Скандалы советской эпохи
Шрифт:
Этот худенький на вид вьюноша так проникновенно пел «Вологду», что мгновенно стал кумиром миллионов советских граждан, особливо слабого полу. Говорят, из всего состава «Песняров» именно за ним девчонки бегали не то что толпами, а чуть ли не стадами. И вот грянул слух: Кашепарова зарезали в ресторанной драке! У девушек страны от горя помутились рассудки. Помню, как одна из знакомых моего приятеля, услышав эту новость, разрыдалась прямо на улице, как будто у нее умер кто-то из родных. Короче, гибель «песняра» многие восприняли как смерть своего родственника. Естественно, в газеты посыпались письма с просьбой разъяснить ситуацию.
Говорят, в Минске тамошняя пресса оперативно откликнулась на этот слух и опубликовала опровержение. Из столичных масс-медиа
Если это правда, то моя жизнь искалечена и перечеркнута навсегда, хотя мне будет только 19 лет. Жизнь без Толи – это пустое и никчемное существование. Лишь бы он был жив, пусть я даже больше не увидела бы его. Я за него бы жизнь отдала. Умоляю, помогите!»
Газета помогла: связалась с Минском и узнала, что сладкоголосый «песняр» жив-здоров и в данный момент находится на гастролях. О чем и оповестила Галю и всех остальных поклонников «Песняров». Страна облегченно вздохнула… до следующих слухов.
Форвард за бортом
(Борис Александров)
В 1977–1978 годах одним из самых часто попадаемых в скандальные хроники спортсменов СССР был хоккеист ЦСКА Борис Александров. Его имя стало известным во второй половине 70-х годов. Он пришел в ЦСКА в 1973 году в возрасте 17 лет и уже спустя два года стал настоящей звездой. Он играл на позиции левого крайнего нападающего и в команде был одним из лучших в этом амплуа. Его коньком были прекрасный дриблинг, хорошая скорость и феноменальное чутье на голевые моменты. Александров никогда не боялся обострять игру, смело шел в борьбу на любом участке поля – будь то бортик в углу площадки или «пятачок» перед воротами. Не обладая богатырским телосложением и высоким ростом (174 см), Александров в то же время отличался настоящей спортивной дерзостью и никогда не боялся вступать в силовые единоборства с более рослыми соперниками. Как спортсмен Александров прогрессировал чуть ли не с каждым месяцем и, по мнению большинства специалистов, должен был стать выдающимся игроком советского хоккея. Однако свой уникальный талант Александров угробил практически своими же руками.
Характер у Александрова был не сахар: взрывной, импульсивный. Привыкший везде и всюду только побеждать, он не умел с достоинством проигрывать и, когда это происходило, чаще всего превращался на хоккейной площадке в драчуна и хулигана. Именно поэтому по части штрафных минут Александров лидировал не только в ЦСКА, но и среди всех игроков регулярного чемпионата страны. А поскольку дисциплина в тогдашнем ЦСКА находилась не на самом высоком уровне, урезонить молодого хоккеиста было некому. Вот он и превратился в этакого «анфан террибль» отечественного хоккея. В итоге все это привело к печальным последствиям.
Закат звезды Бориса Александрова начался 7 февраля 1977 года, когда во Дворце спорта в Лужниках проходил очередной матч чемпионата СССР по хоккею между ЦСКА и «Спартаком». До конца второй двадцатиминутки оставалась всего одна минута, ЦСКА вел с минимальным разрывом 4:3, когда Александров позволил себе дикую выходку: сзади на большой скорости налетел на спартаковца Валентина Гуреева и толкнул его на борт. Поскольку все произошло исподтишка, спартаковец не смог сконцентрироваться и со всей силы ударился головой о бортик. Он упал и потерял сознание. Игра была остановлена: Александрова за грубость удалили на 5 минут, а Гуреева унесли с площадки на носилках, после чего на «Скорой помощи» отправили в больницу, где ему поставили диагноз: сильнейшее сотрясение мозга.
