Путь одиночки
Шрифт:
Ротмистров загнал машину на обочину, но глушить мотор не стал.
— Неужели всё так плохо?
— Мой звонок немного неуместен, — донеслось из трубки, — но надо сообщить последнюю информацию. Я в Твери, наш друг жив и здоров, но он уже в Москве, и мы не побеседовали. Еще я выяснил, что помогает ему известный проводник по прозвищу Момент, сейчас я буду искать выход на его девушку, она держит кабак в Секторе. Надеюсь, не откажется меня сопроводить домой к любимому. Буду действовать силами своих людей, но и тебе сидеть сложа руки не советую…
— Не забывай про отца, Астрахана-старшего, —
Закончив разговор, он набрал номер своего человека в ФСБ:
— Колечка, здравствуй, это Ротмистров. Сделай одолжение, пробей мне, пожалуйста, человечка одного. Имени не знаю, но личность популярная — проводник по прозвищу Момент… Понимаю, что конец рабочего дня, но мне нужно срочно!.. Десять минут? Жду.
Ротмистров взглянул на часы: начало пятого. Сейчас позвонит Колечка и все расскажет. Он положил на колени тетрадь, открыл наугад и принялся рисовать круги-квадраты-треугольники. Вскоре фээсбэшник отзвонился, продиктовал официальный адрес Момента, фамилию, имя, отчество и добавил:
— Его каждая собака в Секторе знает, но никто не в курсе, где искать. По месту прописки он не живет, подозревается в хранении и распространении марихуаны, имеет несколько квартир, постоянно их меняет. Когда узнаешь, где он, маякни. У нас на него свои планы.
— Спасибо. Обращайся, если что.
— Сочтемся! — Связь оборвалась.
Дело сдвинулось с мертвой точки. Если найти Момента — конец Астрахану. Ну, значит, завертелось!
Почти уверенный, что теперь все быстро закончится, Ротмистров набрал Брикета — человека, который «держал» Центральный рынок. Экран пошел помехами, и появилась квадратная грубая рожа. Глазки — крошечные, нос — рубильник. Брикет есть Брикет. Ротмистров любил разговаривать с ним по видеосвязи и осознавать, что лютый одноклассник, наводивший страх на интеллигентного мальчика Генриха, теперь лижет ему ботинки и виляет хвостом. Судьба — капризная дама, пусть и дальше будет благосклонна!
— Срочно приезжай куда обычно. Жду, — бросил он резко, внимательно наблюдая за реакцией, и отключился.
«Куда обычно» — это в кафе на заправке. На этот раз Ротмистров остался в машине и дождался, когда подкатит гладкий черный «мерседес» Брикета. «Мерседес» сопровождали две «Лады», дабы подчеркнуть дороговизну машины босса.
Вылез Брикет — важный, краснорожий — и в сопровождении таких же квадратных быков двинулся к «майбаху». Чем ближе он подходил, тем меньше на его лице оставалось уверенности. Отогнав шестерок, Брикет с осторожностью девочки сел рядом с Ротмистровым.
— Тебе что-нибудь говорит прозвище Момент? — сразу перешел к делу генерал-майор.
Брикет закивал:
— Да, укурок один, «сувенирами» из Сектора торгует, редкие у него бывают. Ну, и железы.
— Он мне нужен.
Брикет качнул квадратной головой — впечатление было, что робот задвигался.
— Что смогу, узнаю.
— И еще. У Дона гостит Влада, дочь Фиделя. У тебя ж есть люди в стане врага? По глазам вижу — есть. Она мне тоже нужна. Не то чтобы позарез, но нужна. Подумай, можно ли ее заполучить. Действовать самостоятельно, моим именем не прикрываться. Всё понял? И побыстрее, время — деньги. —
Брикета как ветром сдуло. Тихо хлопнула дверца «майбаха».
Дочь Фиделя Брикет вряд ли достанет — уровень не тот, а вот на рынке его все знают, может, что и разнюхает.
Не то чтобы Данила не доверял Геше, просто решил лично проконтролировать встречу боевого товарища с отцом. Во-первых, о том, что Момент — подельник дезертира и террориста, МАС уже могло пронюхать, тогда приятеля придется отбивать. И во-вторых, самому хотелось проверить, есть ли слежка за Астраханом-старшим.
Как назло, все дома поблизости были не просто заселены, а снабжены домофонами и кодовыми замками — элитный район все-таки. Данила просочился в единственный незапертый подъезд «Титаника», с чердака которого хорошо просматривался двор папашиного дома. На лифте поднялся на последний этаж и с помощью старой доброй отмычки победил замок на решетчатой двери. Оставалось надеяться, что никто не обратил внимания на «лыжника» в октябре — кофр от винтовки разве что за лыжный можно принять, уж точно не за сумку для удочек.
Голуби вспорхнули и вылетели в разбитое окно, огромное, от пола до потолка. Отлично. Растянувшись поверх окурков, пыли и помета, Данила вынул из кофра СВД УМК-2 и глянул в прицел: во дворе молодая мамаша со скучающей физиономией нависла над чадом, штурмующим скамейку. Три бабки на лавочке грелись под неласковым осенним солнцем. А вот этот мужик со спаниелем очень подозрительный. Косит под гопника: кепка, штаны дешевые, перстень… И осматривается слишком уж часто. Трое солидных мужчин у открытого капота «форда». Тоже подозрительные. Таджик скребет метлой асфальт. Подростки катаются на скейтах…
Момент прохаживается у сверкающего небоскреба с темно-зелеными стеклами. В этом небоскребе папаша пару лет назад купил квартиру, губа у него не дура. Три элитных дома стоят близко друг к другу, как боевые товарищи, которые держат оборону от наступающих со всех сторон однообразных бежево-желтых «Титаников».
Когда возле КПП со шлагбаумом появился синий внедорожник, Момент напрягся, подался навстречу машине. Внедорожник припарковался напротив подъезда, задом к Даниле. Открылась дверца со стороны водителя — вылез Астрахан-старший; распахнулась другая, и к земле потянулась ножка в туфле-лодочке. Отец подал руку молоденькой девушке в миниюбке и вознамерился вести пассию в койку, но тут на него коршуном обрушился Момент.
Как проводник будет убалтывать папашу, Данилу не волновало — он принялся осматривать двор, сожалея, что не может охватить вниманием дом, где устроил наблюдательный пункт. Мужики, столпившиеся у багажника, бухали, тип с собачкой лобызался с женщиной, таджик скреб себе асфальт.
Со свистом разошлись створки лифта пролетом ниже, и заговорили мужчины:
— …помнишь?
— Не-а, но он где-то здесь, точно.
— Ну, давай искать.
Как они его выследили?! Черт! Данила бесшумно перекатился, выхватил пистолет и взял под прицел лестницу, ведущую на чердак. Сколько их? По голосам — трое, а сколько на самом деле — поди разбери.