Невеста вне отбора
Шрифт:
Фовер подобрал трость, но не протянул ее Катарине, а ловко прицепил к седлу:
– У меня было время, чтобы придумать, как половчее вашу трость к седлу приторочить.
– Спасибо, эйт Фовер.
Подобрав поводья Катарина, послала жеребца по подъездной аллее к воротам. И только оказавшись на улице, поняла - имени своего коня она не знает.
– Ну ничего, сегодня как-нибудь так, а потом спросим у эйта Фовера, как тебя зовут.
Столица утопала в цветах. Катти рассматривала убранство и думала, как бы она обрадовалась,
Нет, когда ей было семнадцать она, как и все, мечтала оказаться среди избранниц. Но не сейчас. Что она может? Станцевать с тростью? Читать наперегонки? Последние три года она и ее трость неразлучны. Зато библиотека семьи ван Ретт серьезно пополнилась - делать-то ей больше нечего.
Катти мягко причмокнула и направила жеребца в узкий проход между домами. Лихих людей она не боялась - платиновый венец на ее голове был делом рук белаторов, сильнейших магов страны. И вот уже двести лет как это творение защищало невест-избранниц. По большей части его сделали для сохранения чистоты помыслов как девиц, так и принца. Но и от иных случайностей тоже защищало.
Наконец Катарина увидела башню белаторов. Глухо черная, она будто отрицала весенний праздник Отбора невест. И да, у нее действительно не было входа. Как и говорил брат. Зато имелись окна.
– Ну уж нет, дерры белаторы, я не уйду, - фыркнула Катарина.
Развязав тесьму мешка, она вытащила первый камень и запустила его в ближайшее окошко. Один, второй, третий - либо стекло разобьется, либо кто-нибудь обратит на нее внимание.
Ни одно, ни другое - в окно выглянул мужчина, но камень уже летел. Катарина независимо пожала плечами:
– А говорят, белаторы - сильнейшие маги, высшая ступень... Что ж ты щит-то не выставил?
Но главное было сделано - на глянцево-черном теле башни проявилась дверь.
Так же вырастив лиану, Катти оказалась на земле и привязала поводья жеребца к своему растительному творению. Взяв трость, она уверенно похромала к сияющей двери. Белаторы на нее этот венец нацепили, пусть они и снимают! А то выдумали, право слово, хромая избранница!
Темная витая лестница несколько охладила пыл Катарины. Стало понятно - это еще одно препятствие на пути к белаторам.
– Ничего, когда-нибудь я доползу, - подбодрила себя Катти.
И через секунду вознесла хвалу богам за привычку придерживаться стены - лестница под ногами ощутимо вздрогнула и пришла в движение.
Крепко стиснув зубы, Катти присела на ступеньку и вцепилась в трость. Она не завизжит, пусть даже не надеются.
Движущаяся лестница привела к квадратной площадке, зависшей посреди пустоты.
– Чтоб вас приподняло и прихлопнуло, выпендрежники, - судорожно выдохнула Катти и ступила на площадку.
Она не стала ждать милости и, бросив зернышко на камень, вырастила чахлую лиану, за которую и уцепилась. Упасть вниз не хотелось. Нет, Катти подозревала, что умереть ей не дадут. Но и лететь вниз, сверкая нижними юбками... увольте. Мэдчен ван Ретт предпочитает падать с яблони. Только тсс, об этом - никому!
Площадка парила мягко и, пронеся Катти мимо десятка дверей, остановилась у освещенного открытого прохода. Там, за ярко освещенным порогом, находился богато обставленный кабинет. За широким столом сидел светловолосый юноша со ссадиной на лбу. Рядом с ним стоял высокий, хорошо сложенный мужчина. Его темные волосы не были длинными, как того требовала мода благородных дерров, но и короткими, как у простого эйта, тоже не были. Прямые темные пряди едва-едва достигали мочек ушей.
«Приятная внешность», - подумала Катти. И тут же вздрогнула от ледяного, какого-то злого взгляда светло-голубых глаз. «Приятная внешность с неприятным характером», - поправилась Катарина и смело шагнула через порог. Трость мягко постукивала по толстому ковру.
– А вот и седьмая невеста-избранница, - с усмешкой произнес «приятный мужчина с неприятным характером».
– И, наверное, у нее неотложная просьба.
Катарина изобразила подобие реверанса, выпрямилась и четко произнесла:
– Доброго дня, белаторы. Пусть благословение богов не оставляет вас всю жизнь и немного после. Мое имя Катарина ван Ретт, и у меня действительно есть к вам просьба.
– А не дерры белаторы?
– поддел ее все тот же темноволосый маг.
– Говорить дерр белатор - неправильно, - спокойно произнесла Катти.
– Потому что «дерр» - обращение к благородному мужчине, «белатор» - то же самое, только мужчина в этом случае обладает запредельными магическими силами. Правда, эти самые силы не гарантируют хорошего воспитания, верно, белаторы?
– Дерры белаторы - благозвучней. Мое имя Ивьен, а это мой друг и наставник Альтгар, - представил младший маг.
– Итак, что за нужда заставила вас, мэдчен ван Ретт, прийти в нашу башню? И постучать столь оригинальным способом?
– и белатор Ивьен коснулся ссадины на лбу.
– Со всем уважением, - при этом тон белатора Альтгара говорил о чем угодно, кроме уважения, - но мне недосуг выслушивать пожелания зазнайки. Хочу заметить, мэдчен ван Ретт, иллюзорная корона на вашей голове - вовсе не гарант королевского Венца.
Пройдя мимо опешившей Катарины, Альтгар вышел из кабинета.
– Он немного груб, но очень хороший специалист, - развел руками Ивьен.
– У нас просто уже паломничество невест состоялось. Говорите, мэдчен, я постараюсь вам помочь. Но помните, что мы белаторы, а не боги.
Катарина поймала себя на том, что стоит, нелепо приоткрыв рот. Поджав губы, она сделала несколько шагов к столу и, выставив перед собой трость, оперлась на нее обеими руками:
– Я бы хотела, белатор Ивьен, чтобы вы исключили меня из числа невест-избранниц.