Порочный
Шрифт:
– Так, хватит препираться! Мы действительно уже опаздываем! Праздник начинается! – пожурил детей Вильям, поправляя очки в стильной синей оправе.
С тех пор как он почти отошел от дел отеля и активно занялся адвокатской практикой, совсем испортил себе зрение.
– Ребята, вперед!
Сегодня рядом со спортивным центром Демиана и Мии творилось настоящее столпотворение. Их совместному детищу исполнилось пять лет. В честь этого события хозяева устроили грандиозный праздник.
Главная
– Поздравляем вас! Даже не верится, что центру «Здоровый спорт» уже пять лет!
– Спасибо, дорогая, самим не верится! – тепло поздоровалась со мной длинноногая блондинка, которая несколько месяцев назад попала в десятку самых востребованных моделей мира.
С открытым ртом глядела на подругу, пытаясь подобрать правильные эпитеты, чтобы описать словами, насколько она хороша. Светлые волосы девушки стали еще длиннее, а фигура гибче и рельефнее. Всё потому, что востребованная модель не вылезала из тренажерного зала спортивного центра. Вышли вдвоем в коридор, чтобы спрятаться от всеобщего хаоса, и только тогда я решилась спросить:
– Ну, как у вас обстоят дела?
Подруга поморщилась.
– Вроде страсти поутихли, но я до сих пор на него злюсь! Когда-нибудь придушу! Серьезно! – Мия угрожающе провела ребром ладони вдоль своей лебединой шеи, и уголки моих губ невольно повело от слабой улыбки.
В их отношениях с Демом всё как на вулкане. За эти годы друзья уже успели несколько раз разбежаться, но сходились вновь. Мы с Вильямом в шутку сравнивали их с необузданной парой из фильма «Привычка жениться», которую блистательно сыграли Алик Болдуин и Ким Бейсингер. Эти двое бесконечно ссорились, а потом очень громко мерились…
– Мия, ну у вас же ребенок! – покачала головой, озабоченно потирая кончиком пальца переносицу.
– Я в курсе, представь себе! Иначе давно бы послала его на все четыре стороны… – неожиданно красавица улыбнулась. – Жаль, люблю этого несносного придурка. Поэтому каждый раз прощаю…
Обменялись понимающими улыбками, когда кто-то задел меня за плечо.
– Девчонки, привет! – повернула голову на тоненький голос Селесты.
Она держала на руках малышку Оливию. Мама и дочь беззаботно улыбались.
– Оливка, ну всё, беги играть к ребятам. А мы с твоей мамой посекретничаем…
– Ха-ла-со! – нежно улыбнулась девчушка – копия Селесты, только с более смуглой кожей. Она расправила пышную сиреневую юбку и, сверкая пятками, убежала в зал.
После официальной части и небольшого
– Мне нравятся ваши сыновья, но у них ничего не выйдет… – он задумчиво пожал худыми плечиками, на что я с любопытством поинтересовалась:
– Почему?
– Потому что Оливия жуткая сладкоежка, а у меня есть печенье. За эту пачку «Oreo» она будет играть со мной до конца вечера, – мальчик победоносно улыбнулся, а у меня по спине пробежал холодок.
Для шестилетнего ребенка такое заявление казалось чересчур мудрым. Хотела что-то возразить, но подошел Демиан и, игриво взъерошив темно-каштановые волосы сына, взволнованно сказал:
– Леон, моя дочь… крестная дочь приехала… Ты же хотел с ней познакомиться?! Пойдем скорее!
– Я не знала, что у тебя есть крестная дочь… – наши взгляды пересеклись.
Демиан нервно вскинул подбородок, после чего сухо бросил:
– Несколько лет назад я стал крестным одной славной девчушки. Их семья впервые прилетела в Нью-Йорк. Они остановились в нашем отеле… – мне показалось или друг мужа чего-то недоговаривает.
В любом случае, у каждого из нас имелся свой собственный мрачный скелет в шкафу. Не хотелось лезть в дебри.
– Да, папа, я давно хотел с ней познакомиться! – широко улыбнулся темноволосый парнишка, но в его глазах затаилось нечто загадочное.
Леон поднялся со скамейки и, подмигнув мне, отправился следом за отцом…
Поздним вечером того же дня настроение резко испортилось. Я уже несколько минут сосредоточенно сжимала в руках телефон, прожигая взглядом светло-кремовую стену.
– Мона… – даже не заметила, как в комнату вошёл Вильям и, остановившись за моей спиной, озабоченно спросил: – Что стряслось?!
– Бабушка звонила. У мамы нервный срыв. Она попала в клинику…
Несколько месяцев назад наши родители развелись. Анри Легран являлся президентом страны всего один срок. Граждане больше не поддержали кандидатуру отца Вильяма, и показное счастье вмиг растаяло. Мама до сих пор не могла пережить развод, а вот Анри довольно быстро утешился, помолвившись со своей секретаршей.
– Мне нужно в Париж. Я должна навестить её… – произнесла лишенным эмоций голосом.
– Неужели не помнишь, как твоя мать поступила с нами?! – Вильям обошел меня, и, взяв лицо в теплые ладони, внимательно заглянул в глаза.