Преданья старины глубокой
Шрифт:
– Ну, где ты тут?.. Ы-ы-ё!!! – отшатнулся Иван.
Ладонь невольно разжалась, Сивка высвободился, истошно заржал, встал на дыбы и бросился наутек. Иван метнулся было вдогонку, да поздно, поздно – перепуганный конь мчался что есть духу. Княжич и сам в первый момент едва не наложил в портки.
Потому что прямо за кустами сидел огромный волк.
– А кто звал?.. – озадаченно огляделся по сторонам Иван, немного отойдя от первоначального испуга. – Звал же кто-то…
– Я звал, – хмуро ответил зверь.
– Е-ма!!! – выпучились
Волк угрюмо смотрел на него, не произнося ни слова.
– Ну-у-у-у… – восхищенно цокнул языком Иван, сообразив, что прямо сейчас на него нападать не станут. – Прямо как в сказке!..
– У кого-то как в сказке, а у кого-то лапа в капкане, – сумрачно буркнул волк. – Может, все-таки поможешь?
Княжич только теперь обратил внимание, что зверь сидит в очень неудобной позе, а левая передняя лапа у него покрыта запекшейся кровью. Иван почувствовал, как по горлу проскальзывает тугой комок – он ужасно не любил смотреть на открытые раны. Воротило.
Капкан-самолов оказался очень необычным. Иван не слишком-то разбирался в охотничьих премудростях, но распознать серебро вполне мог. Кому же это пришла на ум такая причуда – сковать из серебра целый капкан?! С таким богатеем и знакомство бы завязать не худо – у него, видать, монет куры не клюют…
Однако кроме этого капкан еще и был обвязан ремешком, увитым двумя необычными растениями – голубая травка с четырьмя цветками и нечто вроде гороховой лозы с крестообразными листьями и багровым цветочком. Оба эти растения явно причиняли волчаре нешуточную боль.
А уж выглядел волчара настоящим чудищем, что и говорить! Матерый, гривастый, в холке выше обычного волка на добрый локоть, шерсть гладкая-прегладкая, словно гребнем расчесана, серая-пресерая – ни единого волоска иного цвета. Клычищи огромадные, лапы мощные, когти длинные, уши торчком, а глаза…
Человеческие глаза-то, не звериные.
– Оборотень! – ахнул Иван, догадавшись, на кого нарвался. – Волколак!
– Ну, в целом правильно, – уклончиво ответил волк. – Хотя тут есть свои нюансы…
– Чур меня, чур, чур, чур! – испуганно замахал руками княжич, не поняв последнего слова и решив, что это злое заклинание.
– А-а-а, да ты, оказывается, трус… – разочарованно фыркнул оборотень. – А я-то думал – храбрец…
– Лжу наводишь, нечисть! – обиделся Иван. – Я княжеский сын, мне бояться невместно!
– Да? Ну так подойди поближе, если не трусишь…
– А что думаешь?! И подойду!
Иван и в самом деле сделал несколько шагов вперед, остановившись ровно на таком расстоянии, чтобы волколак не сумел дотянуться зубами или лапой. Капкан держал его мертвой хваткой.
– А если еще ближе? – предложил оборотень. – Не забоишься?
– А-а-а, хитрый какой! – расплылся в улыбке княжич, обрадованный, что вовремя разгадал каверзу. – Я еще ближе – а ты меня на клык?!
На волчьей морде явственно отразилось недовольство и досада. Даже сквозь шерсть
– Тебя зовут-то хоть как, парнище? – наконец вздохнул волк.
– Люди Иваном называют… – уклончиво ответил княжич.
– Еврей, что ли? – не понял оборотень.
– Почему вдруг? – удивился Иван. – Русский я человек!
– А что тогда имя еврейское?.. а, ну да. Вы ж теперь все крещеные… – снисходительно усмехнулся волк.
– А ты некрещеный, что ли?.. – начал было княжич, но запнулся на полуслове. И то сказать – решил, будто оборотень крещен может оказаться!
Волк задумчиво поднял морду к небесам. Иван посмотрел туда же, но ничего интересного не увидел.
– Чего там? – с любопытством спросил он.
– Да так, ерунда всякая. Солнце. Птички. Деревьев макушки. А я вот тут – в капкане сижу…
– Чего?
– Освободи, а? – недовольно поморщился оборотень. – Ну что тебе стоит, Иван? Вот, гляди – тут всего-то и нужно, что ремешок развязать, да дуги разомкнуть. Даже дурак справится!
Иван угрюмо засопел, пытаясь сообразить, как оборотень разузнал его прозвище. В голову ничего путного не приходило – только чепуха всякая.
– Ага, я тебя, значит, выпущу, а ты меня тут же и сцапаешь, да? – наконец разродился он. – Нетушки! Я, может, и дурак, но не настолько!
– Я не ем человечину, – мрачно ответил волколак. – А ел бы – давно бы вживе не остался.
– Это как? – заинтересовался Иван. Всякие занятные истории он очень любил.
– А вот выпусти – тогда расскажу.
– Хи-и-итрый… Нечисти верить нельзя.
– Мне – можно.
– А чем докажешь?
– Да чем хочешь. Освободи меня, Иван, а я тебе еще пригожусь!
– Побожись, что не цапнешь!
– Вот те крест! – неловко перекрестился свободной лапой волк.
Иван сразу успокоился и, к великому удивлению оборотня, действительно подошел вплотную. Молодой богатырь совершенно невозмутимо наклонился, размотал ремень, уперся ногой в одну из дуг капкана и что есть мочи потянул на себя другую. Серебряные челюсти разочарованно клацнули, но все же отпустили мохнатую лапу.
Княжич попытался было прихватить драгоценную принаду [6] с собой, но разочарованно обнаружил, что сделать это никак невозможно – большая часть капкана вкопана в землю, и весит ого-го сколько! Тут, пожалуй, разве что Святогор управится. Стало понятным, почему оборотень не сумел сбежать вместе с капканом…
– Ой, да ты же некрещеный! – спохватился Иван, резко отпрыгивая назад и усиленно крестясь. – Чур меня, чур, нечистая сила! Никола Заступник, спаси, сохрани! Егорий Храбрый, оборони, защити!
6
Принада – западня, ловушка.