Мои встречи с любителями приврать
Шрифт:
– Оставьте продукты на земле. Я слушаю радио, - и закрыл за собой дверь. Так мы с ним и не познакомились.
За отсутствием слушателей эти люди не научились сочинять небылицы, но,
Корелы - белые какаду с синими ободками вокруг глаз - пьют из этих же колодцев. Один качальщик рассказал мне, что они стайками садятся на антенну, так что она даже прогибается, а он часами наблюдает за птицами.
Они захватывают клювами проволоку между лапок и качаются вниз - кругом, вверх - кругом, вниз - кругом, вверх - кругом...
Он бесконечно повторял одно и то же, заглядывая мне в глаза. Я отвернулся. А он твердил свое.
– Прощай, - сказал я.
– Просто с ума сойти, - заключил он.
Я вполне мог его понять.
Как-то я разбил палатку в Мурумбиджи. Какой-то рыжий парень расположился со своей рядом. Я видел, как он глотнул из фляги, но, когда он присел со мной поболтать, он не был пьян. Мы говорили о любителях присочинить, потом перешли на
Он рассказал, что ему привелось лежать в больнице в Уилканния, где сосед по койке страдал от дизентерии. Койку этого бедняги ширмой отделяла простыня, и он, не умолкая, громко разговаривал сам с собой, глядя в потолок:
– Там, наверху, две свиньи - белая и черная. Они подрались. Черная наседает, черная наседает! Теперь белая берет верх. Она атакует. Свиньи расшатывают потолок. Берегись! Он поддается. Вот-вот обрушится. Берегись!!!
И он в страхе перед неизбежным укрывался с головой.
– Этот человек, должно быть, сильно болел. Ему казалось, что все это происходит на самом деле. Страшно подумать.
– Самое смешное, что потолок-таки обвалился, - сказал рыжий.
– Что?
– Потолок, говорю, обвалился.
– С чего бы это?
– удивился я.
– Неизвестно, - угрюмо сказал он.
– Неизвестно. Взял и обвалился вместе со свиньями и всеми делами.
– Пойду-ка прилягу, - бросил я рыжему.
– Увидимся утром.