Некромант. Книга третья. Жизнь
Шрифт:
—Смотри. Видишь, меня нельзя убивать. Тебя накажут. — Нёс бред толстяк.
Жаль что человеческую речь мертвец не понимал, а вот магию повелителя от амулета почувствовал. Тот словно служил приказом.
—Не трожь.
Странно, может повелитель так пометил свою еду, а она убежала. Нехорошо, нужно вернуть. Утверждать не берусь, но примерно такие мысли могли бы бродить в пустом черепе мертвеца. Скелет меж тем почесав черепушку, и придя к решению, что это не его уровень мысли, схватил толстяка за шкирку и понес, как котёнка. Свир решил подчиниться и замереть, если сразу не убили, то есть шанс уцелеть. Толстяк
Вскоре шаги мертвеца привели пару к тому, кто мог принимать решения. Если в первый раз толстяк не смел поднимать лицо и видел только две ноги. Одна костяная, кипельно-белая, то вторая металлическая чёрного цвета воронова крыла.
Сейчас же жирный осмелился посмотреть вверх и увидеть главного немертвого во всей красе. Это был скелет из белых сверкающих костей. Только левые его конечности были обрамлены в чёрный блестящий металл. Также металл покрывал левую часть черепа. Металлические части нежити были закопченными, будто от огня или удара молнии. Толстяк встретился взглядом со скелетом и ему показалось, что смерть смотрит прямо в душу, обещая сожрать его.
Не зря говорят, если долго смотреть в бездну, она посмотрит в ответ. Это был как раз хватило и мимолетного взгляда. Толстяк "удачно" посмотрел в тот момент, когда смотрела и бездна. Мужчина быстро склонил голову и понял, что сейчас будет решаться жить ему или умереть. Стоя на коленях, опустив голову как можно ниже, толстяк взял амулет двумя дрожащими руками и протянул его вперёд. И начал молча молиться этому немертвому, словно своему родному и единственному богу, с пылом, с жаром, искренне, все как полагается.
Призрак меж тем думал, что делать с этим идиотом. Коней на переправе не меняют. А отпустив толстяка ранее искин принял решение и ни дело менять егона пол пути. Эту черту Призрак перенял от Кощея. Сколько искин знал генерала, тот ни разу не менял свои решения. И дело не в том, чтобы в бою изменить приказ. А скорее в незыблемых вещах, которые свидетельствуют о целостности натуры.
В этом и есть сила человека. Если кто-то постоянно переобувается, постоянно меняя решения, внутренне он слаб. Такой человек тратит силы на борьбу с собой. А если все уже решено, то личность незыблема, как скала и в этом человек черпает силу. Таким было решение генерала уничтожить своих и чужих в космическом бою, чтобы не дать врагу достичь переломного преимущества. Таким же было решение выбрать Игрис своей женщиной. И рыжая будет женщиной генерала при жизни и после его смерти. Такое же незыблемое решение было пожертвовать собой, чтобы его женщина и ребёнок жили.
Генерал не колебался, принимая эти решения. И Призрак перенял эти черты, в конце концов даже его настройки отжали личность генерала. Так что Призрак принял решение. Толстяк можно сказать предал армию, передав врагу важные разведывательные данные, поэтому заслужил наказание. Идея сразу пришла в нейросеть Призрака. Искин не только перенял манеру мышления Кощея ну и чёрное чувство юмора генерала.
Толстяка потащили в неизвестном направлении. Скоро они прибыли к небольшому лесу площадью примерно около квадратного километра.
Жирный не понимал, что от него хотят. Дальше мужчину подняли на ноги и потащили вдоль леса. Костяная рука так же держала его за жирный подбородок. Очевидно что нежить хотела, что-то показать мужчине. Но что? Голова Свира раскалывалась от непонимания ситуации. Скоро странная компания обошла лес и оказалась с противоположной стороны.
Один немертвый вновь начертил линию. И написал слово "старт". Свир начинал понимать что от него хотят. За чертой рядами встали немертвые. В первой линии стоял один скелет, во второй два и так далее.
Толстяк понял, что от него требуется, он должен начать бежать и преодолеть километр леса, затем пересечь финишную черту. В награду ему оставят жизнь. Но не все так просто. Через определённое время за мужчиной будут выпускать погоню, сначала одного немертвого, затем двух сразу и так далее, каждый раз увеличивая количество нежити на одного. И у Свира нет выхода или он покинет пределы леса или умрёт от рук нежити.
В первый раз толстяк пожалел, что не развивался как маг. Его сил хватало разве что на активацию кольца, чтобы достать от туда вещи. По сути призвание слабых магов и было стать торговцами. Набрать товара в одном городе, убрать в кольцо и достать все это в другом городе. Но сейчас ни время для горьких сожалений, на кону жизнь и необходимо выжить любой ценой.
Немертвый тем временем поднял вверх руку и резко опустил вниз. Толстяк рванул вперёд не жалея сил, через пару десятков метров споткнувшись об корягу он пропахал борозду около пяти метров. Не смея оглядываться жирный вскочил и подтянув штаны устремился дальше.
Призрак был в истерике. Если бы нежить могла смеяться, то хохот оглушил бы толстяка и он бы умер от стыда. Перестав ржать искин, дал приказ начать преследование и первый немертвый устремился вперёд, через какое-то время снова, затем ещё и ещё. Постепенно уже десяток групп отправился вперёд.
Толстяк меж тем пер вперед, не разбирая дороги. Бежать по лесу то ещё удовольствие, ползучий кустарник цеплялся за ноги, зелень ограничивала зрение. Иногда Свир врезался в дерево или падал в канаву, но тут же вставал и бежал вперёд, даже не смея обернуться.
Мёртвые ведь не шутят и если толстяк не сможет выбраться из леса, он потеряет свою бедную несчастную жизнь. Слезы и сопли текли по лицу мужчину, но не было времени их вытереть, позади он слышал шум приближающегося преследования. Это придало беглецу дополнительный стимул и сил.
Казалось скорость мужчины удвоилась, но это же и стало причиной его трагедии…
Призрак ожидал бегунов на финише. Но к удивлению искина, выбежавшая нежить была без толстяка. Ни то чтобы мужчину убили и съели в лесу. Нет, немертвые его потеряли. Жирный исчез. Что за херня? Искин отправил толпу нежити прочесать лес и вскоре пропажу нашли. Призрак отправился посмотреть все сам. Оказалось, толстяк во время бега попал в овраг по которому весной бежит вода. И его везение или неудача оказались настолько точечными, что он попал в илистую яму на дне оврага. Торчала только голова.