Пара монарха
Шрифт:
Ребята, я, должно быть, сильно облажалась.
— Я здесь. — Брэкстон присаживается на корточки рядом со мной, его лоб морщится. — Она теряет слишком много крови, но как только я выну стрелу, кровь потечет намного быстрее. Нам нужно отвезти ее в клинику и начать переливание крови, одновременно готовя ее к операции.
— Мне жаль, малышка, — говорит мне Зейден, и каждое слово пропитано болью.
Затем он просовывает руки мне под спину и ноги. В ту секунду, когда он поднимает меня, мой бок вспыхивает в агонии, и я прикусываю губу, чтобы не закричать.
— Ублюдок, — хриплю я прямо перед тем, как отключиться.
Глава 17
Я попала в чёртову сумеречную зону, но это потрясающе.
— Думаю, ей достаточно лекарств. — Голос Зейдена заполняет моё сознание, заставляя меня улыбнуться. Или, по крайней мере, мне кажется, что улыбаюсь. Трудно сказать, поскольку сейчас не могу контролировать свое тело. Однако меня это устраивает, пока нет боли.
— Я просто хочу убедиться, что у нее будет все хорошо, когда действие анестезии закончится, — говорит Брэкстон в своей раздражающе спокойной манере. — Не волнуйтесь, милорд. Ваша пара молода и сильна, и ребенок цел и невредим.
Ребенок? Чей ребенок?
— Ребенок? — повторяет Зейден.
— Думал, вы знаете, — удивляется Брэкстон. — Позвольте мне первым поздравить вас с предстоящим рождением сына.
Ни хрена себе! Инопланетный ребенок. Мой инопланетный ребенок. Боже мой, ребенок! Если бы я уже не лежала на полу, то точно упала бы, как Лия, когда узнала, что беременна.
Раздается громкий стук и чей-то выдох. Теплое дыхание касается моего лица, и я догадываюсь, что это дыхание Зейдена.
— Вы в порядке, милорд?
— Брэкстон, ты хочешь сказать, что на мою пару напали и ранили, когда она беременна моим сыном? — спрашивает Зейден, его голос такой тихий, что слышу его только потому, что он рядом со мной.
— Да.
— Гребаный ад. Я убью всех этих предателей до единого. Этих проклятых пуристов, — восклицает Зейден. — Приведите сюда Варека, вместе с Кейдом, Арджуном, Квином и остальными спарившимися мужчинами.
— Сию же минуту, милорд.
На заднем плане я едва слышу, как Брэкстон вызывает по коммуникатору других инопланетян. Разговор заглушается Зейденом и его учащенным дыханием. Кажется, что у него вот-вот случится сердечный приступ.
Я поднимаю руку, чтобы попытаться успокоить его, но ничего не происходит. Ну, по крайней мере, я попыталась.
— Вы вызывали меня, милорд? — спрашивает Варек.
Какого черта? Когда он успел прийти? Я, видимо, потеряла сознание. Какие бы лекарства во мне ни были, они кажутся чертовски сильными. Надеюсь, они не повлияют на моего ребенка. Мое сердце сжимается при мысли о жизни, трепещущей в моем животе. Облегчение захлестывает меня, когда думаю о том, что мой ребенок жив и здоров.
— Да, это не может ждать, — говорит Зейден.
— Вы не хотите провести этот конфиденциальный разговор в более уединенной обстановке, а не в клинике?
— Я не покину
— Как пожелаете.
Зейден прочищает горло.
— После смерти моего отца я стану лидером, и мне нужен кто-то, кто займет мое место генерала. Нет ничего удивительного в том, что я назначаю тебя на эту должность. Мне нужен воин, которому я могу доверять, кузен.
Мой бедный Зейден. Я бы хотела каждой частицей своего существа утешить его и сказать, как мне жаль, что он потерял отца. Возможно, у меня не было возможности узнать бывшего лидера, но он казался мне честным и справедливым.
— Это честь для меня. Могу ли я озвучить просьбу?
— Проси о чем угодно, Варек.
— Я знаю, что вы хотите сохранить предстоящую войну в тайне, и пока с этим согласен, но ялаты приближаются. Наши союзники в четвертом квадранте видели, как собираются их корабли. Без Коалиции, чтобы остановить их, мы должны готовиться к битве, — говорит Варек. — Мы должны связаться с боракцами и попросить их соблюдать договор между нашими видами.
— Да, они будут очень полезны. Вызовите их немедленно, — приказывает Зейден. — Что касается группы, которая называет себя пуристами, мы должны найти способ их обнаружить. Это больше не безопасно. Не только для моей пары, но и для твоей, Варек. Я должен посоветовать всем носить устройства, которые предоставят нам данные о состоянии здоровья наших пар. Я бы предпочел узнать раньше, чем позже, если она в беде.
— Ты единственный, кто его не носит.
— Не напоминай мне, кузен, — рычит Зейден. — Я страдал, как не должен страдать ни один мужчина, наблюдая, как она лежит в собственной крови, не зная, выживет ли. Я уже потерял своего отца. И не хочу потерять любимую.
— В Морган много упрямства и воли к жизни, больше, чем в большинстве женщин, — говорит Варек. — Она выкарабкается.
— Она беременна.
— О, — на мгновение Варек замолкает. — Это значит, что ей еще есть ради чего жить.
Я хочу сказать им, что никуда не уйду, но сон снова забирает меня с свои объятия. Надеюсь, на этот раз я возьму Зейдена с собой в свои сны.
— О боже! — причитает Бриттани.
Ее плач будит меня, и мои веки вздрагивают. Ободренная этим небольшим действием, я пытаюсь открыть глаза. Сквозь щелки вижу Бриттани, Джоан и Лию, сидящих в креслах вокруг меня. Мы так давно не были вчетвером вместе, что у меня на глаза наворачиваются слезы. Глупые гормоны беременности.
— Брит, ты ведь знаешь, что она не умирает? — спрашивает Джоан. — Док только что сказал, что она должна проснуться в любой момент.
Бриттани фыркает и вытирает глаза.
— Я знаю. Просто она самая сильная из нас, и видеть ее в таком состоянии просто… ошеломляет.
— Сохраняй спокойствие ради ребенка, Бриттани, — говорит Лия. — Делай глубокие вдохи. Вот и все.
— Приятно снова быть вместе, — говорит Джоан. — Дрего может отпустить меня на несколько часов, только когда мы во дворце и он занят его охраной.