Профессиональная интуиция
Шрифт:
На некотором расстоянии от поворота на шоссе я притормозила и вышла из машины. Жаль, новые номерные знаки стали штамповать таким образом, что подделать их в полевых условиях крайне затруднительно. Был бы номер старого образца, я бы с удовольствием воспользовалась одним простеньким, давно проверенным и любимым мною способом. Сейчас же ограничилась тем, что несколько раз провела по номеру подошвой ботинка. Номер замазался ровно настолько, чтобы никто к этому не придрался, учитывая слякотную погоду, но и прочесть уверенно цифры тоже не мог. Ту же операцию я проделала со вторым номерным знаком.
Конечно, машины
В общем, обзаведясь столь неординарным и, признаюсь, неправомерным способом средством передвижения и выиграв таким образом не менее двадцати дополнительных минут, я позволила себе посидеть некоторое время и спокойно обдумать ситуацию.
Сведений накопилось достаточно, чтобы немедленно связаться с Громом.
Так я и поступила после того, как соединила воедино, сопоставила и подвергла анализу свои личные впечатления, официальные сведения и все те мелкие детали, которые по отдельности мало о чем могли сказать, но в сочетании с остальной информацией прекрасно вписывались в общую картину.
Не забыла я ни слова Горшенина, что привлекать для работы в центре надо только бывших военных, а не «мягкотелых» гражданских, ни двадцать плетей, которые получил за мелкую провинность неизвестный мне Букреев, ни сбежавшего из лагеря Петюню, ни, наконец, доктора, подбивающего воспитанников покинуть лагерь при первой возможности и немедленно двигать в ментовку. Припомнила также и господина Козлова, владеющего половиной города, и интерес Горшенина к вопросам национализма, и аналитическую справку, в которой помимо прочего говорилось, что центр существует преимущественно на добровольные пожертвования от населения города, в первую очередь бизнесменов, представителей власти и правоохранительных органов.
В результате вся имеющаяся информация вылилась в доклад следующего содержания.
Общественной организацией, именующейся центром военно-прикладной подготовки «Витязь», фактически руководит Горшенин. Но за ним (а скорее всего — над ним) стоит один из влиятельнейших людей города, через которого наверняка осуществляется поддержка центра со стороны правительства города и области, силовых структур и так далее. Учитывая, что наверх информация о центре поступает в «причесанном» виде, схвачено у Горшенина и его единомышленников все основательно.
В деятельность центра Горшенин вовлекает лиц из числа бывших военнослужащих. Заявленная в официальных документах военно-прикладная подготовка подростков
Основной контингент воспитанников центра предположительно составляют трудные подростки и дети из нуждающихся семей.
В центре, также предположительно, имеются большие запасы вооружения.
Возможно, некоторые преступления, совершенные с применением оружия в городе и его окрестностях в течение последних нескольких месяцев, имеют непосредственную связь с деятельностью центра.
Никаких неформальных объединений бывших военнослужащих или сотрудников правоохранительных органов в городе зарегистрировано не было. Несмотря на это, исходя из вышеизложенного, можно предположить наличие некоего союза, тайной организации из числа указанных лиц, куда могут входить также представители политической и экономической элиты города и области. Организация, опять же предположительно, базируется на территории и под прикрытием центра. Она хорошо оснащена материально и цели имеет далеко не мирного характера. Если существование подобной организации подтвердится, лучше всего ее немедленно ликвидировать.
— Вот, значит, как… — вздохнул Гром. — Чего-то подобного я, должен признаться, и опасался. Доказательства своими силами раздобыть сможешь?
Я задумалась на минуту. Если привлекать к операции кого-то еще, то неминуемо будет потрачено значительное количество времени, придется координировать действия. А у меня уже фактически готов план дальнейших мероприятий, обстановку я изучила в достаточной степени. Да и не люблю я работать с кем-то. Так что я ответила довольно уверенно:
— Думаю, что да.
— Сколько времени тебе потребуется?
Дня два, хотела было сказать я. Но сделанные мною же выводы оказались настолько ошеломляющими, что я решила ускорить подготовку к следующей вылазке в «лагерь».
— Попробую управиться до утра.
— Добро, — с явным облегчением отозвался Гром. — Но не рискуй понапрасну, будь осторожна.
— Буду, — пообещала я.
— И постарайся не засветиться.
Последнюю фразу Гром комментировать не стал, но это было и не обязательно. Для подробных разговоров сейчас не время. Но если Гром о чем-то упомянул, значит, тому были свои причины. Либо я в скором времени снова окажусь в Волгограде, либо Гром имеет на центр, Горшенина и иже с ними свои виды. В любом случае фраза означает, что сейчас одной из моих задач становится еще и эта — постараться не засветиться.
Спрятав мобильник во внутренний карман, я наконец критически осмотрела свою одежду. Для этого пришлось включить свет. Но за все время, что я провела на обочине, на дороге не появилось ни одной машины или пешехода. Свет в салоне наверняка заметен, но кто будет обращать внимание на такую ерунду. У тех, кто может проехать сейчас в нескольких метрах от меня, достаточно своих проблем, что для них какое-то пятно света, да еще в такую погоду…
Одежда оказалась не в столь плачевном состоянии, как можно было ожидать. Больше всего от грязи пострадали ботинки и куртка, особенно на спине. Куртку я, очевидно, испачкала о стену, когда выполняла там свои акробатические номера. Джинсы, хотя и промокли насквозь, каким-то образом остались относительно чистыми.