Шрифт:
ДЖЕЙМС МЭЙО
НЕ ТРОГАЙ СПЯЩИХ
Глава 1
Не было похоже, что девушка собралась умереть. Скорее, она просто лопалась от смеха.
Она поднималась на крыльцо отеля и, казалось, смеялась над какой-то изысканной шуткой. Симпатичная рыжеволосая девушка в синем костюме от Ланвена нетвердо держалась на ногах. Но проходившим мимо казалось, что причиной тому - безудержный смех.
Ярко светило солнце, края полосатых маркиз слегка покачивал легкий ветерок. В воскресенье площадь казалась пустынной. Портье Роберт вышел из-за стойки и любезно поздоровался с девушкой,
К половине двенадцатого холл постепенно заполнялся людьми.
– Не знаете, кто это?
– Дочь лорда Андермира.
– Очень симпатичная, и такая веселая...
Подойдя к стойке, девушка продолжала тихо смеяться про себя. Клерк за стойкой, прекрасно её знавший, с симпатией улыбнулся в ответ и быстро проверил её заказ на номер. Но, когда она с ним заговорила, слова вновь перекрыл приступ безудержного смеха. Уронив руки на стойку, она вся сотрясалась от хохота.
На неё начали оглядываться; все ещё улыбались, только теперь как-то неуверенно. Клерк назвал поджидавшему посыльному номер комнаты, тот бодро козырнул:
– Следуйте за мной, мадмуазель, - и направился к лифту. Девушка, покачиваясь и продолжая смеяться, пошла за ним.
– Посмотри, Диана! Дорогая, это же дочь Андермира, - повернулся к жене американец.
– Джек... подожди, - женщина предостерегающе коснулась его руки.
– Да, в чем дело?
– Кажется, она пьяна.
– Ну, я не заметил...
Девушка споткнулась и чуть было не упала, сумочка выпала из рук. Стоявшие рядом бросились на помощь, однако она восстановила равновесие и заботливые помощники остановились на полпути. Смех девушки зазвучал с удвоенной силой. Все уже поняли, что она пьяна.
Какой-то мужчина собрал рассыпанное содержимое сумочки. Она бессвязно его поблагодарила. Тут все приняли озабоченный вид и перестали её замечать, словно стараясь показать, что ничего особенного не произошло. Хихикая, она прислонилась к стене.
Подъехала кабина лифта, и девушка вошла в нее. На третьем этаже лифтер немного задержался, наблюдая, как она движется по коридору, стараясь сдержать свое истерическое веселье, пряча лицо в носовой платок. Войдя в номер, девушка подошла к окну и смотрела на улицу, пока горничная наводила порядок к комнате. Потом та спросила:
– Мадмуазель, вам больше ничего не нужно?
Девушка отрицательно покачала головой, все ещё прикрывая рот.
Дверь захлопнулась. Девушка откинула голову назад и весело рассмеялась, глядя в потолок. Это было похоже на жест огромного облегчения и в то же время ужасного отчаяния. Продолжая смеяться, она закрыла лицо руками. Гибкое прекрасное тело сотрясалось. Потом она опустилась на колени, все ещё закрывая лицо руками. Постепенно смех стал походить на рыдания, неестественные и ужасные.
Между двумя длинными приступами хохота девушка перевела дыхание. Голова её поникла, длинные пальцы расправляли складки юбки на бедрах. Постепенно смех перешел в короткие всхлипы и наконец прекратился совсем. Она устало поднялась на ноги и кое-как добралась до туалетного столика. Лицо её в зеркале выглядело бледным и полным отчаяния.
Держась
– О, Боже!
– Она попыталась с ним справиться, стиснув свои обнаженные груди. Безумный ужас застыл в глазах, когда ею снова овладел неудержимый хохот.
Шатаясь, девушка вновь пересекла комнату, споткнувшись о торшер, открыла чемодан и кучей вывалила его содержимое на пол. Все ещё содрогаясь от смеха, она упала на колени и кое-как добралась до кровати. Вслепую шаря вокруг себя, одновременно нажала все кнопки звонков. Ваза с цветами, стоявшая на ночном столике, перевернулась и упала. Пытаясь добраться до разбросанных вещей, чтобы как-то прикрыться, она приподнялась, ухватилась за штору и с треском её сорвала.
Так она и лежала, рухнув навзничь, подогнув одно колено, рукой тщетно прикрывая рот. Грудь её вздрагивала, тело время от времени сотрясали судороги. Один чулок отстегнулся от узкого пояса. Голова судорожно дергалась из стороны в сторону.
Когда в дверь постучали, она пыталась приподняться, но вновь упала. Дверь открылась, в номер вошли горничная и коридорный. Мужчина взглянул и отступил назад, горничная попросила его остаться снаружи. Сама она попыталась поднять девушку.
– Бедная малышка, что случилось?
Девушка силилась заговорить, но снова расхохоталась. Так она и лежала на ковре, обнаженная и безвольная, одолевая волнами неистового хохота.
Горничная подобрала среди разбросанной одежды платье, прикрыла девушку и позвала коридорного. Вместе они её подняли, и тут рука девушки сбросила прикрывавшую её одежду. Молодой коридорный залился краской. Девушку положили на постель.
– Позови мсье Эдуарда, - велела горничная.
Из коридора уже слышался торопливый топот. Шаги принадлежали менеджеру, медицинской сестре, директору и наконец врачу. Из комнаты доносился слабый смех девушки. Входившие изумленно переглядывались, их захватывал заразительный смех и они начинали улыбаться.
– Ну-ну! Неплохо кто-то провел время, - сказала женщина - менеджер, закуривая сигарету с розовым фильтром.
Девушка лежала совершенно неподвижно и безвольно, если не считать охватывавших её время от времени приступов смеха. Врач сел рядом и тихо и спокойно заговорил с ней. Доктор Хедегард, известный детский врач, жил в отеле. Его рука осторожно нащупала её запястье, проверяя пульс. Глаза девушки были закрыты. Но по мере разговора вспышки смеха усилились, становясь все громче и громче. Когда её охватывал очередной приступ смеха, спина прогибалась дугой, руки конвульсивно дергались. Казалось, она борется с призраками. Хрупкое тело сотрясала дрожь, безумный смех заполнял всю комнату.