Сила кольца
Шрифт:
– Господин хочет её купить, она продаётся с матерью. Я отдам не дорого, уже конец дня, а сегодня был не очень удачный день для торговли.
– Нет, я не собираюсь никого покупать, так, заехали приценится. – И я торопливо отошёл в сторону.
Да нафига мне девочка, я сам как девочка, витаю в облаках и не знаю, что меня ждёт завтра. Куда же Максуд запропастился. Пришлось вернуться в тень. Девчушка опять мне заулыбалась и под внимательным взглядом продавца подошла ко мне. Протянув ручку она вцепилась мне в палец и подняла на меня голову.
– Господин, извините меня. Я сейчас её заберу. –
– Всё, можно идти, – это мой верный Санчо Панса нарисовался.
– А я тут знакомого встретил, немного поговорили.
Я в пол-уха слушал Максуда, а сам рассматривал женщину. В отличии от дочери мать имеет смуглую кожу и роскошную чёрную гриву волос. Роскошная женщина – или я ни хрена в этом не понимаю. Высокая, моего роста. На взгляд ей лет двадцать пять. Лицо немного скуластое, мне такие всегда нравятся.
Ушлый торговец перехватив мой взгляд, подошёл сам.
– Господин, я готов её отдать за пять дирхем.
Видя, что я не реагирую, он начал сбавлять. Чёрт, что я делаю. Женщина заметив мой интерес покраснела и прижала к себе дочку. А глазки какие красивые, такие только у брюнеток бывают.
– Как тебя зовут?
Не знаю почему, но я спросил на греческом и похоже угадал.
Голос низкий, приятный. Женщину зовут Зоя, а малышку Ева. Они с какого-то греческого острова.
– Зоя, что умеешь делать?
Женщина опустила дочку на землю, – всё могу, в поле, и в доме тоже. Могу готовить или стирать.
– Господин, – это Максуд начал меня отговаривать.
– Юсуф, если хочешь рабыню, давай вернёмся завтра. С утра будет свежий товар. И зачем тебе с ребёнком. Выберешь себе девственницу.
А торговец почувствовал слабину и что-то шепнул женщине. Так отвернулась, помедлив скинула накидку, оставшись в нательной тонкой рубашке. От жары рубашка прилипла к телу обрисовав шикарные женские формы. Просто уже сейчас был готов на неё набросится, мой организм односложно отреагировал на самку. Я ещё выжидал, но когда увидел простенький деревяный православный крестик на шее, решил всё – беру.
В итоге за две серебряной монеты я стал владельцем этой парочки. Торговец чин чинарём выправил бумаги на владение. Мне завернули товар, в смысле передали корзинку с вещами, которые женщина сама и понесла. Дочка вцепилась в другую руку и озорница оглядывалась на меня, улыбаясь всеми зубками. Чувствует ведь кому надо улыбаться. Назад ехали в следующем порядке. Девочку я взял к себе, а женщину посадил позади Максуд, у него жеребец крупный, спокойно вывезет двоих. Дома я дал указание устроить женщину с ребёнком, а сам отправился на тренировку.
Мы решили тренироваться дважды в день. Сейчас как раз время.
Помахав железом, мне кажется, что уже лучше получается, я отправился к дому. Так, а где моя вода, зачем я служанку покупал. Пришлось опять терпеть Максуда.
Зоя уже помогает в доме, я перехватил её и попросил помогать мне после тренировок. Та кивнула и я пошёл спать. Спалось откровенно плохо. Крутился в постели, всё время вспоминал Зою. Её зрелую женскую стать и обманчивое выражение покорности в глазах. Что бы Максуд понимал, девственницу ему подавать. Он худую нимфетку, которой только предстоит стать женщиной, предлагает заменить на уже созревшую? Да ещё заниматься её дефлорацией, то есть трахать зажатую и стонущую от боли девчонку, вся ценность которой только в том, что ты у неё первый.
Супер, ну может сейчас такие нравы. А я с трудом уснул под утро и на тренировке был вялый, за что получил капитально он наставника. А за завтраком шипел от боли с раздражением поглядывая на ни в чём не повинную женщину. Та даже не догадывалась, какие эмоции я испытываю, глядя на неё. Хотя, думаю догадывается. За ужином она несколько раз задела меня рукой, а когда остановилась рядом, я легко погладил бедро. В ответ получил поощрительную улыбку.
Лёг я пораньше, с надеждой что она придёт. Ну не могу я ей приказать. Когда занавеску поднял сквознячок я сделал вид, что сплю. Не удержавшись повернулся, Зоя стоит передо мной. В свете слабенького ночника, масляного светильника её глаза сверкают. Я поднялся и подошёл ближе. Пахнет приятно, какие-то благовония, женщины во все времена умеют влиять на мужчин. Видя, что я не решаюсь, женщина улыбнулась и слитным движением скинула верхнюю накидку. Под нею только набедренная повязка. Моя рука скользнула и приласкала тяжёлую грудь. Дальше забытьё, мы целовались, причём абсолютно точно Зоя раньше это не делала. Сначала я целовал просто губы, а потом ей понравилось и мы увлеклись этим, отрываясь только, чтобы вдохнуть воздух.
Её накидка свалилась сама собой, я прижался к женщине, эрегированный член упёрся ей в живот, мы ласкали друг друга стоя, пока женщина не увлекла меня на ложе. Я растворился в ней, у меня в этом теле секс в первый раз и ощущения вдвойне сильные. Несколько раз я кончал, но Зоя одним касанием заводила меня вновь. Утреннюю разминку мы пропустили, я сквозь сон слышал, как Максуд шуршит у двери. Встали поздно, когда я окончательно проснулся, Зои не было рядом. А я с удовольствием прижал подушку пахнувшую женщиной. Так с улыбкой и вышел из комнаты.
Как хорошо быть хозяином. Никто не скажет, что завтрак уже тю-тю, теперь ждите обеда. Никто не посмотрит косо. Когда я умылся и пошёл к столу, народ зашуршал. Максуд внимательно на меня посмотрел и кивнул, сделав какие-то выводы. Что примечательно прислуживала мне лично Зоя, а недалеко крутилась Ева. Видимо женщина после ночи продвинулась в местной табели о рангах на несколько пунктов. Ну так, любовница хозяина, это вам не фунт изюма. Приехавший Алон только спросил, перевести ли её в дом и я ответил утвердительно. А пусть живёт рядом, в господском доме. Это ведь рыночные отношения. Жениться не обещаю, но буду помогать. А от неё требуется то, чем наградила её так щедро природа.
Вот странное дело, купил на рынке как поддержанную игрушку женщину за несколько копеек. Неужели у местных нет глаз, она же красавица, или в самом деле каноны красоты нынче иные. Ну вон она улыбнулась и от ослепительной белизны ровных зубок хочется бросить трапезу и тащить её в укромный угол.
Сегодня опять поеду в город, с собой возьму Зою. Для этого охранник едет на коляске, рядом с ним женщина. В городе мы с ними расстаёмся. Я вручил ей несколько дирхем на покупку необходимого ей и дочке, а у нас с Максудом дела.