Макс. Последний страж: Первые шаги
Шрифт:
– А я СаятамияВивараМирид – улыбаясь сказала та что справа от Кристаризафы – Я тоже Высшая и мой потенциал связан с правдой и ложью. Меня не возможно обмануть. Наверное поэтому Кристаризафа старается при мне молчать – сказала она и девчонки засмеялись.
СаятамияВивараМирид, так же брюнетка с длинными волосами только до лопаток, карие глаза, очень привлекательное личико, белый топик сверху, и белые длинные шорты снизу, с белыми кроссовками.
– А я ТатрафинаВивараМирид – сказала та что слева от Кристаризафы – Я тоже Высшая и мой потенциал связан с возможностью манипулировать
ТатрафинаВивараМирид, блондинка с полностью зализанными назад волосами, ярко-жёлтого цвета и короткой стрижкой по плечи. Ярко жёлтая, тонкая из странного кожаного материала водолазка была сверху, и жёлтые свободные в движениях штаны с низу, заканчивали всё белые кроссовки.
Водолазка Максима, начиная от кистей стала плавно исчезать оголяя его руки. Максим когда это заметил, был очень удивлён тому что видел, потому что водолазку он продолжал ощущать хоть и не видел.
– Эээ … – только и вымолвил он, когда невидимость его водолазки стала подходить к телу.
Коснувшись тела, водолазка в миг стала видимой и девчонки рассмеялись.
– А я КуастахРариннМирид – сказал тот что стоял рядом с Нарстином протягивая и пожимая Максиму руку – Я тоже Высший и мой потенциал позволяет мне понимать варианты или вероятности возможных развитий событий чего угодно, я просто, лишь мне понятным методом, вычисляю те, чей процент реализации самый большой.
КуастахРариннМирид, брюнет с каштановым цветом волос, красной рубашкой, бордовой жилеткой, тёмно-коричневыми штанами и светло-коричневыми туфлями.
Когда КуастахРариннМирид закончил, он достал из кармана пять игральных икосаэдров, фигурок с двадцатью гранями, на каждой из которых была своя цифра. Присев на корточки он немного их подбросил и пока они были в воздухе сказал.
– 5, 14, 18, 9, 9.
Когда икосаэдры упали и остановились, цифры смотрящие на верх были 5, 14, 18, 9, 9.
– Ничего себе – только и сказал поражённый Максим.
После чего КуастахРариннМирид стал собирать икосаэдры.
– А я НарстинРариннМирид – сказал ревнивец пожимая Максиму руку, но после её не отпуская – Я тоже Высший и мой потенциал это сила и пропорционально равная ей плотность тела, в связи с чем все вокруг в сравнении со мной как детишки.
НарстинРариннМирид был так же брюнетом, с каштановым цветом волос и одет также как и брат.
КристаризафаТуараСтанис опустила голову и глаза, сжимая зубы от злости, понимая что он пытается унизить Максима и запугать.
– Равных мне единицы, и лишь немногие могут меня победить. Ну, раз все кто мог, показали свой потенциал …
КристаризафаТуараСтанис с переживанием посмотрела на НарстинаРариннМирид.
– … не оставаться же и мне в стороне – улыбаясь сказал Нарстин.
– Брат не надо – попросил Куастах.
– НЕ СМЕЙ! – громко сказала Кристаризафа.
Максим ощутил как НарстинРариннМирид сжал его кисть. Тишина охватила компанию. Все кроме жмущих руки смотрели на их кисти, а жмущие друг другу в глаза. У НарстинаРариннМирид на лице стало вырисовываться не понимание. Максим же ощущал крепкое рукопожатие, но это было не рукопожатие взрослого парня или мужчины, это было уверенное рукопожатие ребёнка, даже не подростка. НарстинРариннМирид сжал его кисть что есть мощи, но Максим почти не ощутил разницу. НарстинРариннМирид посмотрел на их кисти, а после в глаза спокойнейшему Максиму. Максим же понял почему шестое чувство даже голоса не подало, он не представляет угрозы. Максим, одним краем губ улыбнувшись и не отводя от ревнивца глаза, повернул голову к Кристине.
– Как там меня зовут?
КристаризафаТуараСтанис же понимала, что если она скажет «РирарийАстаномКирид» то они тут же поймут что рекорды на доске принадлежат ему, и начнутся вопросы, причём к ней. Если она скажет что «Максим», то СаятамияВивараМирид тут же даст понять что она лжёт, а значит секретничает. НО. СаятамияВивараМирид вычисляет правду из того, что знает говорящий. Рирарием его зовут по бумагам, но он же верит что его имя Максим. То есть она фактически называет его именем которое является единственно верным для него. А значит это не будет ложью, потому что ложью для Максима будет имя РирарийАстаномКирид. И КристаризафаТуараСтанис знает, что это будет ложью для него, а значит она от части соврёт если назовёт его так. Эта путаница в его знании и в её, может дать потенциалу СаятамииВивараМирид ответ правды на оба имени, но главная цель отвлечь их от имени «Рирарий».
– Максим – ответила Кристаризафа искоса посмотрев на Саятамию.
СаятамияВивараМирид прищурилась с непониманием на лице. Максим понял что Кристина что-то придумала, и не желая отвлекаться решил оставить эту часть её задумки.
– Благодарю, а то с памятью такая проблема, что даже имя приходится напоминать – сказал он повернув голову обратно, не отводя глаз от НарстинаРариннМирид – мой потенциал говорить правду, какой бы не приятной она не была.
КристаризафаТуараСтанис искоса опять посмотрела на СаятамиюВивараМирид, которая слушал и смотрела на Максима, никак не реагируя на его откровенную ложь.
– Не знаю зачем меня сюда привели, могли же это странное проявление потенциала изучить или проверить и там, в месте где меня пытаются исцелить, не знаю его названия – говорил Максим, не отпуская руку НарстинаРариннМирид – Но пошёл я сюда, во-первых … – Максим сжал ощутимо сильнее кисть.
Давлением приближённым к болевым, НарстинаРариннМирид заставило тут же смениться в лице к эмоциям беспокойства.
– … потому что это сказал целитель, они как бы всегда знают как лучше. Во-вторых … – Максим сжал кисть ещё чуть сильнее.
От боли НарстинРариннМирид дёрнулся слегка согнув колени, скривился в лице стиснув зубы и издав лёгкий стон от уже сильной боли. Максим продолжал, шестое чувство дало понять, что никто не посмеет вмешаться, кроме Кристины.
– … потому что она девушка, а девушкам свойственна забота. Они чувствительные дочки, радующие сёстры, любящие матери и утешающие бабушки. В третьих … – Максим сжал кисть ещё чуть сильнее.
НарстинРариннМирид взвыл от боли встав на одно колено и второй рукой пытаясь вырваться из его уже сломавшей кисть хватки. А Максим стоял, не двигался и продолжал говорить как будто ничего и не происходило.