Подводные лодки типа “Барс” (1913-1942)
Шрифт:
В перерывах между походами
План кампании 1917 г., разработанный штабом Балтийского флота и утвержденный морским министерством Временного правительства, включал
Новое положение в штабе командующего флотом Балтийского моря от 1 января 1917 г. значительно расширило права начальника штаба. При этом бывшая оперативная часть штаба была разделена на оперативное, разведывательное, общее и организационное отделения. Вновь были созданы артиллерийская, минная, механическая, интендантская и санитарная части, которые возглавили соответственно главный артиллерист, главный минер, главный инженер-механик флота, флагманский интендант и санитарный инспектор. Должность флагманского штурмана, флагманского корабельного инженера, флагманского историографа и заведующего военно-судной властью (обер-аудитор) были сохранены.
В соответствии с “Боевым расписанием Балтийского флота на 1917 г.” дивизия подводных лодок, в том числе флотилия английских подводных лодок (4 типа “Е” и 4 типа “С”), базировалась в Ревеле.
Зима 1916/17 гг. на Балтике выдалась очень суровой. Льдом были скованы не только Финский, Рижский и Ботнический заливы, но и прибрежные районы южной и восточной частей Балтийского моря, поэтому навигация в этот год открылась позднее обычного. В начале июня 1917 г. командующим Балтийским флотом был назначен контр-адмирал Вердеревский. Оперативная обстановка на Балтийском ТВД значительно осложнилась после предательской сдачи 3 сентября немцам Риги – удобного плацдарма для наступления на Петроград. Временное правительство, не сумевшее справиться с революционной ситуацией, готово было пожертвовать Петроградом, чтобы задушить надвигающуюся революцию немецкими штыками.
Богослужение по морякам, погибшим на “Барсе” . Ревель 28 мая 1917 г.
Как только Балтийское море очистилось ото льда, подводные лодки, базировавшиеся в Ревеле (типа “Барс” и типа “Е”), в Гангэ (типа “АГ”) и Мариенхамне (типа “Дракон”), возобновили боевые действия в южной части (коммуникации между Германией и Швецией) и в средней части Балтики, а затем и в Ботническом заливе.
Наиболее результативным было крейсерство подводной лодки “Вепрь” в Ботническом заливе. Она вышла 8 августа в атаку и торпедой уничтожила германский пароход “Фридрих Карл” (873 т).
Из-за резкого падения дисциплины экипажей кораблей и подводных лодок и фактического двоевластия на флоте (командующий флотом и Центробалт) количество боевых походов лодок в 1917 г. значительно сократилось, а коэффициент оперативного напряжения еще более снизился. Подготовка подводных лодок к выходу в море осуществлялась с нарушением установленных норм и правил, в связи с чем участились случаи аварий и выхода из строя отдельных агрегатов и устройств. Слабая судоремонтная база и забастовки рабочих не давали возможности вовремя вводить в строй подводные лодки, требовавшие ремонта.
Несмотря на сдачу Риги, командование флотом продолжало укреплять Ирбенскую позицию в ожидании прорыва германского
Были разработаны специальные инструкции кораблям и береговым батареям, подводным лодкам были назначены позиции, на которых они должны действовать при прорыве кораблей противника и отходе русских кораблей к Моонзунду.
Наблюдения и разведка в устье Западной Двины велись также с помощью подводных лодок.
Между тем германское командование усиленно готовилось к проведению операции по захвату Моонзундских островов под кодовым наименованием “Альбион”. В директиве командующего Восточным фронтом генерал- фельдмаршала Гинденбурга от 14 сентября 1917 г. говорилось: “Для господства в Рижском заливе и обеспечения фланга Восточного фронта надлежит совместными усилиями сухопутных и морских сил овладеть островами Эзель и Моон и запереть для неприятельских морских сил Большой Зунд”.
Действия против о. Даго ставились в зависимость от успеха операции по овладению островами Эзель и Даго.
Для захвата островов германское командование сформировало “Отряд для особых операций”, многократно превышавший силы обороны Рижского залива, в которые, в частности, входило лишь три подводных лодки. Захват Моонзундских островов начался на рассвете 29 сентября высадкой десанта на о. Эзель и закончился 6 октября, когда морские силы Рижского залива вышли из Моонзунда в базы Финского залива, а германские войска окончательно овладели о. Даго. Таким образом, вторая часть операции “Альбион” – запереть и уничтожить морские силы Рижского залива не была выполнена.
В боях за Моонзундские острова германский флот потерял 26 кораблей, и 25 кораблей получили повреждения. Ни один их них не был уничтожен подводными лодками, хотя целей для атак было более чем достаточно.
За кампанию 1917 г. при боевых действиях на коммуникациях противника подводные силы Балтийского флота потеряли три подводные лодки типа “Барс”: “Барс” (май 1917 г.), “Львица” (июнь 1917 г.) и “Гепард” (октябрь 1917 г.), кроме того, за период 1914-1917 г. погибли подводные лодки “Акула”, “Сом” и “АГ-14”.
В боевом походе. 1916-1917 гг.
25 февраля 1918 г. германские войска вошли в Ревель. Эвакуация военно-морской базы и кораблей, в том числе дивизии подводных лодок, началась еще до занятия немцами города. При переходе в Гельсингфорс подводные лодки пробились сквозь льды и торосы вслед за ледоколами. Одну из подводных лодок типа “Барс” – “Единорог” довести до Гельсингфорса не удалось. Она затонула на половине пути, в середине Финского залива. В конце февраля 1918 г. почти весь Балтийский флот сосредоточился в Гельсингфорсе.
3 марта 1918 г. был подписан Брестский мирный договор между Германией и Советской Россией, в соответствии с которым Балтийский флот должен был покинуть порты Эстонии и Финляндии или быть интернированным на территориях этих государств. Финский залив от Гельсингфорса до Кронштадта был покрыт мощным льдом. Балтийскому флоту предстоял трудный переход в единственную сохранившуюся базу – Кронштадт, который получил в истории название Ледового похода. Наиболее опасным представлялся переход подводных лодок, так как в случае повреждения льдом балластных цистерн им угрожало быстрое затопление.