Обратный отсчёт
Шрифт:
Прикрытие прибыло на место встречи раньше нас. Съехали мы с моста, свернули на Юрловский проезд, смотрю — у заправки стоит пятидверная «Нива», а рядышком трутся две такие до боли знакомые фигуры в камуфляже… Угадайте, кто: одна возвышается монументально и практически неподвижно, как скала, вторая подпрыгивает рядышком этаким мелким бесом и ручонками машет — что-то рассказывает взахлёб…
— Ну и чего вы сами припёрлись? — удивился Серёга. — Сказал же — пришлите двух толковых хлопцев!
— Следи за речью, мою юный друг, — с небывалой солидностью заявил Вася. — Ты намекаешь, что мы бестолковые?
— Гхм… — Серёга от неожиданности даже поперхнулся. — Ну, Вася… Ни на что
— Да просто скучно дома сидеть, — признался Петрушин. — Решили прогуляться, свежим воздухом подышать.
И Аркадию тоже скучно дома сидеть: поэтому он пригласил нас на полтора часа раньше, и мы получили возможность работать уже сегодня. Миром рулят люди, которым скучно сидеть по вечерам дома.
— Надо будет их как-нибудь на Смотровую свозить, — предложил я. — Им наверняка понравится.
— Им-то понравится. А вот тем, кто там постоянно тусуется, — вряд ли… — Серёга постучал Петрушину в грудь — раздался характерный туповатый отклик титановой пластины. — Ну и зачем нам броник? Я же сказал — ничего острого не будет. Оружие тоже взяли?
— Обижаешь, коллега, — Петрушин, широко улыбнувшись, распахнул полы камуфляжной куртки и продемонстрировал две вручную «расточенные» оперативные кобуры, удобно примостившиеся у него под мышками. Из кобур зловеще торчали рифлёные пистолетные рукоятки. — Вот они, родные «вектора»…
— Их давно опробовать пора! — мгновенно вступил поэтически озабоченный Вася. — Чтобы пели пули, выли люди, чтоб валялись трупы во дворах!
— О-о-о! — Я не мог не оценить творческого порыва своего подопечного. — Какая высокая лирика… А чего тут опробовать? Вы из них и так каждый день палите.
— А по живым мишеням ещё не пробовали. Гы-гы…
— Вот чёрт… — Серёга от огорчения даже зубами лязгнул. — У Васи — тоже «вектора»?
— А то! Чего мелочиться? Разнесём им там всё к е… матери, чтобы знали, с кем связались, скоты!
— Я никуда с вами не поеду! — воскликнул Серёга. — Разносите, что хотите, но без меня! Я просил двоих людей без оружия, а вы…
— Да успокойся, брат, — Петрушин нежно похлопал Серёгу по плечу. — Шуток не понимаешь? Всё будет тихо и пристойно. Клянусь Васиной задницей.
— А чего это моей? — возмутился Вася.
— Да чтобы понятно было, какая это высокая ответственность! Ж… боевого брата — это вам не хухры-мухры! Я тебе отвечаю: никто даже и не думал об этом.
— А зачем тогда «вектора» [7] взяли? — напористо уточнил Серёга.
7
9-мм пистолет под мощный патрон «СП-10» с пулей, имеющей закалённый сердечник. На дистанции до 50 м обеспечивает надёжное поражение живой силы в бронежилете второго класса защиты или укрывающейся в небронированном автотранспорте. Прицельная дальность — 100 м, питание — магазин на 18 патронов.
Резонный вопрос. Если кто-то думает, что мы, пользуясь статусом Исполкома, можем раскатывать по городу, обвешанные гранатомётами, и тащить за собой пулемёты на станке — это вы зря. Арсенал Исполкома детально продуман специалистами, ничего лишнего там нет, всё чётко разнесено по категориям. Применение каждой категории вооружения строго регламентировано параграфами инструкций. В частности, для самозащиты и повседневной оперативной работы (то есть практически в течение всего служебного времени и при проведении любых «городских» операций) мы имеем право ношении маломощного «ПСС» (6П28), [8] который Петрушин презрительно обзывает «пукалкой». Всё остальное — только для особых случаев и при наличии специального письменного распоряжения с печатью Исполкома…
8
Пистолет самозарядный специальный под патрон «СП-4» для бесшумной, беспламенной стрельбы.
— Да специально никто и не брал, — совершенно искренне заверил Петрушин. — Просто мы как раз собрались проводить ночные стрельбы, экипировались — тут ты звонишь. Надо же быстро было! Ну вот — сразу сели и поехали.
— Ладно. Костя свидетель — я вас предупредил: силовое решение вопроса допустимо только в самом крайнем случае, если возникнет реальная угроза жизни. Попросту — если нас с Костей будут убивать. Это понятно?
— Понятно, командир. Давай дальше…
Петрушин у нас не всегда такой покладистый. Вернее сказать, всегда бывает наоборот. И при проведении всех силовых акций обычно командует он. Но сейчас не силовая акция, а рутинная оперативная работа, как верно заметил Серёга. Старший в этой рутинной работе, на правах «местного», — Серёга. Скажет сейчас — обойдёмся без вас, придётся нашим терминаторам ехать обратно. Никто ведь не заставлял руководство «силового блока» самолично выезжать на такое «копеечное» мероприятие…
— Мы хотим пообщаться с Володей Кудриным. Едем сейчас в гаражи. Чем он занимается и что там у него за народ, мы не знаем. Поэтому и хотим подстраховаться. Очень может быть, что сейчас там не будет ни единой души и прикрытие вообще не понадобится. Обстановка понятна?
— Понятно. Порядок работы?
— Следовать за нами на максимально дальней дистанции — буквально, чтобы едва задние фонари видели. Ближе не подъезжать. Ни в коем случае не «светиться». Когда пойдём в бокс, я включу мобильный, будете всё слышать. Если никаких проблем, я мобильный выключу, тогда можете отдыхать. Если будут проблемы, я скажу «Мне не нравится, как вы с нами обращаетесь». Или так: «Мне не нравится ваш тон». Вот тогда можете подъезжать, выходить, громко хлопать дверьми, показывать, в общем — мы здесь… Но не более! Я объясню, что это сопровождение испанца — потому что он важная персона и всё такое прочее.
— Это при каком раскладе такое будет? — уточнил Вася.
— При самом нехорошем, — пояснил Серёга. — Это если у него там окажутся какие-нибудь отмороженные бандосы, которым мы не понравимся. Если такое произойдёт: считай, весь визит насмарку. Сами понимаете — доверительно общаться в такой обстановке весьма затруднительно. Вот на этот случай и нужно прикрытие. И я очень надеюсь, что оно не понадобится.
— Надо вам маяк вставить, — компетентно заметил Вася. — Как у Ростовского. Чтобы можно было спокойно ехать сзади и не светиться.
— Да, дельное замечание, — одобрил Серёга. — Просто до сих пор как-то не надо было… А сейчас уже поздно: с собой нет, а возвращаться — это целое дело. Так что придётся вам по старинке — тащиться сзади и глядеть в оба. Напоминаю: для вас главная задача — не нарисоваться раньше времени.
— Можешь не волноваться насчёт этого, — заверил Петрушин. — Езжайте, общайтесь спокойно. Мы прикроем…
Мы миновали Юрловский проезд, перед поворотом на Римского-Корсакова съехали на неширокое, слабо освещённое шоссе, оставили справа авторынок и неспешно двинулись к темнеющему впереди массиву гаражного комплекса. «Нива» силовиков дисциплинированно плелась далеко позади, в зеркало я едва различал их фары.