Никто не хотел убивать
Шрифт:
– А ты кто такой, чтобы печать ставить? – озадачился Крыло.
Похоже, перспектива подставиться под чужой кулак совсем его не вдохновляла.
– А не надо отмазки выставлять! – Стас куражливо ухмыльнулся.
– Слышь, братва! Тут какие-то фраера возбухают!
– Где возбухают, Крыло? Чувак сам подставляется! Срежь его, чтобы не встал!
– Не вопрос! – Фиксатый тип сунул руку под штанину и вытащил из-под нее заточку.
Дело запахло керосином, но Стас и не рассчитывал на благородство здешних сидельцев. Он готов был ко всему, хотя
– Это не печать! – Сдерживая страх, он мотнул головой. – А полное западло!
– Я не понял, ты что, предъявляешь мне?
Крыло водил заточкой перед своим лицом и в любое мгновение был готов пустить ее в ход. Движения у него были резкими, уверенными. Он запросто мог убить Стаса.
– Нет. Раз такое дело, давай западло на западло. Сначала ты бьешь меня заточкой, потом я тебя!
– Да я тебя наглухо уделаю!
– Ну, если повезет, то да.
– Лады, давай!
Крыло выкинул руку вперед, собираясь пырнуть Стаса в глаз, но тот уклонился, перехватил руку противника и ударил его локтем в челюсть. Фиксатый тип подался назад, заточка выпала у него из руки, но Стас не позволил ему затеряться в толпе. Пользуясь замешательством врага, он обрушил на него свой коронный удар. Крыло без чувств рухнул на грязный пол.
Глядя на него, Стас нагнулся, поднял с полу заточку и заявил:
– Эй, давай, поднимайся! Теперь моя очередь!
– Ты что, фраер, какая очередь? – возмущенно спросил длиннорукий коротыш с заячьей губой. – Ты его уже срубил!
– Так с руки же срубил! А теперь баш на баш!
– Ша, братва! Что там за шухер? – донесся хриплый булькающий голос откуда-то из глубины камеры.
Коротыш суетливо метнулся к шконке, стоявшей в ближнем от окна углу. Кто там лежал, Стас разглядеть не мог, мешало цветастое покрывало, свисающее с верхней шконки. Судя по всему, это был смотрящий по камере. Надо было видеть, как лебезил перед ним коротыш, объясняя ситуацию.
Ширма наполовину отодвинулась, человек, лежащий за ней, глянул на Стаса и снова спрятался. Новичок не особо заинтересовал смотрящего. Тот не захотел тратить на него свое время, но шестерке что-то сказал.
Коротыш подошел к Стасу и заявил:
– Перо давай!
Стас вернул ему заточку и предусмотрительно отступил на шаг. Неизвестно, что на уме у этого пассажира.
– Давай устраивайся тут! – небрежно сказал коротыш. – И не залупайся, понял?
Парень кивнул. Если его оставляют в покое, то буянить он не станет. Это не в интересах Стаса.
– Давай сюда!
Бабай взял его за руку и отвел к своей шконке, на которой сидел какой-то тщедушный паренек с большими выпученными глазами.
– Я не понял! – возмущенно протянул он, вздохнул и полез на верхнюю койку, кем-то уже занятую.
– Прикинь, не успел я в сторону отойти, как тут уже тело нарисовалось! – заявил Бабай.
Стас пожал плечами. Ему самому фактически некуда было деваться.
– Давай располагайся! Я тут один живу, но все равно ведь кого-то подселят и не уберут. – Бабай
– Почему? – в недобром предчувствии спросил Стас.
Он смотрел на Крыло, который уже пришел в себя и перебрался на свою шконку возле смотрящего. Коротыш подсел к нему и стал что-то нашептывать.
– А посадят тебя на перо, и все дела. Завтра вперед ногами вынесут.
– Почему завтра?
– А ты хочешь уже сегодня? Нет, у нас такие дела по ночам делают, а по утрам выносят. Зря ты с Крылом связался, он обид не прощает. Молчать надо было.
Стас кивнул. В этот момент Крыло нащупал его взглядом. Он еще не совсем оклемался после удара, но ненависть в его глазах была уже осознанной.
– Тут у нас на днях одного вынесли. Думаешь, это плохо? – с усмешкой глянув на Стаса, спросил Бабай.
– Не думаю я ничего.
– А зря. Надо было. Ты этого не сделал, когда рот раскрывал. Сейчас тебе вдвойне думать надо. Для тебя даже хорошо, что Жирафа вперед ногами вынесли. Прохарю внушение сделали, он сейчас на стреме, потому и братву осадил. Прохарь – наш смотрящий, он на корону метит. Ему беспредел на хате не нужен, а тут Жирафа на перо поставили. Если такое повторится, то Прохарю по ушам дадут. Понимаешь?
– Понимаю.
– Но ты все равно ухи на макухе держи! И на выгуле не зевай. Здесь тебя Крыло не тронет, а на продоле может отыграться. Дурдом у нас тут, да?
– Не спорю.
– Ты думаешь, что нормальный, а на самом деле уже дурной. Здесь все такие. Кто-то больше, кто-то меньше, но крыша у всех плавится. Ничего, скоро жара спасть должна.
– Скорей бы.
– Я смотрю, ты прикинут неплохо.
Футболка на Стасе была недорогая, но новая, и спортивные брюки только что из магазина. Это ему Женя в дальнюю дорогу собирала. Правда, свидеться с ней Стас не смог. Майор Губков сделал все, чтобы они не встретились. Но сумку с вещами ему передали.
Его этапировали в Изгорск, два дня держали в КПЗ, а вчера отправили в следственный изолятор. Здесь он и узнал, что это такое – ад на земле. Черти уже появились, и костер, можно сказать, разведен. Как бы его не поджарили на нем. А все именно к этому и шло.
– Это ты к чему?
– С воли тебя подогревать будут?
– Будут.
– Кто?
– Родители у меня, сестра. Подруга.
Женя при деньгах – есть на что собирать передачи и отправлять их в тюрьму. Именно этот вопрос и волновал Бабая.
– Значит, будут дачки? – с нескрываемой надеждой спросил он.
– Будут. Хоть каждый день.
– Каждый день – это хорошо.
– Только недолго.
– Почему?
– Так меня же вперед ногами вынесут.
– Если грев будет, то не вынесут. Блатные тоже жрать хотят. Станешь их подогревать, и Прохарь Крылу ноги повыдергивает, если он тебя тронет. Ну, будем на это надеяться. Ты за меня держись. Пацан ты вроде не стремный. Чем по жизни занимаешься?
– Из армии вернулся, – уклончиво ответил Стас.