись к машинам. Внедорожники объехали превращенный в груду металла «BMW» и уехали.
Раздался гулкий хлопок – взорвался полупустой бензобак, и осколки полетели во все стороны. Автомобиль окутало серое облако, через миг превратившееся в огненный столб. Машина закачалась.
Общий план показал дорогу, полную перевернутых, врезавшихся и слетевших с нее машин. И далеко-далеко виднелись синие огни милицейских мигалок.
– А что это за красное пятнышко? – спросил Олег, указывая на телевизор. Игорь пригляделся. И, правда, в правом верхнем углу виднелось едва различимое пятнышко.
– Дефект камеры, – предположил он. Переключил канал, и пятнышко исчезло. – Видишь.
Олег кивнул.
– Ладно, пойду я, пожалуй, – сказал он, вставая. – Мощный у тебя телевизор, мне нельзя на такие долго смотреть.
– Почему?
– Жаба замучает, – коротко и емко пояснил он. – У меня дома экран на пятьдесят с небольшим сантиметров, и после твоего гиганта покажется крохотулей.
Проводив друга, Игорь вернулся в комнату. Показывали очередную катастрофу, и он переключил канал, не в силах на нее смотреть. Промелькнула запоздалая мысль о том, что в углу кинескопа снова появилось крохотное красное пятнышко. Игорь незамедлительно переключил на прежний канал, проверяя – не почудилось ли, но о катастрофе больше не говорили. Ведущий новостей с профессиональным равнодушием рассказывал о выставке скульптур. Пятнышка не оказалось. Покачав головой, Игорь выключил телевизор.
А поздно ночью он услышал по радио новость, от которой похолодел: вечером в автокатастрофе погиб известный актер Максим Михайлов, снимавшийся в том самом сериале с погоней по кольцевой. Именно он сидел за рулем взорванного «BMW».
С момента покупки телевизора прошло три дня.
Теперь Игорь отчетливо понимал, что происходит. До последнего он надеялся, что трагедии в реальной жизни и показываемые по телевизору страсти не связаны между собой, но вчера окончательно убедился в обратном.