Размышления команданте
Шрифт:
Очевидно, что я ему это объяснил, поскольку он тут же указывает в своей записке:
«Все страны мира борются за доступ к капиталу, но деньги не будут направлены в страну, где есть значительная угроза того, что ее властями будет проводиться дискриминационная политика в отношении частных предприятий.
Тут я снова, полагаю, не сумел добиться многого…
С большим тактом я намекнул Кастро, что губернатор Пуэрто-Рико провел великолепную работу в плане привлечения частного капитала и повышения уровня жизни своего народа в целом и что Кастро мог бы послать в Пуэрто-Рико одного из своих экономических советников, чтобы тот переговорил с Муньосом
Я склонен думать, что настоящей причиной такого его поведения было несогласие с твердой позицией Муньоса по защите частного предпринимательства – Кастро не желает слушать советов, которые отвлекают его от задачи по строительству социализма на Кубе.
В Соединенных Штатах не следовало бы столько говорить об опасениях в отношении того, что могли бы сделать коммунисты на Кубе или в любой другой стране Азии, Африки или Латинской Америки.
Я также попытался поставить наше отношение к коммунизму в определенный контекст, сказав ему, что коммунизм – это нечто большее, чем просто теория, и что его агенты обладают опасной способностью захватывать власть и устанавливать диктатуры…
Следует подчеркнуть особо, что Кастро не задал никаких вопросов о квоте на закупки сахара и даже не упомянул об экономической помощи.
Моя оценка его как человека неоднозначна. Тем не менее мы можем быть совершенно уверены в том, что он обладает качествами лидера. Что бы мы о нем ни думали, он сыграет важную роль в развитии Кубы и, возможно, Латинской Америки в целом. Он или очень искренний человек, или невероятно наивный в отношении коммунизма, или находится под контролем у коммунистов.
Поскольку Кастро обладает силой лидера, единственное, что мы можем сделать – это по крайней мере попытаться сориентировать его в правильном направлении».
Так завершается эта рассекреченная докладная записка Белому дому.
Когда Никсон начинал говорить, его было трудно остановить. Он имел привычку поучать латиноамериканских правителей. Он не делал наброски того, что намеревался сказать, и не записывал того, что говорил. Он отвечал на вопросы, которые ему не задавали, выбирал темы только на основе своего предварительного мнения о собеседнике. Даже ученику начальной школы не приходилось сразу выслушивать столько уроков о демократии, антикоммунизме и остальных предметах, связанных с искусством политики. Никсон был убежденным поборником развитого капитализма и оправдывал его господство над миром принципами естественного права. Он идеализировал эту систему. Других точек зрения он не воспринимал, и не было ни малейшей возможности поддерживать разговор с ним.
Убийства начались при Эйзенхауэре и Никсоне. Однажды Киссинджер воскликнул, что «пролилась бы кровь, если бы стало известно, например, что генеральный прокурор Роберт Кеннеди лично руководил покушением на Фиделя Кастро». Кровь проливалась и раньше. Администрации последующих президентов США за несколькими исключениями продолжали ту же политику.
В меморандуме, составленном начальником Отдела западного полушария ЦРУ Дж. С. Кингом от 11 декабря 1959 года, говорится дословно следующее: «Тщательно проанализировать возможность уничтожить Фиделя Кастро… Многие хорошо информированные лица считают, что устранение Фиделя резко ускорило бы падение правительства…»
Руководством ЦРУ и сенатским комитетом Черча в 1975 году было признано, что планы моего убийства впервые появились в 1960 году – намерение покончить с Кубинской революцией было отражено в президентской программе в марте того же года. Меморандум, составленный Дж. Кингом, был направлен генеральному директору ЦРУ Аллену Даллесу с припиской, в которой авторы просили оказать поддержку этим действиям. Все они были встречены с благосклонностью – особенно предложение об убийстве Кастро, как видно из следующего примечания к этому документу, подписанного Алленом Даллесом и датированного 12 декабря: «Утверждается рекомендация, содержащаяся в абзаце 3».
Директор Бюро по вопросам истории Государственного совета Кубы Педро Альварес-Табио составил план книги с подробным анализом рассекреченных документов. В этой книге, в частности, сообщается, что «до 1993 года органы кубинской государственной безопасности раскрыли и обезвредили 627 заговоров с целью покушения на жизнь главнокомандующего Фиделя Кастро. Эта цифра включает как планы, достигшие стадии конкретного исполнения, так и планы, которые были нейтрализованы на начальном этапе, а также другие попытки, о которых различными путями и по различным причинам было сообщено из самих США. Цифра не включает множество сообщений, которые нельзя было проверить, поскольку имеются только свидетельские показания некоторых участников, а также планы, возникшие после 1993 года».
Ранее из доклада полковника Джека Хоукинса, командовавшего военизированными подразделениями ЦРУ во время подготовки к вторжению на Кубу в бухте Кочинос, стало известно, что «штаб военизированных подразделений на всякий случай изучил возможность организации штурма еще большего масштаба…»
Предполагалось, что эти силы высадятся на Кубе после начала активных партизанских действий внутри страны. Следует сказать, что в этот период партизанские силы с успехом действовали в Эскамбрае. Было задумано так, что высадка штурмовых сил после начала всеобщего восстания ускорит его ход и вызовет массовое дезертирство из рядов вооруженных сторонников Кастро, что в конечном итоге приведет к его свержению.
Концепция использования морских и воздушно-десантных штурмовых сил была проанализирована на заседаниях Специальной группы в ноябре-декабре 1960 года. Хотя группа не приняла определенного решения в отношении использования этих сил, она не возражала против того, чтобы их использование оставалось в повестке дня. Президент Эйзенхауэр был проинформирован об этой идее представителями ЦРУ в конце ноября того же года. Президент выразил желание, чтобы все действия, которые проводились соответствующими отделами, энергично продолжались.
Что сообщил Хоукинс о «результатах программы антикубинских тайных операций с сентября 1960 года до апреля 1961 года»?
Не более и не менее как следующее:
a. Внедрение агентов-боевиков. В страну-объект было внедрено 70 подготовленных военизированных агентов, включая 19 радиооператоров. Семнадцать из них сумели установить сети связи с центральными офисами ЦРУ, хотя некоторые были позже схвачены или потеряли свое оборудование.
b. Операции по воздушному обеспечению. Эти операции не имели успеха. Из 27 попыток только четыре принесли желаемые результаты. Кубинские летчики быстро доказали, что не имеют нужных способностей для операций такого рода. Специальная группа запретила нанимать для выполнения этих миссий американских летчиков, однако для специальных случаев такой найм летчиков был разрешен.