Отбор без права на поражение
Шрифт:
Всё-таки начал терять сознание, но всё ещё слышал возню Рилтара, неприятный шлепок, с которым он вытащил иглу, а затем его очень серьёзный голос, звучащий в моих мыслях.
Мы не унизим её так, Рилтар. Мы не превратим наши чувства в очередное шоу, я не буду мешать вам.
Глава 15.2 Налтар
Внушил медсестре не болтать о Рилтаре. Для неё он был Ихтаром Теанваном, который вдруг занемог, а не безликим донором крови. Убедился, что ему ничего не грозит и поторопился к реанимации. Не знаю, хватит ли столько
Персонал не задавал вопросов, принял пакет и занялся девушкой. Я снова ждал. Минуты складывались в часы, за окном уже давно стемнело, а по подвешенному под потолком телеку начали крутить интервью участников последнего отбора. Они делились впечатлениями после закрытия шоу. Все безумно хотели захончить сезон и вернуться в замок. Братья Демпси уверяли всех, что в их родословной тоже были древние, а значит и они имеют права на множественный брак. Парочка призналась, что вернись они на шоу, что боролись бы за Кайлин. Мою Кайлин! Хотелось разбить эти две наглый рожи вместе с экраном. Уверен, мне бы никто и слова не сказал, устрой я вандализм в клинике моего кузена.
Мысли, о том, чтобы вместе с Рилтаром сделать Ли предложение, не лезли из головы. Это казалось мне неплохим выходом побыть с ней ещё немного, а после моей смерти не оставить одну. Но мне было страшно опошлить наши чувства, заставить любимую почувствовать себя грязной и ветреной. Я слишком хорошо знаю её. Помню её смущение от нашего первого прикосновения, поцелуя. Хочу оставить это в памяти до самого конца.
Имерида Дагхольц была весьма разговорчива, сказала, что рада закрытию шоу, что мечтала защитить Далиилу Фолье, видя, что её используют в политических целях. Она испытывала глубокое сострадание к Ли, но совершенно не догадывалась о её природе во время шоу.
Мёрк Уиздом заверял, что не оставит попыток достучаться до возлюбленной Дали и после шоу.
Про Кендрака и Райана стремительно прошёл слух, что они дурили организаторов. Дальрабийский принц поменялся местами с телохранителем, срезал волосы, чтобы не походить на благородного и прикидывался переводчиком, воизбежание возможных покушений.
Назревал грандиозный внешне политический скандал, очень надеюсь, что меня не отправят в качества после доброй воли. Я сыт интригами по горло.
Листал каналы, надеясь найти хоть один, где не будут обсасывать чёртов отбор и его участников.
— Как вы расцениваете поведение Налтара Реонвана? — спрашивала журналистка какого-то псевдоэксперта.
И правда, как?
— Уверен, лорд одним из первых раскусил истинную сущность Кайлин Верани и решил заполучить её в жёны ради продолжения рода, поговаривают, он не совсем здоров…
Сволочь. Уже набирал сообщение своим юристами, чтобы они придушили этот слух в зародыше, пока Ли окончательно не поправилась и случайно не прознала о моём диагнозе. Умереть я хочу тихо. Без жалости, теорий и внимания публики.
— Лорд Реонван, — мягко позвали со спины.
— Что? — почти
— Кайлин Верани пришла в себя и хочет поговорить с вами.
Я даже переспросил. Как-то не верится, что она действительно желает видеть меня. Знаю, что она любит Рилтара, после всего что натворил, любви я не достоин, но сердце все равно верит и ждёт чего-то, а я даже не знаю, как правильно обрамить свои истинные мечты в мысли. Я пытаюсь был благородным, но истина проста и прозрачна. Ли нужна мне, я хочу быть с ней, хочу вязнуть на внедорожнике в болоте, держать свою леди Реонван за руку, до рассвета слушать наше нестройное дыхание, растить детей…
Идти к ней пытка. Нужно сбежать, но я не могу. Ей грозит опасность, она наверняка напугана.
Долго смотрим друг на друга. Она такая, какой показывало мне море. Идеальная незнакомка, девушка из моих снов и самых смелых фантазий. Моя чужая Ли. Тёмные воды волос, синие воды глаз, красные воды чувственных губ. Мой океан, моя любовь, моя жизнь, моё вдох выдох и самое важное Слово. Ли…
— Спасибо.
Искренне.
— Не за что. Я должен был прийти раньше, но весь этот кошмар с полицией затянулся. Простишь?
Кивает, смотрит на след от иглы на руке, и я знаю, о чем, она сейчас думает, и, словно проглатывая огромный металлический шар, усеянный шипами, говорю:
— Рилтар приходил, это он дал тебе свою кровь.
— Уже ушёл?
— Он вернётся, только разберётся с делами и обязательно вернётся к тебе.
Улыбаюсь. Обманываю себя, что рад, что рядом с ней будет сильный и заботливый мужчина. Это тяжело. Не могу не завидовать Рилтару. Ему повезло, у него семья, домашний уют и Кайлин. Невыносимо смотреть на неё и не иметь возможности сказать правду, упасть на колени и рассказать о чувствах, вырвать из сердца шипы и истечь кровью прямо здесь.
Я люблю тебя, Кайлин. Люблю, и не могу ничего с собой поделать.
— Спасибо, — повторила она, глядя на свои бледные кулачки, комакающие покрывало — Если бы не ты, я бы погибла.
— Для меня ты бы сделала то же самое, правда?
Так глупо хочу услышать, что не безразличен ей. Но хоть так.
— Конечно, Налтар.
Теплом по сердцу слова. Мягким домашним, таким, о каком я мечтал. И мне хватит этого, даже если это пустое обещание.
— Побудешь со мной?
— Конечно, Кайлин.
Улыбаемся друг другу. Придвигаю стул ближе и на следующие несколько часов становлюсь самым счастливым жителем Империи. Мы разговариваем обо всем. Смеемся над фанатскими сочинениями и артами, обсуждаем политику и строим теории, для чего дальрабийскому принцу Далиила Фолье. Умиляемся трепетной любви между Ирри и Касти. Я рассказываю Ли о небесных браках. Между нами нет неловкости и обид, есть лишь мой секрет.
— А помнишь… — начинает она, я, конечно, помню, но мне интересно услышать историю ее словами. Всю жизнь бы сидел и слушал.