Проклятая судьба
Шрифт:
И тишина.
И тьма.
Он банально отключился. Как и тогда…
Сколько он провалялся на этих камнях? Не ясно. Однако, когда очнулся — он дико хотел жрать и его вновь колотил холодный пот. Но рядом никого не было. И чутье подсказало — к нему просто боялись подходить. Вон — какой-то гоблин наблюдал за ним с той стороны пропасти. Однако в глазах его читал неподдельный страх и приближаться он явно не спешил.
Всеволод поднялся.
Подхватил свой меч, забросив его на плечо.
И продолжил свой путь вперед. Решая разом две
Вот хоть убей — он не помнил, где их подхватил.
Или у него попросту заблокирована память? Хотя… Там, в тюрьме, возле башни. Это было единственное место, где он был уязвим. Конечно, еще мог быть склеп, где Всеволод также себе позволил сон. Но там, если верить призракам, никто живой не мог существовать. Кто-то конечно мог лгать. Но не все же? Да и проболтались бы, заметив, как эти паразиты заползают ему внос или куда-то еще. А там, у башни, призраки явно заинтересовались печатью и могли тупо все прозевать.
— Да… точно… — буркнул сам себе под нос Всеволод. — Только как эта мерзость попала туда? Или я его подхватил не там?
Раз за разом прокручивая ситуацию, Всеволод все больше убеждался, что, с высокой вероятностью это «подарок» был ему подложен намного раньше. Но кем? И зачем? Эти паразиты явно являлись личинками иллитида. Однако ментальное влияние на него иллитидов сведено к нулю. А тут — вон — пожалуйста, хотя и крайне ослабленное. И главное — почему они сбежали?.. Неужели на них так подействовала «кровь дракона»? Ведь тот рыжий Бог-дракон говорил, что во всех синдарах течет кровь дракона и это не шутка. И что в нем и его роде она сильнее всего. Поэтому, вкупе с внешними признаками, закачивая ману в собственную кровь, словно бы принося эту энергию в жертву ей, он как-то усиливает то древнее наследие. Временно или нет — не ясно. Но после каждого использование его вырубало. И это пугало… настораживало… и заставляло задуматься.
В связи с этим Всеволод полностью отметал личинок, как «наследство» от отца и сына драконов. У них явно имелись сложности во взаимоотношениях с иллитидами. Вон как личинка драпанула от пробудившейся крови.
Тогда кто?
Шар? Могла. Но почему иллитиды? Те держались от нее подальше. Или нет? Не ясно. Шар умела удивлять.
Ллос? Тоже могла. Но дракон полностью его пересобрал там, на балконе, уничтожив любое влияние темноэльфийского божества. И, кстати, «наследство» Шар он тоже уничтожил.
Кто еще?
Не понятно. Во всяком случае он не понимал где и когда этих тварей ему могли подсадить. Единственным действительно опасным местом оставался склеп «сестренки» Халиши. Но у той явно с иллитидами не имелось ничего общего. Или это не они? Черт его знает. Личинки очень похожие…
С этими мыслями он и добрался к каким-то более-менее обжитым помещениям. Вонь гоблинов здесь встречалась чаще и больше. Однако они сами разбегались при виде Всеволода, а те, что были крупнее, просто отходили с дороги.
Почему?
А черт его знает. Но его это вполне устраивало.
Взгляд их был разный. Но явной агрессии он не замечал. Даже рыка или оскала. Скорее страх и уважение в некой произвольной смеси.
Наконец он наткнулся на своеобразную кухню. Оценив «чистоплотность» гоблинов Всеволод решил идти на самый сильный запах. И не прогадал. Ибо, выйдя к горе гниющих объедков он достиг и… хм… трапезной. Залы с длинными грязными столами и суетящимися промеж них мелкими уродцами.
Завидев его они все прыснули врассыпную.
Даже несколько крупных гоблинов, оставив лишь удивленно озирающегося большого такого детину. Огра или чего-то в этом духе. Во всяком случае он был на головы полторы выше Всеволода и отличался удивительно крепким телосложением….
И вот этот самый громила невольно заступил ему дорогу. Просто оказавшись на пути в дальнюю часть зала, где виднелись туши мяса и какие-то клетки. И ладно заступил — еще и насупился, с раздражением глядя на него.
— Свалил. Быстро. — холодно произнес Всеволод.
Но эта гора мяса либо не понимала языка, либо тупо не боялась его, либо и то, и другое вместе. Поэтому он положил левую руку на подсумок с «музыкальным» артефактом и воспроизвел рык Арадура — могущественного дракона, сына верховного божества родного мира для изначальной сущности Всеволода. Того, при ком не врут.
Просто рык.
Не очень громкий.
Но подпустим на долю секунд образ надвигающейся «чешуйчатой» громадины. Словно этот дракон внезапно очутился в этом зале.
Секунда.
И этот огр, уронив громадный тесак, побежал куда-то, оставляя после себя мокрый след. Примитивное сознание, не отягощенное интеллектом, слишком буквально все воспринимало.
Не только оно.
Топот сотен ног послышался отовсюду. Это убегали гоблины, которым стало интересно, чем закончится столкновение незваного гостя и этого здоровяка. Он, видимо, здесь имел весьма немалый авторитет…
В клетках, которые располагались в дальнем углу зала, за горкой неразделанных туш каких-то животных, тоже раздалось шевеление. Но очень быстро утихшее. Видно те, кто в них сидел, решили не привлекать внимание к себе.
Всеволода это вполне устраивало.
Он подошел к одной из таких туш, похожих на каких-то крупных копытных. Отхватил мечем ей заднюю ногу. И усевшись на относительно чистую лавку начал есть. Жрать, то есть.
Шлем он снял, поставив рядом.
И теперь без всякого стеснения откусывал изрядные куски сырого мяса. Быстро разжевывал их. Глотал. И снова откусывал. И это было вкусно.
Тогда, у руин, он не успел даже толком осознать то, что он делал. Сейчас же… сидел и ужасался. Но даже не пытаясь прекратить эту жутковатую трапезу. Тем более что его измененные зубы удивительно легко отрезали куски мяса. Словно это была не сырая плоть, а вареная картошка или еще что-то в этом духе.