Чтение онлайн

на главную

Жанры

Периферийные устройства
Шрифт:

Флинн вымыла пустой стакан, поставила в сушку и глянула в окно на холм. Там построили площадку, на которую садился спецвертолет, когда Фелиция заглядывала в гости. Увидеть площадку было нельзя, даже когда на ней стоишь. Спутники ее засечь не могли, поскольку строилась она по сольветровской науке, эмулирующей технику будущего.

Обычно они беседовали на кухне, а Томми сидел в гостиной и трепался с ребятами из Секретной службы. Иногда из города приходил Брент, обычно вместе с Грифом, и тогда разговор становился более конкретным: обсуждали производство вакцин от болезней, про которые еще никто не знал, или в каких странах лучше разместить фабрики по производству фагов, или что делать с изменениями климата. Флинн познакомилась с Фелицией вскоре после того, как

у вице-президента Амброуза случилась эмболия, и это было неловко, потому что Фелиция говорила о покойном Уолли с глубокой грустью, которая казалась вполне искренней, а Флинн знала, что он умер после того, как Гриф показал Фелиции кадры ее торжественных похорон и в точности объяснил, что им предшествовало.

Рядом с сушкой стояла банка с прежними пальцами Коннера. Он подарил их Флоре, дочери Литонии. Это были первые пробы Мейкона, отпечатанные в старой фабе на принтерах, отпечатанных где-то еще, до того как ребята перебрались в сарай. Флора забыла их утром, когда приходила в гости. Она покрасила им ногти розовым лаком. Большой палец в банке немного ерзал – это был дефект всех первых партий. Наблюдая, как Коннер играет в сквош, Флинн часто вспоминала, как быстро Мейкон, Тлен и Оссиан поставили его на ноги. Теперь Коннер носил композитные протезы не снимая, но в не их будущем у него по-прежнему была своя версия Павла. Флинн тоже и мысли не допускала о том, чтобы сменить перифераль.

– Еще бы! – воскликнул Леон, когда она как-то сказала об этом за обедом. – Все равно что сменить тело!

А потом довел Флору до истерического хохота, заявив, что если Флинн родит девочку, то назовет ее Фауной.

Пора было идти завтракать вместе со всеми – мамой, Литонией, Флорой и Леоном, который жил теперь в бывшей комнате Флинн. Литония, как оказалось, чудесно готовила, и сейчас Мейкон отчищал пескоструйкой внутренность бывшего Фермерского банка: Литония с двоюродным братом собрались открыть там ресторанчик. Ничего пафосного, просто что-то еще, кроме «Суши-лавки» и «Джиммис». «Джиммис» так и не превратился в сетку, а если бы превратился, сказал Леон, это бы значило, что джекпот все-таки наступает, несмотря на все их усилия.

Мама теперь обходилась без кислородной трубки, поскольку лекарства ей делала «Сольветра», индивидуальные. А пока, на случай если кому-нибудь еще что-нибудь понадобится, они купили «Фарма-Джон» и по совету Флинн урезали норму прибыли вдвое, так что сетка мгновенно стала самой популярной в стране, если не в мире.

Флинн взяла банку с пальцами и, не запирая двери, пошла по тропинке, которую они протоптали между домами и которая уже выглядела так, будто была здесь всегда.

Сегодня, гуляя по набережной, она сказала Эйнсли, что временами боится, не строят ли они просто свой вариант клептархии. Очень правильная мысль, ответила Эйнсли, вам всем надо постоянно держать ее в голове. Люди, не способные вообразить, что поведут себя дурно, обычно с треском проигрывают тем, кому и воображать ничего не надо, поскольку они и так ведут себя дурно. Она сказала, большая ошибка думать, будто эти люди другие, особенные, зараженные чем-то нечеловеческим, недочеловеческим, фундаментально иным. Это напомнило Флинн слова мамы о Корбелле Пиккете. Что большое зло не блистательно, оно просто возникает из заурядного мелкого зла, если тому дать возможность вырасти. Выросшее, оно приводит к более страшным последствиям, но остается лишь суммой обыденной человеческой подлости. И это верно, сказала Эйнсли, в отношении самых жутких чудовищ, с которыми ей постоянно приходится иметь дело. Флинн, быть может, представляет ее терпеливой смотрительницей зоопарка среди особенно крупных и опасных зверей, но они – всего лишь люди.

– Человек слаб, милая, – сказала Эйнсли, глядя на Темзу синими старческими глазами, – и в тот миг, когда мы это забываем, мы гибнем.

124. Патни

Жить с Рейни – все равно что поставить себе когнитивный имплант, только гораздо приятнее, думал Недертон, спуская ноги на пол и глядя на нее. Например, он

раньше не знал, что у нее столько веснушек, что они по всему телу и вообще что он любит веснушки. Сейчас он прикрыл некоторые, самые любимые, краем одеяла и пошел чистить зубы.

Ее эмблема появилась раньше, чем он взялся за зубную щетку.

– Кофе, – сказала Рейни. Он слышал ее из спальни так же хорошо, как по телефону.

– Сейчас почищу зубы и включу кофеварку.

– Нет, – ответил она. – Там внизу есть настоящий итальянец, в поддельной газетной лавочке. Я хочу его эспрессо. – Слово «эспрессо» прозвучало совершенно порнографически. – С его пенкой.

– Позвони ему.

– Ты погубил мою карьеру. Из-за тебя я ушла с завидной государственной должности, а потом должна была спасаться от убийц, нанятых новозеландской тайной полицией. А теперь ты не можешь принести мне чашечку человеческого кофе? И круассан из магазинчика на другой стороне улицы.

