Месть Бешеного
Шрифт:
— Хозяин, я могу спросить? — продолжая тяжело дышать, произнес Мэтьюз. — Валяй!
— А если бы он не справился с бутылкой? — Тогда продолжил бы платить штраф, — заметил Рассказов. — Каким образом?
— Русской рулеткой! — Он усмехнулся. — Знаешь о таком испытании? — Один патрон в барабане? Жестоко! — А что, отличный способ проверить свою судьбу, — вмешался Красавчик-Стив. — Лично я готов попробовать!
— Ты не чокнулся, приятель? — деланно встревожился Рассказов.
— А я везунчик! — задиристо воскликнул тот. — Стреляй, Хозяин! Вручаю вам свою жизнь
— Как хочешь! — Тот пожал плечами, высыпал все патроны, потом вставил один, крутанул барабан и направил револьвер на КрасавчикаСтива. — Не передумал? — Нет!
— Ну и дурак! — поморщился Рассказов и нажал на спусковой крючок. Раздался выстрел, и Красавчик-Стив согнулся в три погибели, потом с болью взглянул на Рассказова:
— Вы были правы. Хозяин! — выдавил он и ткнулся носом вперед.
Растерянный Мэтьюз смотрел на распростертое тело Красавчика-Стива и не знал, как реагировать на случившееся. — Я ж предупреждал его, не так ли? — вздохнул Рассказов с огорчением. — Да, но…
В этот момент Рассказов не выдержал и громко засмеялся. Мэтьюз с недоумением посмотрел на него, но в этот момент раздался и смех «покойника». — Ну и шутки у вас. Хозяин! — Неужели ты мог подумать, что я стану убивать своих? — Рассказов испытующе глянул ему в глаза. — И, мне кажется, ты заметил, что патроны были холостые, не так ли?
— Когда вы стреляли в первый раз, то мне так показалось, — прямо ответил Мэтьюз. — Но когда Красавчик так реально сыграл, то я засомневался…
— Видите, Хозяин, я вам давно говорил, что в моем лице сцена потеряла гениального артиста! — хвастливо заметил Стив.
— Может, хочешь всерьез попробовать? — Рассказов прищурился.
— Что вы. Хозяин?! — воскликнул Красавчик-Стив. — Я же шучу!
— Так и я шучу! Давай тостуй! — Он подмигнул и как-то странно посмотрел на Мэтьюза.
Он не может по-другому
Савелий вышел из подъезда и был приятно удивлен тем, что находится почти в центре Москвы. Он не лукавил, когда сказал «ночной бабочке», что ему было хорошо с ней. И не столь важно, по каким причинам: хорошо и хорошо! Сейчас он вспомнил, что за инцидент был с ним в том заведении, куда она его затащила. Кажется, это было дорогое заведение, валютное.
Савелий неожиданно подумал, что, возможно, он напрасно так доверился этой приятной, но совершенно незнакомой девице. Он сунул руку в карман и вытащил бумажник. Нет-нет, он совершенно бы не расстроился, если бы обнаружил его пустым: то, что он получил от нее, было гораздо дороже денег. Просто ему было интересно, оставила ли она ему хоть что-нибудь на дорогу? И сколько она взяла с него за то, что ему было так хорошо?
Савелий помнил, что у него было порядка двухсот долларов. Как же он удивился, когда обнаружил все деньги на месте! Неужели эта девица говорила правду? Ладно, нужно будет както компенсировать ее потерянное время, а сейчас, когда в памяти всплыли вчерашние мысли, он понял, что ему нужно делать.
Телефонных будок не было видно, и он решительно вошел в метро,
— Михаил Никифорович? — спросил он, услышав знакомый голос.
— Слушаю вас, капитан! Чем могу помочь? — приветливо ответил помощник Богомолова.
— Мне необходимо срочно переговорить с шефом.
— Минуту, попытаюсь узнать: у него сейчас люди… — Савелий слышал, как полковник докладывал по селектору. — Сейчас Константин Иванович возьмет трубку.
— Слушаю! — сухо проговорил генерал. То ли он был весь в делах, то ли не мог простить того разговора.
— Доброе утро, Константин Иванович, — деловито сказал Савелий. — Первым делом хочу извиниться.
— Принимаю. Кстати, те сотрудники под арестом.
— Я нисколько не сомневался в вас. — Ну спасибо! — обиженно воскликнул генерал. — Какие проблемы, капитан? — Мне необходимо срочно с вами повидаться. Было в его голосе что-то такое, из-за чего Богомолов не решился отказать ему. Дела могут подождать. Чуть подумав, он коротко бросил: — Пятнадцати минут тебе достаточно? — Вполне!
— Отсчет начнется через двадцать минут. — Понял! — Савелий бросил взгляд на часы: на метро он явно не успевал. К счастью, машину удалось поймать довольно быстро. До назначенного времени оставалось две минуты, когда он вошел в приемную Богомолова. Там было многолюдно, но Михаил Никифорович тут же сказал: — Константин Иванович ждет вас.
— Спасибо! — Под недоуменно-любопытные взгляды майора и двух полковников Савелий пересек приемную и открыл дверь в кабинет. — Разрешите, Константин Иванович?
— Входи, Савелий. — В глазах генерала было легкое беспокойство: что придумал этот неугомонный парень? Судя по всему, он пришел с какой-то идеей. — Садись и рассказывай!
— Константин Иванович, прошу меня извинить, но я вынужден отказаться от вашего столь лестного предложения. — Савелий вытащил из внутреннего кармана свое служебное удостоверение и решительно положил его перед генералом.
Такого поворота Богомолов явно не ожидал и несколько минут молча смотрел на красные «корочки», словно пытаясь что-то понять. Неужели он ошибся в Савелии и тот решил найти себе более спокойное место?
— Судя по твоему серьезному тону, уговаривать тебя — бесполезная трата времени. Но позволь, дружок, тебя спросить: чем думаешь заняться?
— Работать… с вами! — спокойно ответил Савелий и недоуменно пожал плечами, словно говоря: «Это же само собой разумеется».
— Ничего не понимаю! — Богомолов встал, обошел вокруг стола и сел в кресло напротив Савелия. «С этим парнем действительно не соскучишься», — подумал он и коротко бросил: — Говори!
— Я согласен работать с вами, но контактировать буду только с тремя людьми: редко с Вороновым, еще реже с вами, и в самом крайнем случае — с генералом Говоровым. Для всех я — уволился! Никаких приказов, никаких документов: все должно быть уничтожено. Савелий Кузьмич Говорков должен исчезнуть даже из архивов, как в свое время исчез бывший генерал КГБ Рассказов.