Новый Орден Джедаев: Звезда за звездой
Шрифт:
— Так ты не чувствуешь себя запятнанным Темной стороной? — поинтересовалась Ломи.
— Я ее не боюсь, если ты это имеешь в виду. Но Зекк прав, вы нарушили обещание.
— Не волнуйся, — произнес Велк, не оглядываясь. — Это не повторится.
Они зигзагом спускались по рядам: Джейсон старался вести команду как можно дальше в обход воксиньих гнезд. Даже с дыхательными масками запах становился невыносимым. По пути джедаям встречались трупы на всех стадиях разложения и заботливые мамаши, охранявшие пищу, которую они берегли для потомства, не зная, что они стерильны. В редких случаях воксин
Где-то на полпути вниз они подошли к десятиметровой преграде, на поверку оказавшейся чередой арок наподобие той, из которой они вышли. Дабы не тревожить «бездомных» воксинов, они двинулись в обход арены, то взбираясь, то спускаясь — и любым способом стараясь избежать воксиньих гнезд. Нагрузка быстро начала сказываться на Энакине, хотя он использовал Силу, помогая себе двигаться. Прошло совсем немного времени, и его колени начали дрожать, а в животе появилось жжение.
Тахири, конечно, сразу все заметила.
— Энакин, ты дрожишь.
Энакин кивнул:
— Это из-за запаха.
— От запаха никто, кроме тебя, не дрожит, — ответил подошедший Тизар. — Оный понесет тебя.
Прежде чем Энакин успел возразить, барабел подхватил его. Тахири настояла на своем, рассказав о состоянии Энакина Текли, но осмотр пациента быстро прервался, когда с верхнего яруса высунулась голова воксина и из раззявленной пасти брызнула кислота. Боясь вспугнуть остальных зверей, ударная команда спешно тронулась в путь. Тизар понес Энакина на руках.
Пока они обходили арену, Энакин обратил внимание, что нижние ярусы были обставлены лучше, чем те, через которые им приходилось перемещаться. Стены украшали статуи Йун-Йаммки, многие из которых изображали бога отрывающим себе конечности и проливающим кровь. Другие статуи изображали сцены, в которых бог пожирал йуужань-вонгских воинов, или же наоборот, воины возникали целыми и невредимыми меж его щупальцев. Углядев длинные шипы и острые крюки, выступающие из стен арены, Энакин предположил, что раньше это место являлось стадионом, на котором йуужань-вонги развлекали себя гладиаторскими боями среди рабов.
Потом он разглядел несколько дорожек, спускавшихся с нижних ярусов на арену, и осознал свою ошибку. Здесь сражались сами йуужань-вонги — по крайней мере, те, кому посчастливилось сидеть в первых рядах. Очевидно, изваяния Йун-Йаммки носили религиозный, а не декоративный характер. Энакин представил себе арену как огромную церковь. Он как наяву видел заполненный до отказа стадион; в то время, как «летающий мир» мчался в межгалактическом пространстве, наиболее выдающиеся из граждан и знаменитые вожди спускались на арену и проливали кровь в честь богов, своими смертями убеждая йуужань-вонгов в том, что их новый дом в иной галактике близок.
— Опусти меня, — приказал Энакин. ТАКИХ воинов не победит тот, кого в битву несут на руках. — Я не хочу, чтобы меня несли. Не здесь. И не раньше, чем все закончится.
Тизар опустил Энакина, и тот неуверенно встал на ноги.
Лоубакка прорычал вопрос.
— Тогда как же ты сумеешь…
— Тизар мне поможет, — ответил Энакин, оборвав перевод Эм ТиДи. Затем он повернулся к барабелу. — Когда Улаху пытали, ты придавал ей силы.
— Сейчаз это сделать сложнее, — предупредил Тизар. — Тогда наз было трое.
— Я возьму все, что смогу, — проговорил Энакин. — Я хочу завершить эту миссию, стоя на собственных ногах.
Барабел обнажил иглообразные зубы.
— Оный будет почтен.
Энакин почувствовал, как Тизар устанавливает с ним контакт в Силе, и испытал странный рептилий холодок, когда барабел связал их эмоционально. Мир окрасился в темно-красный цвет, и Энакин ощутил, как его слабость переливается в Тизара, а сила Тизара поступает к нему. Вместе с поддержкой пришло и странное чувство одиночества, не такое, как человеческая печаль, — это были будто две пустых ниши в сердце, которые никогда на заполнятся.
Энакин распахнул глаза; он не заметил, что закрыл их.
— Я… Это не совсем то, что я ожидал.
— Вот как? — прошипел Тизар. — Ты думал, у тебя появятся чешуйки?
Удивленный тем, что сумел понять шутку, Энакин усмехнулся и поспешил за остальными. Его связь с Тизаром была похожа на боевое слияние, разве что делили они на двоих лишь силу барабела.
Через несколько минут Алима сообщила, что они прошли расстояние полукруга и очутились прямо напротив той арки, через которую вошли. Команда двинулась вверх по ступеням. Энакин мог взбираться сам, в отличие от Рэйнара, который все еще находился под воздействием антидота, и его Силой поднимали от одного яруса к другому. Они находились всего в одном ярусе от выхода, когда Рэйнар, ожидавший, когда к нему поднимется Алима, указал в какую-то точку в десяти метрах ниже.
— Смотрите! — Его язык настолько распух, что Энакин сперва не разобрал слов. — Эрил!
Развернувшись, Рэйнар похромал в указанном направлении, параллельно успев встревожить гнездившегося неподалеку воксина. Алима одним быстрым движением взобралась на ярус и устремилась за измученным джедаем. Энакин и несколько других джедаев с помощью Силы одернули его назад.
Воксин изрыгнул кислоту, но промахнулся. Зверюга рванулась вперед и дважды полоснула когтями по телу Рэйнара: первый удар вспорол бронированный комбинезон, второй оставил на коже четыре глубоких борозды. Оставив раненого на попечение друзей, Энакин сорвал с пояса меч и активировал его.
— Энакин! Нет! — вскрикнул Джейсон. — Пусть он вернется в гнездо.
Энакин втянул лезвие обратно, но продолжал держать рукоятку меча наготове. Тизар передал бормочущего в бреду Рэйнара Гэннеру и Алиме, которые торопливо оттащили его с места побоища. Воксин продолжал скалиться, его маленькие бусинки-глаза прожигали взглядом меч в руках Энакина.
— Нужна помощь, младший Соло? — спросила Ломи. — Я могу прикончить его, но вот обещание…
— Держи свое обещание, — отозвался Энакин, медленно опуская меч и начиная пятиться. — Тебе не захочется видеть Зекка, когда он разозлится по-настоящему.