Этот инцидент видели миллионы зрителей: и те, кто сидел во Дворце спорта, и те, кто наблюдал за встречей по телевизору. И у всех без исключения он вызвал резкое осуждение. А генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Брежнев (он всю жизнь болел за ЦСКА) назвал Александрова «мальчишкой» и приказал немедленно с ним разобраться.
Уже на следующий день после игры в команде ЦСКА было собрано открытое комсомольское собрание, которое посетил помощник начальника Главпура по комсомольской работе В. Сидорик. Выступившие на собрании капитан команды Борис Михайлов, комсорг Владислав Третьяк, игроки Николай Адонин, Виктор Жлуктов и другие резко осудили неспортивный поступок Александрова. Итогом собрания стало объявление провинившемуся строгого выговора. В тот же день по этому поводу собралась и спортивно-техническая комиссия федерации хоккея, которая тоже вынесла свой вердикт: Александров был дисквалифицирован на 2 игры. Однако едва про это решение стало известно в Спорткомитете СССР, там посчитали его слишком мягким и пообещали вынести Александрову более суровое. Сказано – сделано: СТК наложила на хоккеиста условную дисквалификацию до конца сезона. В случае повторного нарушения хоккеисту грозило немедленное запрещение выступать за хоккейные команды мастеров.
9 февраля в центральной прессе появился первый отклик на этот инцидент: в «Советском спорте» была напечатана заметка Д. Рыжкова «Удар в спину». В ней автор писал:
«Мне не раз приходилось слышать этакое снисходительное: „Ну что вы (то есть мы, журналисты) придираетесь к Борису. Он еще мальчишка. Повзрослеет – поумнеет“.
Взрослеть Александров действительно взрослеет. Но умнеть?! Этот «мальчик» даже не подъехал к лежащему на льду Гурееву, а в раздевалку шел с этакой ухмылкой на лице… Вальяжной походкой, вразвалочку шествовал Александров по коридорам Дворца спорта. Шуба, пробор – все, как полагается. А мне вспомнились первые послевоенные годы: эдакие молодцы в кепках-малокозырочках с челкой, свисающей на низкий лоб, и их наглое: «А ты шо-о?!» Тогда в темных переулках можно было столкнуться со шпаной, желающей покуражиться.
Эти типы давно ушли в прошлое. И вот на тебе: на ледяной арене, залитой светом прожекторов, перед тысячами зрителей хоккейный шлем вдруг обернулся той самой кепкой-малокозырочкой…»
Итогом всего этого скандала стало невключение Александрова в состав сборной команды страны, которая в апреле должна была отправиться на чемпионат мира в Вену. Не помогло даже то, что ЦСКА в том году стал чемпионом страны, а Борис Александров вновь вошел в число сильнейших хоккеистов Советского Союза, забросив 24 шайбы и сделав 17 голевых передач (41 очко, 3-е место в клубе и 9-е по стране).
Между тем инцидент от 7 февраля стал одним из поводов сменить руководство ЦСКА: летом 1977 года старшим тренером армейцев вместо Константина Локтева стал Виктор Тихонов. Именно при нем карьера Александрова в прославленном клубе и завершилась. Правда, не сразу. Какое-то время Тихонов закрывал глаза на многочисленные проступки хоккеиста, даже однажды «отмазал» его от тюрьмы, когда летом того же 77-го Александров подрался на стоянке такси. Но вечно так продолжаться не могло. В результате в начале 1978 года Александров был сослан в команду первой лиги СКА МВО, базирующуюся в Липецке. Больше он оттуда в ЦСКА не вернулся.
Центральная печать вспомнила про Александрова в конце 78-го: 26 декабря в «Комсомольской правде» появилась статья С. Шачина «Форвард за бортом». Приведу ее с небольшими сокращениями. Но прежде процитирую письмо, которое, собственно, и стало поводом к появлению этой статьи:
«Дорогая „Комсомолка“! Объясни, пожалуйста, что случилось с хоккеистом Борисом Александровым? Совсем недвно он был известен как способный игрок, выступал за сборную СССР, а теперь его не видно ни в составе сборной, ни в ЦСКА…