– Ладно, – сказал Недертон. – Дай только зубы почищу. Я действительно спас тебя от даркнетовских киви, которые едва ли были правительственными агентами, и притащил сюда, под защиту британской тайной полиции. Если можно так выразиться.

– С пенкой, – сонно повторила она.

Чистя зубы, Недертон вспоминал, как Лоубир пришлось вытаскивать ее из Канады в Англию и как они оказались в койке – не впервые, но в первый раз (для него, по крайней мере) на трезвую голову. И как на следующее утро – самое неловкое из множества его неловких утр с женщинами – он сознался в своих чувствах к Флинн, или к ее периферали, или к обеим. Рейни тогда напомнила, что Флинн недавно стала его клиенткой и разве он еще не усвоил, чт'o выходит из интрижек с клиентками? Но Флинн не Даэдра, возмутился он. Зато он, сказала Рейни, фантастический инфантил, если думает, будто его эротические проекции что-то значат в реальном мире. А потом снова затащила его в постель и принялась доказывать свою точку зрения другим способом, и тогда, кажется, он начал понемногу убеждаться в ее правоте. А скоро стало ясно, что Флинн выходит за шерифа Томми, и вот Недертон одевается в их общей с Рейни квартире, собираясь выйти на солнечную улицу в Сохо и радуясь, что планы превратить район в косплейную зону наподобие Чипсайда так и не реализовались.

Он выходил из булочной, когда появилась эмблема Мейкона.

– Если мы отправим твоего чувачка во Франкфурт, ты сможешь провести брифинг для немецких пиарщиков завтра утром, в десять по вашему времени?

– А где он сейчас?

– На взлетной полосе в Каире. Пери Флинн – та, что для Восточного полушария, – сейчас в Париже, так что, если она будет свободна, проведете брифинг вместе.

– Звучит заманчиво. Что-нибудь еще?

– Нет. Ты придешь в воскресенье на барбекю?

– Да, в «Полли».

– Чудной ты, Уилф. Говорят, ты своей девушке такой же добыл.

– Мы придем вместе.

– Если тебе охота фетишизировать узкополосное восприятие, – сказал Мейкон, – то дело твое.

– Если бы ты проводил здесь больше времени, – ответил Уилф, – ты бы начал ценить подобные вещи. Действуют успокаивающе.

– Где уж нам, дуракам, чай пить, – благодушно ответил Мейкон, и его эмблема исчезла.

Завтра в Патни, напомнил себе Недертон, заказывая два двойных эспрессо навынос. В два часа дня. Второе повторное посещение. Если будет хорошая погода, они с Рейни поедут на велосипедах. Вряд ли брифинг займет много времени.

Всегда приятно повидать Флинн.

От автора

Идея превращения альтернативных континуумов прошлого в страны третьего мира целиком восходит к «Моцарту в зеркальных очках» (1985) Брюса Стерлинга и Льюиса Шайнера, хотя там во времени перемещались физически и колониальный грабеж заключался в добыче природных ресурсов. Пропущенное через призму игровых симуляторов, телеприсутствия и дронов, это превратилось в нечто, о чем я сбивчиво рассказал Джеймсу Глейку при первом знакомстве, когда очертания будущей книги только-только начали прорисовываться. (Позже он обратил мое внимание на цитату из Уэллса.)

Поделиться:
Популярные книги

Перестройка миров. Тетралогия

Греков Сергей
Перестройка миров
Фантастика:
боевая фантастика
рпг
5.00
рейтинг книги
Перестройка миров. Тетралогия

Пятничная я. Умереть, чтобы жить

Это Хорошо
Фантастика:
детективная фантастика
6.25
рейтинг книги
Пятничная я. Умереть, чтобы жить

Внешники

Кожевников Павел
Вселенная S-T-I-K-S
Фантастика:
боевая фантастика
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Внешники

Барон ненавидит правила

Ренгач Евгений
8. Закон сильного
Фантастика:
попаданцы
аниме
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Барон ненавидит правила

Идеальный мир для Лекаря 10

Сапфир Олег
10. Лекарь
Фантастика:
юмористическое фэнтези
аниме
5.00
рейтинг книги
Идеальный мир для Лекаря 10

Паладин из прошлого тысячелетия

Еслер Андрей
1. Соприкосновение миров
Фантастика:
боевая фантастика
попаданцы
6.25
рейтинг книги
Паладин из прошлого тысячелетия

Релокант 9

Flow Ascold
9. Релокант в другой мир
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
рпг
5.00
рейтинг книги
Релокант 9

Аристократ из прошлого тысячелетия

Еслер Андрей
3. Соприкосновение миров
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Аристократ из прошлого тысячелетия

Три `Д` для миллиардера. Свадебный салон

Тоцка Тала
Любовные романы:
современные любовные романы
короткие любовные романы
7.14
рейтинг книги
Три `Д` для миллиардера. Свадебный салон

Инквизитор Тьмы 2

Шмаков Алексей Семенович
2. Инквизитор Тьмы
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
аниме
5.00
рейтинг книги
Инквизитор Тьмы 2

Я тебя не предавал

Бигси Анна
2. Ворон
Любовные романы:
современные любовные романы
5.00
рейтинг книги
Я тебя не предавал

Земная жена на экспорт

Шах Ольга
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
5.57
рейтинг книги
Земная жена на экспорт

Лорд Системы 7

Токсик Саша
7. Лорд Системы
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
рпг
5.00
рейтинг книги
Лорд Системы 7

Идеальный мир для Лекаря 2

Сапфир Олег
2. Лекарь
Фантастика:
юмористическая фантастика
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Идеальный мир для Лекаря 2